Дануся яростно замотала головой:
И слышать про такое не хочу! Пани Елена будет жить еще долго-долго!
Твои бы слова да Езусу в уши! вздохнула госпожа, махнув рукой. Но что толку мечтать о несбыточном? Упустила свое счастье, погналась за призрачной мечтой Хорошо говорят хлопы: близок локоть, да не укусишь! Но кто же мог знать, что так все повернется?! Что скромный сотник, на которого ополчилось все панство, станет гетманом?!
Никто не мог знать с опаской прошептала Дануся.
Елена в отчаянии заломила руки. Глухой стон вырвался из высокой, упругой груди:
Еще вчера затравленный скиталец, оскорбленный и ограбленный, лишенный имущества, чести А сегодня гетман! Словно степной пожар, всюду распространяется ужас от одного грозного имени его! Паны, арендаторы, позабыв и про спесь, и про выгоду, бегут, словно зайцы! Только и слышно: «Хмельницкий, Хмельницкий!» Кричат, что у него уже сто тысяч войска, что взял богатейшую добычу в лагере Потоцкого, не сегодня завтра вторгнется в коронные земли, дойдет до самой Варшавы О-о-ооо, какая же я дура! Могла быть рядом с ним, могла все держать в своих руках Ведь имела же над ним такую власть! И что теперь?! Внезапно, без всякого перехода, она спросила: Как думаешь, он убьет меня сразу, без мучений? Или отдаст катам?
У камеристки побледнело личико.
Матка Бозка чуть слышно прошептала она трясущимися губами. Да что такое пришло в голову пани?! Как это убьет?! За что?! Ведь пани увезли силой, против ее воли, и венчаться заставили тоже насильно, под угрозой смерти
Раздался безжизненный, деревянный смех.
По-твоему, он поверит в такую чепуху? Богдан зрелый муж, а не глупый мальчик
Если пани по-настоящему постарается, то он и не в такое поверит! убежденно воскликнула Дануся.
Глава 4
Вишневецкий, будто услышав мысленные коллективные мольбы, разрешил купание. Само собой, не всем сразу, а поочередно. Те, чья очередь была первой, буквально бросились к берегу, на ходу срывая одежду, скидывая сапоги. Вода в мгновение ока вскипела, взбитая в белую пену, заполненная голыми телами. Крепкий, ядреный запах застарелого прокисшего пота пополз по округе, заставив страдальчески морщиться женщин, которым торопливо обустраивали купальни в почтительном отдалении от неподобающего зрелища. Как и подобало благовоспитанным дамам, они деликатно пялились в противоположную сторону, рассматривая траву, небо и облака, ожидая сигнала к собственному омовению. Во главе с ясновельможной княгиней глаза бы ее не видели!
Я успел заметить и ее взгляд, украдкой брошенный в мою сторону, и реакцию толстой тетки с измученным потным лицом, стоявшей неподалеку от Гризельды Черт, а ведь что-то подозревает, зараза! Устала так, что ноги подгибаются, а глазки-то зоркие, и извилины работают, работают Тьфу ты! Лишь бы не начала трепаться направо-налево! А княгиня-то хороша: никакой выдержки! Неужели я такой обаятельный, что бабы последних остатков ума лишаются, на меня взглянув?.. Кстати, кто эта тетка? По-моему, жена княжеского управителя Блин!!! А ну как проболтается мужу? Хорошо, если у того хватит ума отмахнуться, приняв это за обычные бабские сплетни А если настучит князю?! Вот будто других проблем мало!.. Не приведи боже дойдет до ушей Иеремии, что тогда?!..
От горестных мыслей меня отвлек вестовой:
Проше ясновельможного пана первого советника Его княжья мосць просит пана в свою палатку, тотчас же!
При всей своей выдержке я чуть не вздрогнул.
«Неужели уже дошло?!»
* * *
Как бы ни старалась, не поверит Да он и слушать меня не станет!
Станет, як бога кохам, станет! горячо затараторила Дануся. Он же был в ручках пани, как воск, как игрушка Пани Елена вертела им, как хотела! Да мужчина, который любил
женщину с такой дикой, необузданной страстью, который в самые горячие мгновения рычал, точно хищный зверь Ой!.. камеристка, испуганно запнувшись, прижала ладони к щекам. Видимо, опасаясь новой оплеухи.
Елена, вздрогнув, залилась краской: то ли от смущения, то ли от гнева.
Ты что, подслушивала под дверью, мерзавка?!
Дануся торопливо перекрестилась:
Да чтоб провалиться мне на этом самом месте, чтоб гром меня разразил И в мыслях не имела! Разве можно? Хвала Езусу, я порядочная девушка Носу из своей комнаты не высовывала!
Тогда откуда знаешь?!
Так ведь уши-то мне затыкать не приказывали. А слух у меня всегда был острым! Разве ж я виновата, что все было слышно?
Матка Бозка! Елена, простонав, схватилась за голову. Нестерпимый жар опалил ее щеки и уши. Стыд-то какой!
Дануся улыбнулась смущенно, но и озорно.
Что ж тут стыдного? Коли сам Езус не нашел другого способа род человеческий продолжать, значит, то Ему угодно! Пани не краснеть нужно, а думать: как снова власть взять над паном сотником Точнее, уже над паном гетманом! Как сделать, чтобы снова зверем рычал, пани гетманшу обнимая
* * *
Не прогневайся, пане гетмане Уперся лях, не желает саблю отдавать! Мол, невместно это с шляхетским гонором и званию посла противно. Шляхтич без сабли что без шаровар Силой отнимать не осмелились, посол все-таки! Как твоя гетманская милость распорядится: отобрать или все же с нею впустить?