Откуда такой вывод?
Вы бы не стали работать в академии, будь у вас много денег, вспомнила я слова мамы.
Он слегка кивнул, подтверждая правоту моих рассуждений.
К тому же вы старый.
А вот сейчас вы ранили меня в самое сердце, усмехнулся он. Я самый молодой ректор в истории Академии Хаоса. Мне тридцать два. Рано списывать со счетов.
А выглядите на все тридцать пять, с мстительным удовольствием сказала я. Кроме того, вы оставили патруль. Говорят, там что-то произошло. В Хаосе. Что-то такое, что вам навредило.
Вот как, перебитая бровь едва заметно дернулась.
Итого, что мы имеем? запальчиво продолжила я.
Что?
Вы бедный, старый и больной.
Он рассмеялся, глядя на меня так, будто я сказала что-то потрясающее.
Вам не стоит тратить время, решила я все же закончить свою мысль. Я не выйду за вас.
Ох, Арнелла Алетт, выдохнул он и снова склонился к моему уху. А с чего вы взяли, что я хочу на вас жениться?
Музыка закончилась, и он отступил, а я сглотнула, ошарашенная прикосновением теплых губ к своему виску.
Позвольте, я провожу вас к матери, церемонно произнес ректор, слегка поклонившись.
Сама дойду, огрызнулась я и, развернувшись, быстро пошла к балконам.
Глава 4. Новые знакомства
Когда мне исполнилось восемнадцать, я, как и любой житель империи, пошла в храм стихий, чтобы прикоснуться к оку. В деревенском храме оно было совсем невзрачным обычный камешек в оправе из меди, словно серая незрячая радужка в обрамлении рыжих ресниц немного похоже на погасшее солнце. Каково же было мое удивление, когда око вспыхнуло, озарив на миг и меня, и маму, и жрецов, и все простенькое убранство храма, куда мало кто заглядывал. Ведь в деревушке на юге империи магов не водилось вовсе.
Меня проверили еще дважды, и каждый раз око освещало храм, подтверждая, что во мне есть хаос. Лицо мамы становилось все задумчивее, и мне это очень не нравилось так начинались все великие проекты, из-за которых мы остались на мели. Теперь таким проектом стала я сама. Дочь-магичка. Мама решила выжать из этого максимум возможного.
Все закрутилось очень быстро. Мама зарегистрировала меня в реестре, выбила направление в академию и, конечно, поехала со мной.
То, что в ее глазах было величайшей возможностью, для меня поначалу обернулось сплошными разочарованиями. В деревне я знала каждую собаку и была своей. В академии, куда меня зачислили позже остальных, я получила комнатушку под крышей и острое чувство собственного несовершенства, которое усиливалось с каждым зачетом.
Конечно, такого эпичного провала, как на пересдаче у мастера Адалхарда, не было, но я совсем не блистала. То, что мои сокурсники полагали простым и понятным, мне давалось с трудом, а уж в ветвях магических родов я и вовсе плутала, как в дремучем лесу.
Но, теперь я могла в этом себе признаться, мне понравилось учиться: узнавать новое, ставить задачи и решать их, планировать время, а не плыть по течению. Я полюбила библиотеку академии, где можно было найти
ответ почти на любой вопрос, и сад больших деревьев, дарующих прохладу в жаркие дни и защищающих от ветра в холодные, и даже комнатку под крышей я тоже полюбила. Она была только моя. Никто не наводил там свои порядки, не вешал на спинку стула одежду, которую я должна надеть утром
Наверное, надо найти маму, но так не хотелось снова надевать неудобные туфли и попадать под прицел серых глаз мастера хаоса.
Вы ведь Арнелла Алетт? спросили сзади, и я быстро обернулась.
На фоне бордовых портьер, отрезавших нас от танцующих, стоял высокий синеглазый парень, словно сошедший прямиком из картины в таком живописном беспорядке разметались его волосы и так безупречно элегантна была его поза.
А вы?
Эммет Лефой, представился он. Ваша мать обещала мне танец от вашего имени.
Лефой? Вы, верно, сын Энцо?
Эммет походил на своего отца еще меньше, чем я на мать. Серый костюм, который он носил с легкой небрежностью, подчеркивал и широкие плечи, и узкие бедра. Я попыталась незаметно нащупать туфлю ступней.
Но, если вы не хотите, мы можем просто побыть здесь, предложил Эммет, подойдя ко мне и облокотившись о перила.
Ветер взъерошил его темно-русые волосы, слегка вьющиеся на концах. Мама завивала и укладывала мои волосы битых два часа, и все равно не добилась такого эффекта, который у Эммета создался лишь дуновением ветра.
Хорошо, согласилась я со смесью благодарности и разочарования. С ним я бы потанцевала.
Я видел вас в академии, признался он.
А я вас нет.
Неудивительно, усмехнулся Эммет, повернувшись ко мне. Вы спешили куда-то с целой кипой книг в руках, и вид у вас был слегка безумный.
Вот спасибо, проворчала я, слегка уязвленная его словами. Отчего здесь, в Фургарте, никто даже не пытается вести себя вежливо?
Фургарт ближайший город к Стене, сказал Эммет. Может, поэтому здесь особенно сильно хотят жить. А жизнь, как вы возможно уже знаете, Арнелла, не всегда втискивается в рамки. Иногда можно наплевать на приличия. Особенно если из-за Стены потянет хаосом, и твари начнут подбираться ближе
Я невольно поежилась. В рамках учебной программы первокурсников уже водили к Стене, и никакого желания увидеть ее снова у меня не возникало. Нескончаемое переплетение стволов и ветвей высотой в три человеческих роста тянулось до самого горизонта. Клочья серого тумана просачивались через Стену и оседали пеплом, а Селеста всю обратную дорогу жаловалась, что ее одежда воняет смертью.