В первую очередь Дамблдор говорил о вреде изоляции. Сейчас мы дикое племя, запертое среди немагического сообщества. Если бы мы были частью всеобщего мира, Волдеморта и его сторонников не было бы. Если бы не было идеи превосходства над магглами, Статута о Секретности, нелепых переодеваний в магглов и постоянной работы команды обливиаторов, мы не переживали бы одну за другой две страшные войны.
Мерлин, пробормотала Гермиона, ты же не хочешь сказать, что
Конечно, нет, он откинулся на спинку кресла, мы не пойдем к магглам и не объявим о своем существовании. Но мы начнем сотрудничество более активное, чем сейчас.
Гермиона ничего не ответила. Она сама разбиралась в старых законах, составляя архив, и знала, что волшебникам нужно было многое изменить. В конце концов, у них так и не было отменено рабство! Но, в то же время, она помнила свой шок, когда впервые услышала о волшебстве. И шок своих родителей. Это было и радостно, и страшно в одно и то же время. Родителям, наверное, даже скорее страшно. Сейчас она вполне могла понять, как тяжело им было поверить в то, что совсем рядом есть невидимый мир, полный волшебства, населенный диковинными и опасными существами, мир магов, способных перемещаться мгновенно на огромные расстояния, читать и менять чужие мысли, открывать любые замки, в конце концов. Очень хотелось напомнить, что в истории было немало примеров, когда волшебники пытались обнаружить себя, но она понимала, что, раз Кингсли вызвал ее, значит, он уже принял какое-то решение. И ей, как сотруднику Министерства, придется подчиниться даже притом, что пока сохранялась видимость доверительной беседы.
Я понимаю твои сомнения. Скажу честно, я бы предпочел поручить это дело кому-то из старшего поколения Ордена, тому, кто
Слышал все от самого профессора Дамблдора, да? предположила Гермиона.
Но таких почти не осталось. Не Флетчеру же поручать. Ты знаешь маггловский мир, и при этом одна из лучших волшебниц своего возраста, и не красней, это правда. К тому же, у тебя аналитический ум и ты умеешь работать над трудными задачами.
Гермиона встретилась с Кингсли взглядом, но неприятное ощущение никуда не исчезло, хотя в его глазах она прочла уверенность и спокойную решимость. «Успокойся», велела она себе, и бодро спросила:
И что нужно сделать?
Всего лишь создать сказку.
Разумеется, профессор Дамблдор не оставил своим последователям точного плана или советов только намеки. Но Орден Феникса, точнее, старший его состав, почти не сомневался в том, что понял их правильно. На первый взгляд идея показалась Гермионе бредовой, но стоило ей задуматься, как она поняла ее гениальность.
Да, магглы боятся магии, не верят в ее, она им враждебна. Но есть возможность изменить их отношение. Как убедить магглов в том, что магия безопасна? Нужно помочь им поверить в нее, полюбить ее. Сделать магию частью их жизни. И начать с детей, которые так легко верят в сказки.
Я не смогу, произнесла Гермиона. Нужен писатель, сказочник
Я и не заставляю тебя писать. Автор есть. Ты должна просто помочь ему и не допустить, чтобы он нанес нашему миру вред, узнав его тайны, Кингсли передохнул после долгого рассказа, а потом сказал: подумай над этим. В отделе тебя ждать не будут, отдохни и подготовься ты нужна будешь мне в шесть вечера, на встрече с нашим автором.
Из кабинета Кингсли Гермиона вышла с полным сумбуром в голове. За сорок минут она узнала слишком многое и теперь должна была слишком обо многом подумать. Она планировала выйти через общие камины в Лондон и немного пройтись по городу, проветриться и попытаться осознать, во что только что ввязалась, но неожиданно заметила в толпе знакомую черную макушку и, на мгновение отложив все размышления о будущем волшебного мира, прибавила шагу и ухватила Гарри за рукав мантии.
Закончил дежурство? прошипела она зло.
Гарри попытался было вырваться, но тщетно Гермиона держала крепко.
Привет, Гермиона, он улыбнулся, снова подергав рукой. Честно говоря, у меня еще есть дела. Увидимся на выходных?
Ты шел к выходу.
Я Гарри никогда не умел особенно хорошо врать, поэтому не придумал оправдания и покорно
пошел рядом с Гермионой.
На улице они трансфигурировали мантии в маггловские костюмы и неспешно пошли вдоль улицы, выводящей на шумную Тоттенхэм-корт-роуд. Гарри нарушил молчание первым:
Слушай, я понимаю, как это выглядит для вас с Джинни и Роном, но все по-другому.
То есть ты не чертов наркоман? уточнила Гермиона.
Гарри плотнее сжал губы и выдавил:
Хорошего же вы обо мне мнения.
Я вытащила тебя из притона. Грязного, вонючего, жуткого притона. А Джинни и Рон почти день приводили тебя в чувство.
Премного благодарен! выплюнул Гарри. Правда, не помню, чтобы я просил о таких услугах.
Гермиона сделала глубокий вдох, потом несколько коротких выдохов и напомнила самой себе, что наркоманы часто злятся на тех, кто пытается помочь им побороть зависимость. Это было нормально. Не стоило из-за этого обижаться.
Гарри, послушай, начала она мягко, но он не дал ей возможности договорить: