Ванесса прикусила язык и подавила искушение возражать. В конце концов, она сама надеялась когда-нибудь стать смотрительницей лазарета и знала толк в сговорчивых пациентах. Вряд ли она сможет справедливо укорять своих будущих подопечных за непослушание, если не подаст хороший пример прямо здесь и сейчас!
Марисоль окинула взглядом собравшихся в комнате:
Я уверена, что аббат Арлин и Ванесса ценят заботу каждого и благодарят вас за то, что вы пришли посмотреть, как она себя чувствует, но мне нужно место для работы. Аббат, не могли бы вы попросить всех уйти? Как только мы подлатаем эту юную мышку, ей понадобится отдых, и мы не можем допустить, чтобы здесь собралась такая толпа.
Хорошая мысль, сестра Марисоль, Арлин повернулся, чтобы обратиться к собравшимся. Мы все убедились, что с Ванессой все будет хорошо, и передали ей привет. Давайте оставим ее в покое. Она в очень надежных лапах, а мы будем только мешать.
Монтибэнк поднял лапу.
Прошу прощения, хозяйка, обратился молодой выдр к Марисоль, но, может, я останусь? Я уверен, что Несси хотела бы иметь рядом с собой приятеля, правда, Несс?
Я тоже, отозвался Джефф.
И я, вставил Александр.
Ну хорошо. Но только вы трое, уступила Марисоль, заметив просветлевшее лицо Ванессы. Но тогда вы протянете лапу, когда я скажу. Никаких бездельников в моем лазарете!
Спасибо, сказали вместе Джефф, Александр и Монти.
Я бы хотела, чтобы брат Тревор тоже остался, пожалуйста, попросила Ванесса.
Мыш-историк подошел ближе.
Я буду рад, Ванесса, если сестра Марисоль разрешит. Но почему я?
У меня есть несколько вопросов, заявила
Ванесса. И я думаю, что вы лучше всех на них ответите.
* * *
Как только сестра Марисоль закончила перевязывать рану Ванессы, старая целительница обратила свое внимание на птенца. Пока она и ее помощники ухаживали за ним, Ванесса откинулась на подушки и попросила брата Тревора рассказать ей все о существах, обитающих под крышей Рэдволла.
Историк сел на край кровати рядом с ней, а Джефф, Монтибэнк и Александр тесно обступили его; им не меньше, чем Ванессе, хотелось услышать, что скажет Тревор.
Воробьи, или Спарра, как их еще называют, населяют чердаки Рэдволла почти с самого основания нашего аббатства, начал Тревор. Время от времени там жили другие виды птиц, они иногда вступали в стычки со Спарра и изгоняли их. Но воробьи всегда возвращаются, чтобы отвоевать свой дом. Они такая же часть Рэдволла, как и мы.
Александр нахмурился.
Почему мы позволяем таким злобным и опасным существам жить в нашем доме?
Ну, ответил Тревор, так уж устроен Рэдволл, что на самые высокие чердачные помещения лестниц нет. Это значит, что нам, наземным жителям, никак не попасть туда изнутри аббатства, хотя очень смелая белка, вроде тебя, Александр, могла бы забраться туда снаружи. Однако по большей части наши крыши удел исключительно крылатых существ.
Но Спарра не всегда были недружелюбны к мышам Рэдволла. На самом деле, давным-давно, во времена Матиаса Воителя и его сына Маттимео, между нами была большая дружба, и весь Рэдволл был единым. Спарра и жители Рэдволла сражались бок о бок в нескольких войнах, чтобы защитить наше аббатство от тех, кто хотел поработить нас всех. Насколько мне известно, они и по сей день называют свой дом на крыше в честь Клювы, королевы Спарра, которая подружилась с Матиасом и пала в бою, спасая юного Маттимео от работорговцев ах, это захватывающая история!
Тревор печально пожал плечами:
Но, увы, те времена давно прошли. Прошло уже много поколений с тех пор, как у нас была настоящая дружба с воробьями. Они очень ветреные и вспыльчивые существа. Когда-то они были ценными союзниками Рэдволла. Но те же качества, которые делают их ценными союзниками, делают их и ужасными врагами. В наши дни мы по возможности оставляем друг друга в покое и позволяем заниматься своими делами. У них есть крыши, которые они называют домом, и весь лес, где они могут добывать пищу, а у нас все остальное аббатство. Это соглашение, похоже, работает, он бросил взгляд на перевязанное плечо Ванессы, по крайней мере, большую часть времени.
Ванесса спросила:
Как ты думаешь, мы и Спарра когда-нибудь снова станем друзьями?
Это возможно, ответил Тревор, но если такое случится, то это произойдет в свое время и своим путем.
Пф-ф-ф! Монти надул щеки. Как эти мерзкие птахи напали на бедную Несси, не думаю, что мы увидим мир с ними в наши дни!
Неистовое чириканье, донесшееся с другого конца лазарета, заставило всех посмотреть туда, где сестра Марисоль и ее помощники изо всех сил старались обработать раны малыша-воробья. Похоже, у них были заняты все лапы.
Как вы думаете, почему они пытались его убить? поинтересовался Джефф. Это всего лишь птенчик, совершенно безобидный.
Я могу только догадываться, ответил брат Тревор, но мне кажется, что, когда они увидели, как сильно он поранился при падении, по их обычаям его нужно было убить, чтобы прекратить страдания.
Четыре молодых зверя были в ужасе.
Это дико! воскликнула Ванесса.
Только дикари могут так обращаться с собственным потомством, согласился Александр.
Тревор поднял лапу.