- Ни в коем случае. Использование транспорта части в личных целях…
- Ну и мудак. Тебя что, ракетную установку попросили продать? Впредь незадействованный на текущий момент транспорт будет использоваться для помощи местному населению. Не бесплатно, конечно. Всю бухгалтерию будет вести мой адъютант.
Зобов икнул.
- Пример с майором… Семечкиным всем понятен? - Офицеры молчали. - Тогда выпьем, господа, за процветание "тридцатки".
После "учений" майор Бугрей пришел к Зобову.
- Что там у тебя?
- Питер отчета требует, товарищ генерал. Затраченные средства, потери.
Зобов протянул бумагу:
- Держи. Твою работу сделал.
Майор уткнулся в перечень. На лице его отразилось сомнение.
- Что куксишься?
- Лодки…
- Что "лодки"?
- Мы ведь их не использовали. А здесь пометка "списаны в связи с непригодностью". И полевая кухня.
- Тебя что, моя подпись не устраивает?
- Устраивает, товарищ генерал. Но ведь и я тоже расписаться должен.
- А тебе, я понимаю, не хочется?
- Ну… как-то…
Зобов побагровел и, обойдя стол, наклонился над майором.
- Слушай, ты. Целочку-то из себя не строй. В запас захотел? Я это могу устроить. Вышибу с треском, без выходного пособия. На твое место люди всегда найдутся. Хочешь?
Майор не хотел и молча расписался под перечнем.
В кабинет заглянул адъютант.
- Иди, - приказал Зобов, и Бугрей удалился.
- Реализовал? - поинтересовался Зобов у адъютанта.
- С рыбхозом договоренность есть. Берут пять лодок. Остальные три - местные. Полевой кухней заинтересовались геологи.
- Молодец, - похвалил Зобов. - Хорошо работаешь. Что-нибудь еще есть на примете?
Адъютант по-свойски улыбнулся:
- Здесь возможностей - непочатый край, Виктор Сергеевич. Такие дела можно делать - голова кругом идет. Золотое дно. Только вот первоначальный капитал нужен.
- Сколько?
- Для начала - миллион зеленых.
Зобов задумался.
- Ладно, есть у меня на Большой Земле люди. Свяжусь.
* * *
Серебристый "мерс", рассекая надвое тайгу, мчался по прямой, как стрела, бетонке к смотровой площадке. Дорога шла, изгибаясь все круче, но скорость не снижалась. Машина выскочила на пустынную стоянку. Из салона вышли трое.
- Ништя-ак! - восхищенно протянула одна из девиц. - Круто! Лучше, чем в Швейцарии. Эта гора как называется?
Упитанный лысоватый мужичок средних лет убрал солнцезащитные очки с носа на лоб.
- Витек говорил, Безымянная, вроде.
Вторая запрыгала как горная козочка.
- Хочу, чтобы ее назвали моим именем. Гора Кристина. Звучит!
Мужичок снисходительно усмехнулся:
- Какая ты Кристина? Всю жизнь Машкой была.
- Все равно хочу.
- Прохочешь.
- А как эта гора называется? - не обиделась Манька.
- Ты когда-нибудь о Калчевском вулкане слышала?
- Не-а.
- Вот это он и есть.
- Красиво дымит. Что у него внутри?
- Лава.
- Хочу на нее посмотреть. Это можно?
Мужичок зевнул:
- Можно. Послезавтра. У Витьки все вертушки в разгоне. Освободятся - свожу.
- А я сегодня хочу.
- Сказано - через день.
- Я думала, ты все можешь, - подначила вторая. - Оказывается, нет.
- Я все могу, - веско сказал мужичок. - Дашь Гарику прямо здесь, на площадке - полетим сегодня. Что, ссышь?
- Я? Гарюша, ком.
Из машины неуклюже вылез угловатый квадратный телохранитель.
Девица быстренько стянула с себя шортики, маечку и осталась нагишом.
- Гарюша, покажем мистеру класс.
Она подбежала к низеньким перильцам и, облокотившись на них, отставила задницу. Телохранитель, видя молчаливое одобрение хозяина, пристроился сзади.
Далеко от смотровой площадки вулканчик-паразит на склоне Калчевской пыхнул искрами. По земле прошла легкая дрожь. Девица вскрикнула:
- Чего это он?
- Извержение. Спермы. Не узнала, что ли?
Гарик отпыхтел свое и отошел.
- Я и за щеку могу, - похвасталась девица.
- Ладно, верю, можешь.
- А вот ты…
- Поехали, - решительно сказал мужичок. - Будет вертолет.
В особняке Зобова был банный день. Разжиревший до безобразия за последние несколько лет генерал отлеживался после сауны. Солдатик-первогодок стоял рядом, ожидая распоряжений.
- Плесни-ка, служивый.
Солдат бросился к батарее бутылок.
- Не то, мать твою! Сколько учить - перед баней шампань, после парной водочку, а на отдыхе "Камю". Вот так.
Зобов выпил и уставился тяжелым взглядом на солдата.
- Самому-то небось хочется?
- Никак нет, господин генерал!
- Не п…ди, наливай. Пей. Хорошо прошло?
