Выпустите меня! Сейчас же!
Он мог бы воспользоваться волшебной палочкой, но в этом доме уже и так немало поколдовали сегодня. Гарри отстал от двери и побежал к окну. Благо, что в этом году решётку к тому не прикрепили. Он открыл створку и вылез на межэтажный карниз. Кровь так бурлила в жилах, что Гарри тесно прижался к стене и стал медленно двигаться. Ему казалось, что у него отнимают самое ценное, жизненно важного ему человека. За дни, что они жили под одной крышей, он ведь не раз обсуждал с Гермионой новости в газетах, ухаживал за клумбой, ходил в магазин, готовил, убирался, гулял в свободное время, катался на качелях или сидел на лавочке. Это было непривычно, необычно, но рядом с Гермионой ему становилось лучше и легче. Она была ему невероятно нужна, а теперь её вдруг оторвали от него и заперли.
Гарри поторопился, соскользнул с карниза и упал в кусты. В доме послышался возглас дяди Вернона, тот выглянул из окна, но никого не обнаружил. Гарри тихо выругался, ощущая некоторую боль в области таза, поднялся и, пригнувшись, обошёл дом. Он поднялся по водосточной трубе до второго этажа и снова перелез на карниз. От угла дома до окна спальни для гостей оставалось совсем немного.
Гермиона? Гермиона, ты слышишь?
Гарри постучал по стеклу и прижался к нему лбом. Солнечный свет отражался от поверхности и мешал ему видеть, пришлось приложить к стеклу ладони. Только так он, наконец, смог разглядеть, где же находится его подруга. Гермиона сидела в углу, уткнувшись лицом в колени. Её плечи периодически сотрясались, волосы растрепались и рассыпались по спине. Она никого и ничего не видела и не слышала. Гарри ещё сильнее заволновался и напрягся. То ли окно было не заперто, то ли ему помогла магия, но створка поднялась вверх, и он смог проникнуть в комнату.
Гермиона
Она не ответила, и теперь он услышал её всхлипы. На какие-то
мгновения Гарри замер. Обычно он не переносил чужие слёзы, потому как в большинстве своём их лил Дадли, когда не мог получить игрушку или добиться чего-то ещё. В школе кузен потешался над слабыми и обзывал их плаксами, если они не выдерживали его издёвок. Всё это зародило в Гарри отторжение к чужому горю и проявлению чувств, но с Гермионой всё было по-другому. Она была важна ему, он видел, какой она бывает сильной и храброй, а теперь видел её раздавленной. Гарри понятия не имел, что в таких случаях делают и говорят, он отмер и инстинктивно рванул к ней. Упал возле Гермионы на колени и притянул к своей груди.
Гермиона Гермиона, я здесь, с тобой, торопливо заговорил, обняв её обеими руками. Я Если они выгонят тебя, я уйду вместе с тобой. Я бы тоже Дадли заколдовал. Ты всё правильно сделала!
Гермиона перестала всхлипывать и подняла на него мокрые глаза. Сердце Гарри забилось ещё сильнее, чем прежде. Он никогда не чувствовал себя очень сильным и отважным, но сейчас, как и годы назад, когда они оказались в подземелье и подруга рассказывала ему о дружбе и храбрости, снова обрёл необъяснимую веру.
Мы же вместе, заметил он очевидное, я никогда тебя не брошу.
Губы Гермионы задрожали, она так ничего и не сказала. Её руки обвили его шею, и мокрая щека прижалась к его горящей щеке. Гарри тяжело дышал, обнимая её, и чувствовал, как его постепенно отпускает напряжение и гнев, заполонившие всё его существо. Гермиона с ним. Всё ещё с ним. Он погладил её по спине и мягким волосам.
Возможно, они бы так и сидели в комнате, если бы не стук в дверь. Внизу был слышен голос дяди Вернона. Затем послышались шаги.
Конечно-конечно, я всё понимаю, вы совершенно правы, такое поведение недопустимо, звучал чей-то ещё, довольно знакомый голос.
Ключ зашевелился в замке, и Гарри с Гермионой оторвались друг от друга.
И ты здесь, паршивец! воскликнул дядя Вернон, но ему на плечо опустилась рука мистера Фаджа.
Это хорошо, что они вместе, сказал он, выходя вперёд. Мистер Поттер, мисс Грейнджер, я надеюсь, вы помните, что несовершеннолетним запрещено колдовать вне школы? Такое поведение недопустимо и требует принять меры.
Накажите их, сэр, они обидели моего сына! послышался из-за его спины голос дяди Вернона.
Гарри тут же подскочил на ноги и воскликнул:
Это неправда! Это Дадли обидел Гермиону! Я должен был что-то сделать!
Он врёт, это я заколдовала Дадли! возразила Гермиона, подскочив следом. Он меня выгораживает!
Не слушайте её! Это она меня выгораживает!
Спросите Дадли, он подтвердит, что это я!..
Прекратите! резко оборвал их министр, вскинув руку с волшебной палочкой. В комнате, как и в коридоре, повисла тишина. Я не стану разбираться, кто из вас нарушил запрет, но это последний раз, когда мы это простим. Давайте сюда ваши волшебные палочки. Думаю, это убережёт вас от любых нарушений.
Гарри с Гермионой растерянно переглянулись.
Но как же мы без них? осторожно спросила она.
Хотите сказать, мисс Грейнджер, вы собираетесь снова колдовать вне школы? уточнил министр.
Нет, но
В таком случае не вижу проблемы. Давайте сюда ваши палочки, я отправлю их в Хогвартс, директор вернёт их вам первого сентября. Что-то не так?
Мистер Дурсль вышел вперёд и с широкой улыбкой протянул палочку Гермионы. Гарри ничего не осталось, как достать из-за пояса свою палочку.