Глава 8
КРУТОЙ В ПОГОНАХ
Огневой удар "катюш" начался с залпа первой машины. Без задержки следом за ней взвились хвостатые снаряды со второй, с третьей. И забушевало! Визг и вой, пламя и дым - огненное сопровождение смерти и разрухи.
- Иван, что же ты?! Огонь!
А он не мог сдвинуть с места, будто прикипевшее колесико. Обливался потом, кричал и плакал от бессилия. И тогда в кабине появился Артемьев. Сразу все стихло. Голос погибшего товарища был спокойным и грустным:
- Приходи к нам, Иван. Здесь хорошо. Здесь не стреляют. Пора, Иван, мы ждем.
Командующий ракетными войсками стратегического назначения генерал армии Некипелов проснулся перед рассветом и долго лежал, пытаясь освободиться от жуткой реальности сна. Все чаще стали приходить к нему ночной порой погибшие друзья. Звать к себе. Наверное, не зря шевелятся осколки. Скоро в путь - неизвестный, бесконечный.
Некипелов отбросил одеяло, закурил и подошел к окну. Фиолетовая полоска на востоке призрачно извивалась от теплого дыхания большого города.
Домочадцы в огромной квартире высотного дома по проспекту Мира еще спали. Некипелов осторожно прошел в ванную, умылся ледяной водой. Потом в своем кабинете извлек из сейфа припрятанную от жены бутылку коньяку и налил рюмашку. Тяпнул. Закурил. К черту врачей, к черту жену! Что они понимают!
За завтраком супруга все же учуяла запах:
- Иван! Ты опять?
- Да я самую малость, Валюта.
- Баба, - тут же продала внучка, - а он еще и курил.
- Та-ак, - угрожающе протянула жена. - Ты что, хочешь раньше времени в могилу сойти? Может, телохранителей в доме держать?
- Мне их и в управлении хватает.
- Неизвестно, что ты еще там вытворяешь.
- Я там работаю.
- И смолишь целый день.
- Валюша, я прошу тебя.
- Ты понимаешь, что будет, если тебя комиссуют?
- Ничего особенного, мир не перевернется.
- А о них ты подумал? О дочке. - Жена протянула длань в направлении дочери. - О внуках, - тот же жест, - о Борисе, наконец.
Зятя Бориса с ними не было.
- Он вас и прокормит. Такой же генерал, как и я. Зарплата приличная.
- Генерал-майор, а не такой же. И неизвестно, когда повышение будет.
- Это не от меня зависит.
- И от тебя тоже. Смог ведь ты его загнать к черту на кулички.
- Камчатка - такая же русская земля, как и Москва. Ее тоже защищать надо.
- Если такая же - пусть там другие гниют. - Дочь возмущенно смотрела на отца. - А для Бориса ты бы мог и получше место найти. Хорошенькое дело - жена с двумя детьми на одном конце света, а муж - на другом.
Некипелов обреченно вздохнул. Утро начиналось как обычно.
- У Бориса нет никакого опыта. Ему еще учиться и учиться. А если тяготит разлука, могла бы…
- Вот, - дочь сделала кукиш, - сейчас, уехала. Спасибо за совет, папочка.
Она со злостью бросила ложечку. Из коллекционной, с позолотой, чашки потек кофе.
Они остались вдвоем. Жена покачала головой:
- Зачем ты так с дочкой? Нелегко ей без мужа. Ее понять надо.
- Валентина, - Некипелов проникновенно посмотрел на супругу, - ну не могу я через себя шагать. Я для этого проходимца и так много сделал. Из майоров в генералы произвел. Мало? Командовать важнейшим участком назначил. Опять не хватает? Что еще от меня нужно?
- Ты должен сделать так, чтобы Борис вернулся в Москву. С повышением.
Некипелов в бешенстве вскочил со стула:
- Хрен ему моржовый, а не Москва! Будет служить там, где служит! Ума наберется - и без меня вторую звездочку на погон нацепит. А если башка пустая - сколько железок не навешивай, ума не прибавится. Все!
Некипелов почти вбежал в кабинет и захлопнул дверь. Посмотрел на сейф, махнул рукой и снова налил себе коньяку.
Выждав, пока он успокоится, жена вошла в кабинет.
- Я тебя понимаю, Ваня, - сказала она примирительно. - Борис - человек не нашего круга. Но он муж твоей дочери. Надо все же помочь ему.
- Опять за рыбу деньги!
- Нет, нет, - поспешно сказала супруга, - никаких протекций. Но подумай сам - как он сможет проявить себя в этой дыре, среди медведей. Дай ему какое-нибудь задание, он его выполнит, его заметят. Пусть запустит свои ракеты, может, попадет куда-нибудь.
- Там нет ракет.
- Да? - удивилась жена. - А что там есть?
Некипелов молчал.
- Да ладно тебе, Ванюша, уж я-то не диверсант.
- Там полигон.
- Это плохо, что нет ракет, - рассудила жена. - Сейчас где ракеты, там и уважение. Устроил бы ты ему хоть одну штучку. Сразу бы Бориса заметили. Американцы опять же рядом. Нет, ракета там нужна.
