Ришель одарила меня убийственным взглядом.
Я только хотел сказать, что это не так-то просто, попытался оправдаться я. Там поливальная система. Из нескольких труб вода распыляется, по другим стекает. Все эти вентили, клапаны. Контрольный пульт снаружи, за металлической панелью у двери. В записке диаграмма, но она какая-то запутанная, ничего?
Ничего. Она взяла листок и направилась к оранжерее.
Остались Элмо, Лиз и я.
Так, что дальше? спросил я. Вытирание пыли или кормление птиц?
Лиз передернула плечами.
Ненавижу, когда птиц держат в клетках. Это жестоко.
Ну, мы не можем позволить умереть им голодной смертью, съязвил я.
Я вытру пыль. Лиз подняла руку. Хотя не знаю, откуда взяться пыли за один день.
Я вручил ей листок, озаглавленный «Вытирание пыли». Она вышла, читая его и вздыхая.
Элмо я передал его инструкции.
Ты выбран на должность орнитолога, Циммер. Поздравляю.
Мне не пришлось объяснять ему, где птицы. Неожиданно два какаду начали вопить так, словно им в кормушку насыпали протухший корм. Элмо повернулся, чтобы через дверной проем взглянуть на птичий вольер размером с комнату за оранжереей.
Корм в вольере в жестяной банке. Снаружи куча газет.
Газеты? Они что, читают во время еды?
Чтобы застелить дно клетки, объяснил я. Понимаешь, ну, неприятно, конечно, грязь и всякое такое. Зачем, ты думаешь, они выписывают «Перо»?
Элмо пропустил мимо ушей мое замечание о газете, которую выпускал его отец.
Я должен войти в клетку?
спросил он.
Давай скажем так: да.
А что, если они заклюют меня до смерти?
Мы дадим «Перу» эксклюзивное интервью. Подумай над названием «Сын издателя убит попугаями». Это увеличило бы тираж на несколько экземпляров. А теперь покорми птиц. Доволен?
Все, что скажешь, проворчал Элмо. Он не казался слишком довольным.
Я прошел через гостиную и маленький коридор к плавательному бассейну. Достал реактивы для бассейна из шкафа и последовал инструкциям миссис Терзис по добавлению их в воду.
В этой комнате было что-то жутковатое и в том, как свет отражался от воды, стен, потолка, и в том, с каким звуком вода стекала по желобу.
Я попробовал воду. Подогрев был отключен, но вода все еще была приятной: не слишком теплая и не слишком холодная. Может, Ришель права, и нам следовало бы поплавать. Это бы нас взбодрило. Я бы выглядел героем. А Терзисы бы не возражали. На самом деле они бы ничего и не узнали, если бы мы потом убрали.
Потом я огляделся еще раз. Или, возможно, это все-таки не самая удачная идея. Почему-то глубокий бассейн выглядел не слишком приветливо.
Я как можно быстрее закончил все дела с бассейном и вернулся в гостиную. Лиз все еще вытирала пыль. Том тоже еще искал корм для рыб или что более вероятно сачковал.
Около оранжереи Ришель не было видно дверца, закрывавшая панель с выключателями открыта. Я вошел в оранжерею. Там было тепло и влажно. В другом конце Ришель сидела в пластиковом кресле в окружении растений и читала журнал.
Ришель, что ты делаешь? спросил я.
Она только передернула плечами.
Ты уже полила? Я огляделся. На мой взгляд, еще нет.
Нет еще, томно ответила она, Я включила систему, осталось только нажать на кнопку. Через минуту полью. Только дочитаю. Здесь так хорошо, тепло. Еще полно времени.
Лиз вытирала пыль с кофейного столика. То есть когда я подошел к ней, в руке у нее была тряпка для пыли, но на самом деле она рассматривала карточку, которая стояла перед вазой с красными розами.
Ты читаешь по-гречески, сказала она. Что здесь написано?
«Счастливого четверга, любимая».
Лиз удивилась.
Это старая история, объяснил я. Мистер Терзис каждую неделю приносит своей жене цветы. Когда они только поженились, он получал зарплату по четвергам и покупал ей цветы. Даже когда они едва сводили концы с концами, он всегда приносил цветы. И до сих пор так делает.
Каждый четверг он приносит ей цветы. Глаза Лиз блестели, ее взгляд увлажнился. После стольких лет? Как романтично! Разве это не прекрасно!
Прекрасно для продавца цветов, сказал я. Мистер Терзис, вероятно, держит ее в курсе дел. Лично я на месте миссис Терзис предпочел бы деньги.
Хочу сказать тебе, Ник, что однажды ты станешь действительно чудовищным мужем. Лиз повернулась ко мне спиной и стала стирать пыль с вазы.
Глава IX ПТИЧЬИ МОЗГИ
Привет, Кокки, сказал он.
Привет, Кокки, ответил попугай.
Привет, Кокки, не унимался Элмо.
Привет, Кокки, это попугай.
Привет, Кокки, еще раз сказал Элмо.
Интересно, сколько это будет продолжаться.
Элмо услышал мои шаги и обернулся.
Привет, Кокки, твердил попугай.
Почему он это делает? спросил у меня Элмо.
Почему делает что?
Почему он повторяет, что говорю я? Я серьезно. Я повторяю «Привет, Кокки» снова, снова и снова, и он отвечает.
Элмо, так делают попугаи, терпеливо ответил я. Откуда свалился этот парень?
Да, но почему? Я никогда прежде не задумывался, почему они это делают?
К несчастью, у Элмо был серьезный (давайте будем честными) недостаток занудство.
Ну не знаю я, Элмо. Может, они просто вежливые. Если ты тут закончил, не хочешь помочь Лиз вытирать пыль?