Гм Запашный задумался. Что бы мне вам такое показать? Фокусы с цилиндром мне сегодня уже надоели, да и кошки от них устали
Вы репетировали фокусы с цилиндром? спросил я.
Да если бы репетировал! досадливо махнул рукой Запашный. Прицепился тут ко мне один Сколько кошек можно извлечь из цилиндра за один раз, как можно исчезнуть из комнаты, какой дальностью обладает чревовещание и так далее. И, главное, не избавишься от него, потому что хоть и чушь несет, но вроде как человек солидный, профессор
Профессор?.. Мистер Флетчер постарался спросить это как можно небрежней, но мы-то видели, по его внезапному движению, что он напрягся.
Ну да, профессор! энергично закивал словоохотливый фокусник. На входе сообщили, что меня кто-то спрашивает, то есть не меня лично, а фокусника, находящегося на месте Консультация, мол, нужна. Ну, я и спустился. А он, значит, вцепился в меня с расспросами. И еще совсем обрадовался, когда узнал, что я из Санкт-Петербурга прибыл
Вот как? подал голос мистер Флетчер.
Именно так! И еще стал у меня спрашивать, хорошо ли я знаю план города а может, и схема города у меня есть? Нет, говорю, карты, схемы или чего там у меня с собой нет, зачем они мне, а что его, собственно, интересует? А вообще, говорит, общий план, и где банки располагаются. Ну, я ему и набросал. Вот, говорю, Невский, вот Литейный, вот Фонтанка, вот Васильевский остров, вот Выборгская сторона, и так далее ну, все обозначил на рисунке относительно одно другого а вот здесь и здесь, показываю, основные скопления банков. Хотя банк может в любом месте города открыться, чего ему стоит-то. А он и спрашивает: до революции, мол, они тоже были основными банковскими районами, вот эти места
До революции?! изумился мистер Флетчер.
Совершенно верно, до революции, как будто я знать обязан! Ну, я ему и говорю, что насчет этого я ничего не знаю, но, наверно, и до революции так было, традиции живы все-таки. Тогда он стал меня пытать насчет фокусов с исчезновениями и насчет того, можно ли загримироваться так, чтобы даже вблизи любого обмануть. Я ему и показал несколько фокусов с исчезновениями, а насчет грима, говорю, это можно обмануть любого. Вон, недавно, говорю, в русских газетах писали, что несколько студенток театрального института приоделись нищенками-старухами и собирали деньги, которые сдавали на храм. Обидно им стало, что церковь рядом с ними совсем никакая стоит, а монахам с ящичками уже не подают «на восстановление храма», потому что народ совсем озверел от всяких мошенников-попрошаек, так они за три дня в десять раз больше настоящих нищих собрали, а потом, кажется, сами письмо в газету прислали, что вот, мол, если у нас получилось всех одурачить, хотя и на благое дело, мы себе ни копейки не взяли, то, значит, и другие могут быть мошенниками, так что приглядывайтесь и остерегайтесь. А чего, говорю я ему, приглядываться и остерегаться? У профессионала
одна верная примета есть, которую не замаскируешь, и по ней сразу можно определить, на первом уровне, загримированный мошенник перед тобой или нет. А этот чудак чуть не подпрыгнул: какая, говорит, примета? А глаза, говорю, возраст глаз не скроешь. Если глаза по-молодому блестят, если светятся в них молодость и здоровье, то, значит, дурака перед тобой валяют, какой бы там седой развалиной человек ни выглядел и как бы естественно грим ни был нанесен и все эти парики и накладки надеты. Я бы, говорю, этих студенток на раз раскусил. А он говорит, что, мол, контактные линзы ведь имеются, и изобретены они были в 1891 году, или около того в смысле, в начале девяностых годов девятнадцатого века первые опыты с ними были так что нищие попрошайки давным-давно могут этими линзами пользоваться, чтобы и глаза изменить, разве, мол, нет? В принципе да, говорю я ему, вот только какой нищий до такой тонкости будет свой облик менять? Многие ли, вроде меня, им в глаза посмотрят. А если глаза от природы тусклые или не есть два дня, так вообще тень на плетень навести можно. Ну, он поблагодарил, еще несколько фокусов из меня вытянул, да и умчался. Прямо не знаю, почему я его сразу не послал
А про «немку из Литвы» он вас не спрашивал? осведомился мистер Флетчер.
Фокусник недоуменно воззрился на него:
При чем тут немка из Литвы?
Тут один человек так и мотается, возле цирка, быстро нашелся мистер Флетчер. К ребятам приставал со странными вопросами. И вроде похож на того, о котором вы говорите. Как он выглядел? обратился он к нам.
Не очень высокий, стали объяснять мы с Ванькой. В коричневой куртке, под курткой серый джемпер
Он, он, точно он! энергично закивал Запашный. Я ж говорю, у него винтиков не хватает!
Профессора частенько ведут себя чудаковато в общении и в быту, заметил мистер Флетчер. Если только он действительно профессор, а не присвоил себе это звание самочинно, для пущей важности.
Вряд ли, сказал Запашный. Он и представился, только как-то быстро и неразборчиво. Джордж Хейер, что ли. А может, что-то совсем другое Не помню. И, судя по тому, что у него была книга о религиозных представлениях, он, наверно, чем-то подобным и занимается а у меня, у фокусника, пытался выяснить «технику чудес», так сказать всяких превращений и изменений, ошарашивающих зрителя. Наверно, ему это нужно для лучшего понимания того предмета, который он сейчас изучает Да Бог с ним. Давайте лучше узнаем насчет билетов. Он снял трубку с аппарата внутренней связи и набрал номер. Будьте добры, могу я получить пять билетов на пасхальное представление? Могу? Отлично! Тогда я сейчас за ними зайду Пошли, обратился он к нам, положив трубку. Сразу и заберем ваши билеты, чтобы всем было спокойней.