Всего за 289 руб. Купить полную версию
Надо отдать должное девочке послушно удалилась, прервав наведение красоты. Видимо, решила, что этим можно с успехом заняться и в
сторонке. Попутно горько оплакала порванные трусики и помянула недобрым словом «озабоченных кобелей, которые могут думать только об одном». Что ей делать теперь?! Запасных-то в сумочке нет, и зашить нечем, и платье измято-перепачкано, и никакой смены одежды, все в багаже осталось
Еще раз удивившись странным особенностям женской логики (тоже мне, нашла трагедию ходить без трусов и в испачканном платье, в нашем-то положении!), я заткнул татарину рот плотным пучком травы, чтобы его вопли не разносились по всей округе. После чего приступил к делу. Когда через пять минут я вытащил изгрызенный слюнявый пучок, пленный был куда смиреннее. И, кое-как придя в себя, с ужасом косясь ошалевшими глазами, быстро выложил всю необходимую информацию.
Я, выслушав, кивнул с ободряющей улыбкой. Потом торопливо оглянулся не видит ли нас Анжела? и молниеносным движением воткнул кончики пальцев в его сонные артерии, вторично лишая крымчака чувств. Только на этот раз навсегда. Поднялся, окликнул блондиночку.
Положение наше было злейшему врагу не пожелаешь
Глава 3
Я молчал, настойчиво пытаясь найти ответ на вопрос, как мне теперь самого себя называть: беспринципным мерзавцем, воспользовавшимся женской растерянностью и беспомощностью, счастливчиком или тем самым «озабоченным кобелем, который только об одном и может думать». Палящему солнцу, льющему жар на наши разгоряченные голые тела, эта проблема была глубоко безразлична. Шумно стрекочущим в траве кузнечикам, трем свеженьким крымско-татарским покойникам и стреноженной лошади, которую я на всякий случай заставил лечь, привязав поводья к рукоятке сабли, глубоко вогнанной в землю, тоже. Особенно лошади. Ее, судя по недовольной морде и такому же фырканью, гораздо больше занимал вопрос: долго ли еще валяться в неудобной позе.
Когда Анжела вернулась, к моему великому облегчению, обошлось не только без истерики, но и без обморока. Только ее приведенное в порядок лицо на какое-то мгновение побелело, а в глазах мелькнул панический испуг. Но тут же исчез.
Ты и его тоже Она не договорила, осеклась, устремив на меня вопросительный взгляд.
Да. Так было надо. Мы не можем сейчас тащить с собой пленного.
Значит, ты киллер? Она выговорила это слово с явным трудом, но более-менее спокойно.
Нет. Я вполне законопослушный гражданин.
Понятно Ее растерянные глаза заставляли серьезно усомниться в том, понятно ли ей хоть что-то на самом деле. Но тебе приходилось убивать?
Лгать было не только бессмысленно, но еще и глупо.
Приходилось. Много раз.
Выходит, ты мент? продолжала допытываться Анжела.
Нет, офицер спецназа. И больше не надо вопросов, ладно?
Ладно вздохнула блондинка, подходя вплотную. А потом вдруг прижалась всем телом, уткнулась лицом мне в грудь, всхлипнув. Спасибо тебе! Если бы не ты Нет, не подумай, я не какая-нибудь истеричка и не ханжа, мужики были, конечно Но не так же, и не втроем сразу! Тьфу, прямо тошнит, как вспомню А вонища-то!.. Вот сволочи
Не надо об этом. Все обошлось. Я ободряюще погладил ее по плечу.
Ты молодец! А драться умеешь вообще что-то с чем-то! быстро тараторила Анжела. Ой, я так завидую твоей жене! Вот уж действительно как за каменной стеной, счастливица
У меня больше нет жены. Она меня бросила! растерявшись, неожиданно для себя самого выпалил я, осторожно пытаясь отодвинуть ее.
Анжела, изумленно охнув, вскинула голову, уставившись прямо в глаза. И я вдруг почувствовал, как теплая волна прошла по всему телу
Не может быть!
Еще как может! усмехнулся я, с тревогой и смущением ощущая нарастающий жар в сердце, голове и паху. Не далее как вчера утром.
Красавица блондинка, медленно покачав головой, вздохнула:
Боже, какая она идиотка! Бросить такого мужчину!
И, закинув руки мне на шею, впилась мягкими коралловыми губками в мой рот
Черт возьми, я все-таки мужик! Далеко не старый, крепкий, здоровый, со всеми соответствующими потребностями Так стоит ли удивляться, что после очень недолгих колебаний ответил на ее страстный поцелуй еще более страстно? И что дальше все пошло по самому простому и естественному пути?
Честно говоря, сам удивляюсь, как в эту минуту здравый смысл все же пробился сквозь могучую приливную
волну «основного инстинкта». Хватило ума сначала уложить лошадь в высокую траву, чтобы не «светилась» на всю округу. А уж потом укладывать изнывающую от страсти обнаженную блондиночку Точнее, не совсем обнаженную босоножки на ней все-таки остались.
Еще вчера заезженный литературный штамп, описывающий, как восхищенная героиня тут же, не отходя от кассы то есть прямо на поле боя, устланном трупами, отдается герою-спасителю, творя с ним на пару чудеса интимного высшего пилотажа, заставил бы меня снисходительно улыбнуться. Потому что мне-то хорошо было известно: после НАСТОЯЩЕГО боя, даже скоротечного, подобное желание возникнет разве что у сексуального маньяка. В их число я, слава богу, пока еще не вхожу.