Задохнувшийся от спиртного солдат затряс головой. Зобов захохотал. Потом перевернулся на другой бок и, не глядя на солдата, сказал:
- Из какой роты?
- Батарея обеспечения испытательных работ, господин генерал!
- А… дармоеды… Завтра пойдешь к командиру батареи и скажешь, что генерал Зобов дал тебе пять суток гауптвахты за употребление спиртных напитков. Понял?
- Так точно, господин генерал!
От баньки и коньяка тянуло ко сну.
- Жалеешь, что выпил?
Солдат молчал.
- И правильно, что не жалеешь. Если бы не выпил, я тебе десять влепил. Ладно, пшел вон.
Поспать Зобову не удалось. От особняка к реке по ступеням сбежал адъютант.
- Виктор Сергеевич, к вам люди.
- Кто?
- Кармаков с девицами.
- А, этот… банкир. Ну, давай его.
Кармаков внимательно осмотрел беседку, кожаные диваны, бутылки с импортными наклейками.
- Здравствуй, Витя.
- Здорово, финансист. С чем пожаловал?
- Вертолет нужен. Девочки хотят Калчевскую посмотреть.
- Послезавтра. Сейчас никак не могу. Боевая сегодня, черт бы ее побрал. Все вертолеты под газами.
- Витя… - укоризненно покачал головой Кармаков, - ты - и не можешь? Одной вертушкой больше, одной меньше - какая разница? Сколько?
- Пять.
- Ладно, - легко согласился Кармаков и, вытащив из кармана пачку долларов, не глядя отделил половину.
Зобов кивком головы подозвал адъютанта:
- Скажешь этому… как его?
- Лапшину.
- Скажешь Лапшину, что одну машину я беру сегодня себе. Пусть сейчас же пригонит на смотровую.
- Полетите без меня, - сказал Кармаков, - я с Витей побеседовать хочу. Только не вздумайте с пилотом в вертолете трахаться. Это вам не рояль.
- Трахаться не будем, - заверила Машка. - Мы только… - Она облизала полные губы.
- Пролетая над жерлом вулкана, они сделали летчику двойной минет, - выдала вторая.
Девицы заржали и ушли.
- Хорошо живешь, Витя, - сказал Кармаков и похлопал по мягкой коже дивана. - Другие в ремках ходят, а у тебя империя.
- Будто ты - хуже, - усмехнулся Зобов. - Небось, банчишка не торговая лавка, на хлеб с маслом хватает. Тебе ли мою дыру хвалить, у тебя - Москва.
- Так-то оно так, - вздохнул Кармаков, - только трудно сейчас в столице жить стало. Этих банков знаешь, сколько развелось? На хвост наступают, дорогу переходят. Авторитеты опять же.
- Что, снова процент подняли?
- Подняли, Витя. Неделю назад самохинские наведывались. Кабальные условия.
- А крыша в верхах?
- Что - крыша… От пули ни крыша, ни стены не спасут, если те решат банк к рукам прибрать. Зачем кость глодать, если можно весь кусок слопать.
- Так серьезно?
- Пока не знаю. Работаем в этом направлении. В общем, тоска. А у тебя - тишь да благодать. Сам-то под кем?
Кармаков задал вопрос, не надеясь на ответ. Какой дурак про покровителя скажет?
- Я? - Зобов снисходительно глянул на собеседника. - Я командир части особого назначения. Командиры у меня есть - да и тех я на хер посылаю. А чтобы шушера мне условия ставила, это ты хватил. Пусть сунутся - ноги пообрываю.
Кармаков согласно кивнул:
- Я и говорю - сладко живешь, Витя. Ну ладно, пойду. Процедуры принимать надо.
- Девок своих трахать?
- Понравились? Могу презентовать на ночку.
- Пришли ту… лизунью, в шортиках.
- Годится. Ну, бывай.
Через двое суток Кармаков на личном самолете вылетел в Москву. У трапа его ждал черный БМВ. Телохранитель Кармакова шагнул было навстречу лощеному благообразному старичку, но тот бесцеремонно отпихнул его в сторону.
- А мы за тобой на своем транспорте, Антоша. Не побрезгуй.
- Поехали, - угрюмо сказал Кармаков.
Его привезли на шикарную загородную виллу. Охлопав банкира, два телака провели его в гостиную.
За круглым столом трое вели игру. Не решаясь вмешаться, Кармаков присел на краешек пуфика.
- Все, я пас, - сказал один из игроков и откинулся на спинку кресла. - И так без штанов остался.
- Жаль, - сказал другой, - может, на подштанники сыграем?
- Шутник ты, Серый. С ним вон перекинься. - И первый ткнул пальцем в сторону Кармакова. - Это тебе не лопух-авторитет. Враз обчистит.
Они засмеялись.
- Как поездка, господин Кармаков? - спросил похожий на пенсионера-домоседа старичок в простой клетчатой рубашке. - Как отдохнули?
- Спасибо, хорошо.
- Наслышан я про этот санаторий, - вставил проигравший, - покруче Ниццы будет. Тамошний хозяин дела заворачивает - дай бог каждому.
- Говорил с ним? - снова спросил пенсионер у Кармакова.
- Беседовали.
- Чем дышит?