Сын сзади продолжил рассказывать:
Ты мне сама показывала, как буфет правильно открывать. Это наследство нашей семьи, этот дом. Когда я стану взрослым, он перейдёт мне. А в нашем мире, сначала тебе,
а потом уже и мне, как твоему наследнику.
В голове был настоящий бардак, я слышала слова, но их суть не всегда доходила до меня. Вот и теперь я не совсем поняла, о чём говорил сын. Перенесла все разговоры на завтра, подумав, что здесь, в доме, должны были быть документы. И они тоже смогут рассказать о моём положении.
Получается, я зря собиралась бежать из дома, если это моё наследство? Вопрос: как отвадить того, кто назывался теперь моим мужем?
Сына я уложила на втором этаже, прежде с трудом найдя чистое бельё. Стирки я насобирала в доме столько, что боялась и подумать, как всё это придётся отмывать. Сын, совсем сонный и разморенный хорошей порцией ужина, да и повторным чаем со сладким джемом, что-то сонно говорил про то, что мы зельевары и у нас есть зелья, руны и артефакты.
Маркус сопровождал меня по дому, пока я собирала всё грязное бельё, и рассказывал про каждую комнату, где и что находилось. Я с гневом поняла, что комната сына находилась на втором этаже, как и вторая, большая, которую нельзя было занимать. Иногда туда заезжала родня мужа, да и труба от камина, который грел нашу с мужем спальню, обогревала именно большую комнату.
На первом этаже находилась наша с мужем комната, и там был камин. Вот только я была не уверена, что справлюсь с таким древним агрегатом. Даже в экоотеле, который был главной частью всего комплекса, стояли наши, русские печи. Камин был в большой гостиной, где могли отдыхать и общаться постояльцы. Вот его я зажигать умела, но мой камин топился дровами, а не углём.
Маркус помог, мы вместе разожгли камин, а пока нагревалось помещение, я готовила для него ту самую комнату, находящуюся над моей, которая хорошо обогревалась. Она была в лучшем состоянии, чем комната сына.
На что сын только вздохнул и осторожно заметил:
Папа будет ругаться. Бабушка Хлоя не разрешила заходить в эту комнату.
Ничего, милый, я поговорю с Майклом. Ты будешь спать в этой комнате, здесь хотя бы нормальная кровать есть, а не лежанка с матрасом из сена.
Я злилась на клушу, что раньше была женой этого Моргана. Одно говорило в её пользу, судя по воспоминаниям, этот мужчина опаивал девушку чем-то, и довольно давно. Энн Морган любила сына, хотя и ставила его на второе место после мужа.
Я вообще склонялась к тому, что сегодняшняя ссора была Майклом не запланирована, как и случайное убийство жены. Муж не пришёл, хотя я и ждала его до ночи, продолжая наводить чистоту сначала на кухне, а после и в убогой помывочной. Там тоже был водопровод с холодной водой, раковина и старое огромное корыто, видимо, служащее ванной. Набирать туда тёплую воду, которую прежде нужно подогреть? Вздрогнула, когда подумала об этом.
Тёплой воды я нанесла достаточно, обтёрлась хорошенько, с трудом, но разобралась с сальными волосами. Решила завтра же узнать, что полезного для нас было в зельеварне. Легла спать, понимая, что следовало как можно быстрее разобрать документы и понять, какие у меня были права. На всё. На собственность, на свою жизнь и свободу.
Встала я очень рано, разбуженная тихим голосом Маркуса:
Мама, там констебль стоит у двери и стучится в дом.
Глава 6
Я подхватилась, резко села, спросонья соображая, кто там стучится. Поняв, что это полицейский тех времён, выпроводила сына и попросила его впустить человека в дом, пока я буду одеваться.
Справилась я быстро, натянув более приличное платье, а после пошла искать нежданного гостя.
Маркус проводил человека на кухню, разжёг очаг и поставил чайник. Как зашла, сын робко ответил:
Думаю, горячий час будет с самый раз, да мама?
Я кивнула, понимая, что в доме стоял холод, сама я нашла тёплую шаль и надела её поверх теплого платья. Сын был в тёплой кофте и штанах, но в доме было от силы градусов семнадцать, весна не торопилась в Англию. Я уже не таким диким взглядом окинула интерьер кухни, вспоминая, что сегодня ночью мне приходили образы из жизни Энн Морган.
Констебль представился, попросил нас обоих сесть и выслушать его. А после огорошил новостью о смерти Майкла Моргана от несчастного случая. Это случилось на ткацкой фабрике и в рабочее время.
Как Я прокашлялась, и продолжила сиплым голосом: Как это могло случиться, констебль Джонс? А хотя нет, пожалуй, это не для ушей ребёнка. Я Простите, для нас это тяжёлая новость
Я прижала к себе Маркуса, смотревшего на меня огромными глазами, полными непролитых слёз. Каким бы ни был отцом Майкл Морган, сын его любил, хотя и побаивался, и это была потеря для ребёнка.
Отвела сына в гостиную, вручив ему горячую кружку с чаем, и попросила подождать, обещав прийти за ним минут через
десять, и вернулась на кухню.
Налила чаю констеблю, добавила в крохотную креманку немного варенья, и села, грея руки о чашку, слушала короткий и страшный рассказ.
Это всё новая ткацкая машина, ещё до конца непроверенная. Мистер Морган действовал по привычке, ничего не нарушил, он обратил внимание старшего в смене на отсутствие помощника и сначала отказался чинить повреждение. Но старший обратился выше и руководство велело чинить срочно. В произошедшей трагедии разбираются, но сама ситуация похожа на злой рок, не меньше. Не должен был инженер Морган пострадать. Поэтому меня попросили сходить к вам, сообщить обо всём и заверить в полной поддержке компании. Похороны будут за счёт фабрики, и компенсацию выплатят в полном объёме.