В числе последних рисунков было много самолётов: целых или поломанных, с чем-то, похожим на огонь, лежащих на земле. Из самолётов выглядывали человечки.
«Нужен чёртов психолог», подумал Себ, но вслух сказал совсем другое:
У тебя здорово выходит, он положил наверх безопасный рисунок с женщиной в короне и лошадью с рогом во лбу. Ты посещаешь рисование в школе?
Это был неправильный вопрос, потому что губы Сью затряслись, и Себ едва успел обхватить её и прижать к себе, не давая забиться в истерике. Только с помощью прибежавшей мисс Кларенс удалось выяснить, что Эмили собиралась поговорить о классе рисования с учительницей и не успела.
Как поживаешь, мой дорогой Дантес? раздался за спиной высокий голос, и Себ вздрогнул от неожиданности. Резко вскочил на ноги, повернулся и конечно, встретился взглядом с Бруком.
Твою мать. Неожиданный удар сзади лучший способ вырубить снайпера, и Брук наверняка знает об этом. Себ сложил руки на груди, прогоняя остатки животного, вбитого в подкорку страха.
Сэр.
Как он там спросил? «Как поживаешь, мой дорогой», Себ попытался вспомнить, но фамилия на «Д» вылетела из головы.
Ясно, пожал плечами Джим. Я почему-то так и думал, он выглядел раздражённым, а потом максимально опасным, если бы я сам не давал тебе письменных инструкций, мой дорогой, я задумался бы, а умеешь ли ты читать?
С вашего позволения, сэр вы нанимаете меня стрелять, а не читать.
Брук издал странный резкий звук: не то выдох, не то рык, не то стон, прошёл к подоконнику, уселся на него, разбивая последние остатки маскировки, посмотрел в окно и сказал задумчиво:
Одноклеточные и однозадачные. Господи, какая же скука
Чем именно, Себ не знал, но чем-то он, похоже, как следует разозлил босса. Или не он?
Понаблюдав какое-то время за дорогой, Брук повернулся к Себу и сказал:
Приговор мистеру Смолвуду откладывается.
Если бы Себ услышал об этом пятнадцать минут назад, он, наверное, пришёл бы в ярость. Но он справился со взрывом эмоций, поэтому просто ответил:
Как скажете, сэр.
Брук чуть приподнял брови, и его лицо, только что выражавшее отвращение, сделалось заинтересованным.
Надо же, он улыбнулся, показывая зубы, какой послушный мальчик. Может, я даже дам тебе за это косточку, Себастьян. Хочешь косточку?
Себ, наплевав на устав и напомнив себе, что он не в армии, опустился на колени и принялся собирать винтовку. Раз уж Смолвуду сегодня повезло нечего ей тут лежать.
Ты скучный, протянул Брук, и вдруг окликнул его другим, непривычно-добрым тоном: Себастьян!
Да, сэр? Себ тут же распрямился.
Убей для меня кого-нибудь, Себастьян протянул Брук ласково и с мольбой в голосе, ну, пожа-а-алуйста.
Он наклонил голову и улыбнулся, как будто действительно что-то выпрашивал, а Себ смотрел на него, сжимая в руке лямку футляра от «М-24», и не мог отделаться от мысли, что всё это один большой спектакль.
Ну, или у Брука ещё сильнее поехала крыша.
Простите, сэр, сухо ответил Себ, невнятный приказ, отданный командиром, пребывающим в невменяемом состоянии, я игнорирую.
Ха, Брук вытолкнул из себя короткий резкий смешок, а если я дам более ясный приказ, Себастьян? Святой Себастьян иди сюда
Похоже, у Брука начинался очередной приход. В полутьме чердака кожа у него выглядела неестественно белой, на лбу блестел пот. Речь, как тогда в гостинице, стала невнятной и дёрганой.
К окну ну, я не кусаюсь он опять засмеялся, а Себ действительно с осторожностью подошёл к Бруку. Выглянул вместе с ним в окно, на немноголюдную улицу. Смотри повернула из-за угла в мали малиновой
Бруку не было нужны договаривать, потому что Себ и сам разглядел женщину в яркой приметной шляпе.
Вижу, отозвался Себ.
Видишь шёпотом повторил Брук, она идёт не очень быстро тяжёлый день, а дома ещё ждёт ссора с дочерью Бедняжка. Она ненавидит свою жизнь. Всё время одна. Не была замужем ни один мужчина не хотел её саму. Да и женщина тоже Брук прижался затылком к оконному проёму, закрыл глаза. Теперь его буквально рвало этими словами, зато он не терялся в них: Ребёнок по залёту Работа была единственным, что делало её жизнь осмысленной, представляешь, Себастьян? И вот пуф он залился смехом, а женщина между тем всё шла по улице: Она потеряла почти всё, Себастьян Ей остался только позор, долгое и мучительное падение на дно и дальше смерть. Помоги ей, Себастьян, Брук открыл глаза, ловя взгляд Себа: Убей её прямо сейчас.
Себ знал, что так будет, едва Брук упомянул женщину в малиновой шляпе. Она продолжала идти, уже почти поравнялась с домом, на чердаке которого они сидели.
Тогда уйдите от окна, сэр.
Джим! рявкнул он внезапно.
Да ладно. А Себ уже думал, что они эту тему проехали.
Джим уйдите от окна. Вас видно.
Он собрал винтовку так, словно соревновался на скорость. В голове было тихо, ровно и пусто. Брук отошёл в тень, а Себ взял женщину на прицел. Расстояние было очень небольшим. Собственно, даже целиться не было нужды.
Женщина уже миновала этот дом и шла дальше. До конца квартала оставалось триста метров.
Щелчок затвора.
Себ не знал, остановит его сейчас Брук или нет, и его это не волновало. Он сделал вдох, потом выдох. Непривычно замер перед самым выстрелом, отсчитывая в голове секунды по ударам