Некипелов рассмеялся:
- Ну, ты у меня стратег. На Камчатке нельзя - сейсмическая зона.
- Захотят - все сделают. Просто до этого еще никто не додумался. Ну так что?
- Я обмозгую.
- Хорошо, Ванечка. И больше не кури, понял?
* * *
Распад "Империи зла" и вывод крылатых ракет из Западной Европы решили вопрос положительно. В окрестностях поселка Калчи начались работы по строительству шахты для межконтинентальной баллистической ракеты.
- Сдурели там… мать их, - шептались проектировщики, ломая головы над обеспечением стратегической безопасности. - Новый БАМ строим. Долбанет Калчевская, такой "бам" будет - Калчи в пепел раскидает.
Строительство длилось два года. К концу восьмидесятых было произведено три пробных пуска Калчи - Казахстан. Все они прошли успешно. Несколько землетрясений - самое крупное силой пять баллов - не сумели разрушить цельнометаллическую шахту глубиной пятьдесят пять метров и повредить ракету-носитель. Ядерный гигант, подвешенный на мощных пятнадцатиметровых пружинных блоках, во время толчков покачивался в шахте, но вел себя мирно.
- Довольны? - спросил Некипелов, когда спустя два года Борис появился в Москве.
- Папочка, ты прелесть. Теперь бы его в Генштаб пристроить…
В эту же ночь командующий стратегическими войсками Некипелов навсегда ушел к своим боевым друзьям.
Когда новый командир в/ч 35252 генерал Зобов, неся впереди себя объемистый живот, выходил из самолета, на самом большом плацу его уже ждал весь личный состав части. Роты и батареи стояли правильным четырехугольником - отдельно офицеры, отдельно солдаты. Плац был выскоблен до блеска. Деревянная трибуна сияла свежевыкрашенными досками. Щеголеватый командир музвзвода нервно поправлял белые перчатки. Новый хозяин - это всегда волнительно.
В пути от аэродрома до части подполковник Гудов осторожно расспрашивал Зобова:
- Ждали вас с нетерпением, товарищ генерал. Все выстроены на смотр. Вы куда сначала - в штаб или к личному составу?
Зобов выпятил нижнюю губу.
- Вы что, охренели? Я полтора часа в самолете вожжался. Домой вези.
Через час ожидания личный состав части развели по казармам.
На следующий день, маленько оклемавшись от пьянки, устроенной ближайшими помощниками, Зобов вызвал к себе в кабинет начхоза.
Майор Бугрей, усатенький и с бачками, почтительно остановился у порога.
- Проходи, ворюга. - Зобов поманил его пальцем.
У майора вытянулись бакенбарды. Хлопая глазами, он подошел к столу.
- Ну, как там на складах? Недостача есть?
- Товарищ генерал, в ракетных частях полный порядок. Я вас заверяю, что…
- Ладно, садись.
Бугрей осторожно присел на краешек стула.
- Когда проходили последние учения?
- У нас, извините, учений не бывает. Специфика части не та. Редкие ночные тревоги для поддержания личного состава в боеготовности - это случается.
- Значит, будут. Готовьте матобеспечение. Вот вам список. Позаботьтесь, чтобы из Петропавловска-Камчатского все было вовремя доставлено.
Бугрей прочитал длинный перечень необходимого и осторожно кашлянул.
- Что непонятно?
- Вот здесь под пунктом номер семь - пять моторных лодок "Казанка".
- Ну и…
- Не поймут в Питере. Тайга у нас, извините.
- А солдатики на чем, по-твоему, через Камчатку переправляться будут? Вплавь, что ли?
- Тогда, извините, пять мало.
- Вот это разговор, - одобрил Зобов. - Исправь на семь. Или нет, пятерка лучше на восемь рисуется. Еще вопросы есть?
- Нет, товарищ генерал, я все понял.
За дверями майора обступили офицеры.
- Ну, как он?
Майор подергал себя за бачки.
- Готовьтесь, мужики, к матобеспечению.
И ушел, оставив офицеров в недоумении и тревоге.
Учения проходили на другом берегу реки Камчатка. Две роты солдат сообща укокошили троих красавцев оленей, подготовили посадочную площадку для вертолета и разбили армейскую десятиместную палатку.
К полудню на место дислокации передвижного штаба прибыл Зобов с офицерами. Выпили. Закусили. Зобов сказал речь.
- Господа офицеры! В наше непростое время все вы должны понимать, что жить так, как раньше, уже нельзя. Уходит в прошлое представление о человеке в форме как о роботе, способном только маршировать, стрелять и стоять в карауле. Время требует от вас самостоятельности и предприимчивости. Каждый из вас на своем боевом посту должен задать себе вопрос: "А все ли я сделал, чтобы родная "тридцатка" процветала и богатела?" Вот ты, - Зобов ткнул рюмкой в ближнего офицера. - Ты кто?
- Командир автороты майор Сельницын, товарищ генерал.
- Ты что на своих "Уралах" возишь?
- Солдат, товарищ генерал, стройматериалы, продовольствие.
- Местные из Калчей к тебе за помощью обращались?
- Так точно!
- А ты что?