Я же не литейщик, а слесарь. Как буду сдавать квалификационную пробу?
Поможем. Ты только теоретические предметы сдай, успокаивал Гагарин.
Не-а, поеду домой работать.
Никуда ты не поедешь! решительно заявил Гагарин. Ты вставай и пойдем в приемную комиссию. Или нашей работы боишься?
«Гагарин решительно взял меня за руку, продолжал в 1965 году рассказ кандидат технических наук Евгений Васильевич, стащил с кровати и повел в приемную комиссию. Там переложили мои документы в дела литейного отделения, на котором действительно был недобор. Я снова держал вступительные экзамены, а пробу помог сдать Гагарин».
Квалификационная проба не была самоцелью. Абитуриенты помогали выполнять заказы предприятий и организаций. На приемных испытаниях 1951 года отливали чугунные решетки для городского коммунального хозяйства. Их потом установили в скверах и садах города, а часть, с отливкой СИТ (Саратовский индустриальный техникум), установили возле общежития техникума на Мичуринской улице.
Ребята любили фотографироваться около этих решеток. Потом они были демонтированы, так как «не смотрелись» на фоне девятиэтажного общежития, построенного на улице Мичурина.
Убеждая в 1948 году гжатского школьника Юру Гагарина стать литейщиком, мастер Люберецкого ремесленного училища В. А. Никифоров в качестве доказательства сослался на прекрасный, величественный памятник Пушкину в Москве, отлитый из бронзы. Теперь парням, выбирающим профтехспециаль-ность, говорят: «Иди в литейщики! Очень древняя и нужная профессия А ты знаешь, что первый космонавт мира Юрий Алексеевич Гагарин был литейщиком?»
Гагарину не пришлось работать по литейной специальности. Но однажды в Англии, в городе Манчестере, первый космонавт встречался на заводе с литейщиками, работающими у плавильной печи. Юрий Алексеевич не удержался от соблазна сделать «профессиональную пробу» и попросил у английских литейщиков разрешения провести плавку. Те с недоверием отнеслись к затее космонавта, но гость есть гость
Гагарин успешно справился с плавкой. Английские мастера избрали Юрия Алексеевича почётным членом профсоюза литейщиков и вручили ему золотую медаль, которую специально отлили в честь первого космонавта мира. На ней были вычеканены в ажурной розетке слова: «Вместе мы отольём лучший мир».
Начались занятия в техникуме на старинной купеческой улице имени Сак-ко и Ванцетти. Здесь обстановка была значительно серьёзнее, чем в школе и в ремесленном училище. И требования жестче, и учебная база солиднее лаборатории, библиотека, кабинеты по различным специальностям.
В группе литейщиков набралось 35 человек, приехавших из разных городов Советского Союза. Среди них несколько орденоносцев участников Великой Отечественной войны женатые, имевшие детей.
Московские держались всюду рядом. Самым беспокойным из «говорун-ков» был Саша Петухов пониже среднего роста крестьянский сын из села Неделино в Малоярославецком районе Калужской области, старательный, бе-лобрысенький, с загнутыми, как у девчонки, ресницами. Сын колхозной доярки и плотника из Смоленской области Юрий Гагарин такого же роста, что и Чугунов, был поплотнее корпусом и пошире в плечах. Объёмные тёмно-русые волосы вздыблены в сталинский зачес. Тимофей Чугунов был повыше Гагарина росточком важный,
русского поэта И сам Юра становился мне ещё милее и дороже».
Среди сокровищ гагаринского музея в Саратове есть фотография запечатленное мгновение первых чисел января 1952 года, начала седьмого года после Великой Победы.
Высокие дворянские своды Дворца культуры трудовых резервов на улице Ленина, недалеко от техникума и общежития. Бальная зала с хорами, колоннами, кружевной лепниной потолка и чуткой акустикой. В углу сосна в лентах, свечах и лампочках по саратовской традиции наряжали к Новому году не елку, а сосенку с длинными светлыми иглами. На сцене духовой оркестр, вдохновенный дирижер в форменном кителе и с валторной в руках, тубы и геликоны обвивают дутой медью бывалых фронтовиков-студентов, в первом ряду молодняк с кларнетами и трубами, первокурсник Гагарин со стоячими в зачёсе волосами и оббитым латунным инструментом в руках. И девушки в форменных суконных платьях, с вышитыми мережкой воротничками кружатся в вальсе Гагаринское поколение подростков Победы.
По соседству с кафедральным храмом Георгиевской церковью в Саратове белеет мощными колоннами классического стиля длиннейшее трехэтажное здание бывшее Купеческое собрание, а в советскую эпоху Краеведческий музей. В первом этаже музея традиционный отдел натуральной истории и археологии: останки китового скелета (Саратов, желтая гора по-тюркски, основан на шельфе бывшего в доисторические времена Хвалынского моря), бивни мамонта, будто отлитые из чугуна на Саратовском заводе «Серп и молот», а также восстановленный знаменитым скульптором и археологом Герасимовым глиняный облик первобытной девушки.
Но самый потрясающий экспонат помещался на втором этаже там, в двух смежных залах, распростер крылья подлинный боевой истребитель «Як-1». Этот самолёт в разгар войны собрали на первенце индустриализации комбайновом заводе, перестроенном в авиационный. Пилотировал самолёт гвардейский лётчик Б. Н. Еремин, совершивший две сотни боевых вылетов в небе над Сталинградом, Кубанью, Крымом и сбивший восемь немецких машин. Свидетельствовали о том восемь алых звёзд на пилотской кабине. А ещё вдоль всего фюзеляжа было красиво написано масляной краской, что подарил эту машину Красной Армии пчеловод колхоза «Стахановец» в Саратовской области крестьянин Ферапонт Головатый.