Было бы из-за чего переживать, все равно рисуешь ты неважно.
Знаю, что тебе трудно беспокоиться для других, но ты мне мешаешь, и прошу тебя, сиди смирно.
Мои ноги не умеют вести себя смирно они сами шевелятся, засмеялся Поль.
Я свяжу веревкой твои докучные ноги! вспылила Соня. А если ты не перестанешь трясти стол, то и вовсе прогоню тебя!
Попробуй, увидишь тогда, что мои ноги умеют делать, пообещал Поль.
И что же? Ты пихнешь меня ногой? спросила Соня.
Да, если ты станешь драться кулаками.
Соня вспыхнула и плеснула в Поля водой из стаканчика. Мальчик рассердился в свою очередь, толкнул стол, и все полетело наземь. Девочка бросилась на брата и до крови расцарапала ему лицо ногтями.
Поль принялся кричать, Соня, не помня себя, колотила его кулаками. Полю не хотелось бить девочку он убежал от нее в другую комнату и заперся там. Соня давай стучать в двери, но Поль ей не отворил. Девочка понемногу успокоилась. Когда вспышка прошла, она стала раскаиваться в том, что наделала, вспомнила, что Поль подвергал свою жизнь опасности, чтобы защитить ее от волков.
«Бедняжка Поль, думала она, как я зло отблагодарила его! Что сделать, чтобы он перестал сердиться? Я не стану просить прощения. У, какая скука пойти и говорить: Простите! Однако, рассуждала она дальше, быть злой тоже нехорошо. И как же Поль простит меня, если я не попрошу прощения?»
Подумав еще немного, Соня постучала в дверь комнаты, где заперся брат, но на этот раз тихонько, и ласково позвала:
Поль, Поль!
Но Поль не отвечал.
Поль, прибавила она еще нежнее, милый Поль, прости, что рассердила тебя, что была злючкой. Поль, уверяю тебя, я больше не буду!
Дверь легонько отворилась и показалась голова Поля. Он недоверчиво поглядел на Соню.
Ты не сердишься? Правда? спросил он.
Нет-нет, голубчик, право, не сержусь, ответила Соня, я сожалею, что так себя вела.
Поль отворил двери настежь, и Соня увидела, что у него все лицо в ссадинах. Она вскрикнула и бросилась обнимать Поля.
Бедняжечка Поль, что я наделала! Как я тебя исцарапала! Чем тебя вылечить?
Ничего, и так пройдет, отвечал Поль. Надо только умыться. Как кровь обмоется, ничего не будет заметно.
Соня побежала вместе с Полем искать кувшин с водой, но сколько он ни мылся, сколько ни тер лицо, царапины оставались на месте. Соня была в отчаянии.
Что скажет маменька? ужаснулась она. Она рассердится и накажет меня.
Поль также приходил от этого в отчаяние, он не знал, как избавить Соню
от выговора.
Жаль, нельзя сказать, что я упал в терновник , потому что это неправда Постой если Ты сейчас увидишь!
И Поль побежал к рощице у дома, Соня за ним. Поль остановился у куста остролиста , бросился в него и стал кататься. Колючие листья поцарапали и порезали ему лицо. Он встал, ссадин стало больше прежнего.
Увидев его лицо в крови, Соня просто зарыдала.
Это из-за меня ты мучаешь себя, Поль! Ты исцарапался еще больше, только чтобы меня не наказали. Ах, Поль, милый мой, как ты добр! Как я люблю тебя!
Пойдем поскорее домой, надо вымыть лицо, сказал Поль. Не печалься, Сонюшка, мне совсем не больно, завтра все пройдет. Только, пожалуйста, не рассказывай, что ты меня поцарапала. Если ты скажешь, ты огорчишь меня, и получится, что я напрасно второй раз расцарапал себе лицо. Обещаешь молчать?
Да, отвечала Соня, целуя его, я сделаю все, что ты только захочешь.
Дети отправились в комнату, и Поль обмыл лицо.
Когда они вышли в гостиную, обе маменьки вскрикнули, увидев исцарапанное и опухшее лицо Поля.
Где это ты постарался? ахнула госпожа дОбер. Можно подумать, что ты валялся в терновнике.
Так, маменька, и было, отвечал Поль. Я с разбегу упал в куст остролиста и, когда старался подняться, исцарапал себе лицо и руки.
Госпожа дОбер неодобрительно покачала головой:
И зачем было спешить? Надо было вставать потихоньку.
А ты где была, Соня? поинтересовалась госпожа де Реан. Ты должна была бы помочь брату подняться.
Она бежала за мной, тетя, но не успела помочь: когда она подбежала, я уже вскочил, вступился за девочку Поль.
Госпожа дОбер увела Поля, чтобы смазать ему ссадины мазью.
Соня осталась в гостиной, маменька внимательно смотрела на нее:
Что ты такая грустная, Соня?
Я не грустная, маменька, покраснев, отвечала девочка.
Нет, ты грустна, словно тебя что-то мучит, ты неспокойна.
Право, маменька, нет, сказала Соня, но в глазах ее заблестели слезы.
Полно, ты говоришь, а сама чуть не плачешь.
Тут уж Соня не выдержала и громко разрыдалась:
Я не могу вам сказать Я обещала Полю
Послушай, Соня, промолвила госпожа де Реан, притянув дочь к себе, если Поль сделал что-нибудь дурное, тебе незачем держать обещания не говорить мне. Даю тебе слово: я не стану выговаривать Полю и не скажу его маме. Мне только хочется знать, отчего ты так грустна, о чем так горько плачешь. Ты должна сказать мне!
Соня спрятала головку в коленях госпожи де Реан и так зарыдала, что ни слова не могла сказать.
Госпожа де Реан ее все успокаивала, утешала, и наконец Соня призналась:
Поль не сделал ничего худого, маменька, напротив, он добрый, а я я злючка, он для того и в куст упал, чтобы меня избавить от выговора.