Он ушёл раньше Астиохи или позже?
Раньше ещё только светало. А дочка ушла уже когда солнце встало.
Адраст сопел, как разозлённый бык, и глядел на собравшихся так, будто все были перед ним лично виноваты.
Он не может быть свидетелем, он же отец девчонки, сказал кто-то из судей.
Он даже защитником может быть, это ведь его дочь, спокойно возразил Клисфен. Говори, Адраст, что было дальше?
Она вызвала камнепад, и нас чуть не убило громадными камнями! Мы еле убежали!
Адраст, я же спросил, что было дальше.
Ты хочешь сказать, что Астиоха, едва увидев тебя, вызвала камнепад?
Я я сказал, что хочу поговорить с ней. А она
Вызвала камнепад, понятно.
В толпе снова раздались смешки, и Адраст, красный, как варёный краб, отступил на своё место.
Астиоха, дочь Горгия, расскажи, как произошло нападение.
Астиоха чуть выступила вперёд и описала, как они с Ифитом встретили на дороге Адраста и его двух рабов.
Он говорил со мной грубо, а потом крикнул своим людям «хватайте девку».
А они? с живым интересом спросил один из судей.
А они выскочили из-за дерева, а я призвала даймон и убедила их не нападать, а Ифит их побил.
Убедила даймоном? судья аж глаза вытаращил от изумления.
Да, Астиоха опустила глаза. Она никому, кроме наставника, не говорила, что у неё есть даймон мысли. И они остановились.
Великие боги! прошептал кто-то. И что же, она может любого из нас заколдовать?
Вот! Видите она опасна! выкрикнул Адраст. Она любого может
Ти-хо! взревел Клисфен. Толпа замолчала.
Тебе уже давали слово. Теперь очередь женщины. А если ты будешь мешать суду, тебя выведут отсюда и вынесут приговор без тебя.
Адраст пробурчал что-то злобное, но очень тихо.
Говори дальше, Астиоха. Что было потом?
Адраст кинулся на меня, а я подняла с земли горсть щебня и бросила в него. Вон у него лицо и руки поцарапаны. Потом я приказала камням вывернуться из тропинки. Они покатились вниз, и Адраст споткнулся на них и тоже покатился. И рабы за ним. А я побежала в святилище. Ну, ещё тропинку обратно разровняла.
Приведите сюда рабов Адраста, приказал Клисфен.
Ты будешь слушать рабов?! взревел рыжий жених.
Нет, успокоил его старик. Но пусть их приведут.
Рабов доставили, и Клисфен показал судьям на руки и ноги неудачливых здоровяков:
Видите ссадины? Они и правда побиты, и часть побоев нанесена явно не руками. Все увидели? Уведите.
Говори ты, почтенный Ксанф, велел секретарь. Что ты видел?
Сначала я услышал грохот камней на тропе к святилищу, призвал даймон камня и понял, что Астиоха в опасности. Я пошёл вниз узнать, что случилось, и встретил её по пути. Она рассказала, что Адраст хотел захватить её, и мы вместе пошли в деревню.
То есть ты не видел, как я начал Адраст.
Тихо! прикрикнул Клисфен. Не влезай. Почтенный Ксанф, ты не видел своими глазами, как всё происходило?
Нет, спокойно ответил наставник. Но даймон дал мне ощутить угрозу для моей ученицы.
Даймон в суд не вызовешь, покачал головой Клисфен. А ты допускаешь, что твоя ученица сама могла напасть на Адраста?
Нет, уверенно сказал жрец. Мы, врачеватели, стремимся не причинять другим боли и смерти. От этого слабеет даймон целительной силы.
Клисфен кивнул ему, и наставник вернулся на своё место.
Я не понимаю одного, сказал кто-то судей. Из-за чего вообще у них возникла ссора? Адраст, о чём ты хотел говорить с Астиохой?
Я хотел рыжий замялся, и Астиоха мысленно усмехнулась: ты хотел изнасиловать невесту, чтобы перестать её бояться. Но сказать это при всех не посмеешь.
На мгновение возник соблазн подтолкнуть его к откровенности. Лишь немного даймона мысли и он заговорит Но Астиоха ничего не сделала: на суд смотрят боги. Если она применит свою силу, это будет нечестно. Боги не станут на сторону того, кто жульничает!
Он ей позавчера такого наговорил! раздалось из толпы женщин.
Астиоха невольно улыбнулась. Снова Ксенобия! Конечно, она нарушает ход суда, но это ведь потому, что хочет защитить её, Астиоху. Сестра всё-таки умница.
Та-ак, нахмурился Клисфен, а что было позавчера?
И тут уж все девушки из дома Астиохи наперебой принялись рассказывать, как Адраст пришёл насмехаться над невестой и обижать её, а она его по колено в песке утопила.
Мы все это видели! И слышали! кричали девушки.
Вот, вот видите! снова завопил Адраста. Она опасна! Творит что хочет, в людей камнями кидается, в ямы толкает! Вы ещё пожале
И сам опрокинулся на спину, не удержавшись на ногах. Попадали ещё многие, потому что земля с такой силой вдруг ударила в ноги людям, что устоять было никак не возможно. Олива тревожно зашумела ветвями, сверху посыпались листья и обрушилось с полведра недозрелых оливок.
Посейдон гневается! Горе, горе! Колебатель Земли-и гневается-а! кричали отовсюду.
Равнина ходила ходуном. Астиоха в ужасе огляделась: деревья на склонах гор качали вершинами туда-сюда, как трава, а море от берега до самого горизонта всё покрылось мелкой рябью.
Она упала на колени, прижала ладони к земле:
Владыка морей,
Колебатель земли, Повелитель быков! Смилуйся, не губи нас! Мы почтим тебя жертвами, только не бери людей, прошу!
И руки её тут же по локоть ушли в землю. И в пальцы кольнуло ощущение огромного напряжения, силы, что скручена, как пружина, и не может найти выхода. А если не найдёт ударит вверх, вверх! И все эти жалкие горы и долины, реки и холмы превратятся в месиво первозданной глины. И из неё можно будет лепить новых людей, потому что все здешние погибнут...