Я о другом хотел поговорить, Басти.
Себ подвинул стул и сел, а напоминая себе, что ему уже очень давно не двенадцать, так что едва ли стоит бояться выговора. Но выражение лица у папы было суровое, да и на язык просилось скорее холодноватое обращение «отец», которое в их семье всегда было признаком внутренних конфликтов.
Отец остался стоять, только оперся рукой о холодильник, побарабанил пальцами по гладкой дверце и спросил, глядя Себу в глаза:
Что ты думаешь о будущем Сьюзен?
Что он только ни передумал на эту тему за последние дни.
Она будет жить со мной. Я сниму более подходящее жильё, возможно, где-то недалеко, чтобы не переводить её в другую школу. Вот и всё.
Взгляд отца стал очень пронзительным, морщины вокруг глаз сделались глубже.
Я так и думал. Бред сумасшедшего.
Почему? вскинулся Себ.
Из-за твоей работы, вот почему, резко ответил отец. Себ прищурился:
А что не так с моей работой? Хорошая фирма, большая зарплата. Да, не мечта карьериста
Отец смотрел всё так же пристально, но Себ и не думал отводить взгляд.
Так вышло, что я узнал кое-что о твоих доходах, сын. Видел счета Эмили, которые ты оплачиваешь. Поболтал со Сьюзен о районе, в котором живёшь он поджал губы, так что они стали почти незаметны на обветренном потемневшем лице, честный человек столько не зарабатывает, Басти.
Пап, это фантазии,
Ирландии, когда Себ несколько повзрослел.
Знаешь отсмеявшись, сказал Себ, я, кажется, придумал выход. Что ты думаешь про миссис Кейл?
Сам Себ, знакомясь впервые с будущими тестем и тёщей, обратил на них преступно мало внимания. Он был без ума от Эмили, и тот факт, что к ней прилагаются ещё какие-то родственники, волновал его мало. На первую встречу он пришёл, как велела Эмили, в костюме и с цветами, задал три дежурных вопроса: про погоду, ружьё на стене и цветы в палисаднике, пропустил мимо ушей ответы и счёл, что всё прошло неплохо. Потом они виделись мало. Он знал, что миссис Кейл от него в восторге, а мистер Кейл ровно наоборот.
Он пропустил похороны мистера Кейла, зато помог миссис Кейл оплатить часть его долгов и перевёз её в новый дом втрое меньше, но куда уютней старого. Почти час проговорил с ней по телефону после развода она его жалела. Почему-то, несмотря на все уверения в обратном, она, как и многие другие, в их разрыве обвиняли именно Эмили.
В общем, в сущности, он ничего не знал про миссис Кейл, кроме того, что ей удалось воспитать умную, заботливую, счастливую Эмили. А ещё, что она совершенно не привязана к Карлайлу и всегда была внимательна к Сьюзен.
Она только и делает, что разводит нюни, нахмурился папа. Ты с ума сошёл, если хочешь доверить дочь этой размазне.
Но по тону Себ слышал, что папа не так уж не согласен с этим решением.
Сьюзен вместе с няней обнаружились в детской, за столом. Сьюзен что-то сосредоточенно рисовала, а няня внимательно наблюдала, иногда указывая на лист пальцем. Остановившись в дверях, Себ замер, наблюдая. Сейчас Сьюзен уже не плакала. И хотя её вид всё ещё внушал опасение, можно было сказать, что она пребывает в хорошем настроении и полностью погружена в свой рисунок.
Няня бросила на Себа быстрый взгляд, но он покачал головой, показывая, что не нужно ради него прерываться.
Так, а теперь давай добавим облака Сьюзен, почему чёрный? Это туча?
Сьюзен замерла с карандашом в руке, задумавшись.
Посмотри, у нас здесь с тобой зелёная трава, цветы, бабочки. Не похоже, что пойдёт дождь.
Он не пойдёт, сказала Сью твёрдо, но карандаш не отложила.
А когда дождь не собирается, какого цвета небо?
Голубое
Няня ждала, не предлагая ей другой карандаш, а Сьюзен всё сжимала чёрный. Подумала немного и принялась им водить по бумаге, аккуратно что-то закрашивая.
Сьюзен
Будет чёрное, упрямо отмахнулась она. Мне оно не нравится.
Сьюзен, смотри, у нас гости!
Сью отвлеклась и широко улыбнулась, как будто они не виделись полчаса назад.
Папа!
Привет, дорогая, сказал он осторожно. Можно вас немного прервать, мисс Кларенс?
Закончим картинку чуть позже?
Девочка кивнула, и только после этого мисс Кларенс встала со своего места.
Убери карандаши в пенал, пожалуйста, чтобы они не разбежались.
Очевидно, это был выверенный ритуал, потому что Сьюзен быстро собрала многочисленные разноцветные карандаши и сложила в толстый просторный пенал, застегнула его, накрыла рисунок чистым белым листом и вскочила из-за стола.
Няня вышла из комнаты, закрывая дверь, а Себ устроился на её стуле, разглядывая рабочий стол Сьюзен и тут же заметил фото Эмили в деревянной рамке. Сьюзен поймала его взгляд и погладила фотографию.
Мы с няней решили, что маме будет интересно посмотреть, как я рисую. А ещё я пыталась рисовать её.
Сью замолчала, погружаясь в свои мысли, но Себ сумел её отвлечь собственно, на показ рисунков. Себ совершенно не разбирался в том, как именно должны рисовать дети разного возраста, и то, что выходило у Сьюзен, было не очень-то далеко от каракулей в том плане, что оно было не очень ровное, не слишком-то похожее на оригинал и временами плоское. Но он видел, что рисовать ей нравится поэтому последние четыре года всякий раз для каждого рисунка находил хотя бы пару лестных слов. Прогресс, надо сказать, был заметен. Изначально ему приходилось спрашивать, что именно изображено, а сейчас он угадывал без труда.