А причем здесь контрразведка?! наконец произнес полковник.
Простите, господа, вмешался в диалог поручик Дзюба. Мне кажется, мы теряем время. Наше место не здесь, а
Погодите, поручик, мрачно оборвал его Пальчевский. Надо сначала разобраться, чья вина в том, что отряд был разгромлен. Мы с большим трудом разведали маршрут, напали на след обоза, а доблестная кавалерия не смогла справиться с горсткой голодранцев!
Я просто предупредил вас как друга, словно оправдываясь, пробормотал Нечаев.
Что в штабе решили делать дальше? перебил его Пальчевский.
Не дать опомниться красным. Как только они появятся у Бобрика, по ним откроет огонь
артиллерия. И доведет дело до конца
Да, конечно, заволновался Пальчевский. Мы действительно должны быть там, у обоза
Хитрый Пальчевский хотел перехватить победу у регулярных белогвардейских частей, чтобы потом говорить, что благодаря именно его усилиям было захвачено золото. Он остался в комнате с Нечаевым, в то время как офицеры поспешили выполнять приказ
Поручик Дзюба еще вечером наказал своему коноводу хорошо накормить коня и дать ему отдохнуть. Теперь конь, пока его седлали, в нетерпении переступал ногами.
Поручик вскочил в седло и помчался к станции Бобрик. Он отчетливо осознавал, что никто, кроме него, теперь не сможет спасти обоз от гибели
Въехав на холм, он осмотрелся вокруг и внизу, в урочище, увидел несколько пушек, возле которых уже суетились солдаты.
Поручик взглянул на Черниговский тракт: по нему там и тут брели кучки людей. Вдруг из-за леса появились всадники, за ними выкатились подводы. Одна, две, три, четыре, пять
«Это они, догадался Дзюба, едут и не знают, что обречены на верную смерть»
Поручик нащупал в сумке гранаты, приготовил маузер. Сначала у него возникла мысль приблизиться к батарее и швырнуть гранаты в обслугу, но он тут же отказался от нее. Ну, погибнет несколько артиллеристов, на полчаса вспыхнет паника. За это время обоз подойдет ближе, и тогда по нему ударят прямой наводкой. Нет, действовать надо иначе.
Вперед, поручик! раздался вдруг рядом голос штабс-капитана Рогова. Он тоже верхом направлялся к батарее. Проверим, верно ли понял задачу их командир!
В чем же она заключается?
В полном уничтожении обоза.
А вы знаете, господин штабс-капитан, что везет тот обоз?
Знаю, полковник нам говорил.
Тогда скажите, что будет с ценностями, если по подводам ударят снарядами?
Не волнуйтесь, поручик, успокоил его Рогов, лучше собрать их по частям, чем вообще упустить из рук.
Разговаривая, офицеры съехали в небольшой распадок. Над их головами прошелестел первый снаряд.
Пристреливаются, пояснил Рогов.
Конь его стал подниматься по крутому склону. Еще минуту, две, и он окажется наверху. Поручик резко натянул поводья, догнал штабс-капитана и, поравнявшись, почти в упор выстрелил в него.
ВАСИЛЬКОВА ГРАНАТА
Ничего, хлопцы, скоро в Чернигове будем! крикнул он весело. А там у меня кума есть. Небось уже борща наварила и молочка приготовила!..
Не успел Давид закончить, как недалеко впереди поднялся столб огня и дыма.
Тяжелыми бьют, выдохнул Цибуля.
Но плохо целят, кивнул Давид, так и в сам Чернигов не попадут.
Снаряды стали ложиться слева и справа. Устименко понял, что сквозь эту огненную стену им не проскочить.
Стой! подал он команду. Выпрягайте лошадей! Отправляйте их с Васильком в ближайший лес.
Цибуля подхватил раненого Демида, осторожно, как мог, снял его с телеги. И в этот момент осколок попал Андрею в левое плечо. От неожиданности он согнулся, осел и, прижавшись к колесу, крикнул Васильку: «Выпрягай!»
На помощь мальчику поспешило несколько бойцов. Схватив у них поводья двух лошадей, он погнал остальных перед собой прямо через поле к лесу.
Демеевцы торопливо, но дружно стаскивали подводы на обочину, стремясь хотя бы частично защитить груз от снарядов. Но взрывы подступали все ближе.
Мерзавцы! чертыхнулся Андрей, зажимая пробитое плечо. Бьют наверняка. Знают, собаки, что у нас ни одной пушки нет, нечем ответить.
А если пулеметом, посоветовал кто-то.
Не получится: батарея за холмами. Только патроны зря потратим.
Командир приказал залечь, но все плотнее свистели и шипели вокруг горячие осколки. В конце концов, снаряд попал прямо в телегу, и из разбитого ящика потекло в кювет золотое сияние, радугой играя на солнце.
Неужели не довезем, Трофим? приподнялся на локтях Петр Суходол.
Не знаю, надо быть готовым ко всему...
Вдруг командир почувствовал, как выше колена обожгло правую ногу. Он тихо вскрикнул и обхватил рану рукой.
Придется теперь в пешем строю драться, застонал Устименко. Не поднять мне теперь ногу к стремени.
Ничего, сейчас перевяжу, вскочил Петр.
У Трофима Казимировича над правой бровью забилась жилка. Широкое лицо побледнело от потери крови.
Отступать здесь нельзя ... Будем драться до последнего, с трудом произнес он.
Чуть поодаль расположился Давид. Он отбросил от себя саблю, которая сейчас была ни к чему,
и положил перед собой гранаты.
Впереди него лежал Василий Бойко молодой еще парень. Он неожиданно вскрикнул и схватился за голову, когда снаряд разорвался в нескольких шагах от него.