и кастрюлями.
Вроде бы поавралили, годовой план по любви выполнили, ну и ладно
Да и не могу я всех женщин любить. Я же не Дон Жуан, мне за глаза хватит штук пять-шесть.
А бывают такие особы, которых и один день-то в году любить невозможно. Зачем далеко ходить возьмите мою соседку Нилюфар с ее змеиным языком. Ее на необитаемый остров сослать надо, а вы говорите любить!
Потом смотрю на красоток, что вечером порхают возле отеля «Узбекистан». Может, кто-то и согласен их любить, только не я. Даже восьмого марта. Восьмое марта пройдет, а СПИД останется
Еще один аспект: коли уж праздновать, так и тосты произносить надо, верно же? То есть выпивать. Что не стыкуется с нашей всенародной антиалкогольной линией.
Да и все ли женщины прекрасны, все ли достойны любви? Внешне и внутренне. Та же Нилюфар: язык как у змеи, а формы как у бегемота. Килограммов двести потянет. Ну что это такое?
Моя Айгуль не такая. Она очень следит за собой, ест чуть-чуть, чтобы не испортить фигуру. Аэробикой занимается.
Я даже как-то, расчувствовавшись, поблагодарил ее.
Спасибо тебе, говорю, Айгуль, козочка моя. Вижу я, как ты бережешь свою стройную фигурку. Ты мой кипарис, моя чинара, мой тополек пирамидальный. Ведь это ты для меня стараешься, чтобы я тебя не разлюбил?
Айгуль отвечает:
Ну, конечно, милый. Ведь если я располнею, то мне уже не носить мои две пары импортных джинсов, да четыре летних платья, да три осенних. Да пальто. Разве ты в силах мне весь мой гардероб обновить?
Не в силах, признаюсь я. Тем более спасибо тебе, ласточка моя.
Так что давайте любить женщин избирательно, но всегда. Всегда, но без шумовых эффектов.
ЛЕВ
В обычном грязноватом магазине «Овощи фрукты», в самой середине зала, окруженный сетчатыми контейнерами с золотым луком и рыжей морковью, сидел лев. Настоящий живой лев, хотя магазин находился вовсе не в Кении или Эфиопии, а в обычном нашем районном городке.
В этот день выбросили бананы. Банановые любители живо объединились в толстую неспокойную очередь. Очередь ползла, огибая контейнеры и льва. Лев сидел тихо и спокойно, изредка помаргивая желтыми глазами и мотая гривастой башкой. Люди, поглядывая на льва, ощущали внутреннее беспокойство и дискомфорт, но молчали, пока дородная немолодая брюнетка не взорвалась:
Теснотища, духотища, а тут еще и лев! Его что с бананами вместе закупили? Ну, порядочки! Лучше бы кассу вторую открыли!
Очередь одобряюще заворчала. Действительно, нужно вторую кассу, а не льва.
Сумку поставить места не найдешь! откликнулась дама в светозащитных заграничных очках. Жара, прямо плавишься. А тут и правда-лев!
Очередь воинственно загудела. В зал впорхнула Дилором Тешабаева, заместитель директора, сверкнула бриллиантовыми многокаратными серьгами, нахмурилась.
Девочки! Чей лев?
Продавщицы Кумыш и Марина как сговорившись молча пожали плечами. Кто его знает, чей лев. Им было не до разговоров надо было потрафить яростной очереди, решая нерешимую задачу как обеспечить всех желтыми бананами, но и сбагрив при этом зеленые, с тем, однако, чтобы для себя и многочисленных знакомых придержать самые спелые и крупные.
Может, он с вечерней смены остался? Кто вчера дежурил? допытывалась Тешабаева.
Шукур дежурил, откликнулась Марина. Только откуда у него лев? У него только кошка живет, да и та черная, с белой грудкой.
Распустились до черт знает чего! веско сказал отставной полковник в вельветовом пальто. Дожили! Сегодня в магазин льва приведут, завтра попугаев какаду запустят, а послезавтра ценники подменят. И ничего. И как с гуся вода. И это называется внедрили рабочий контроль. А подать мне жалобную книгу!
Да возьмите, дружелюбно сказала Тешабаева. Вон лежит, на специальной полочке. И ручка к ней привязана, пишите на здоровье. Только правду пишите. Ценники мы не подменяли, попугаев не держим, а чей лев пока не выяснили. Может, он ваш или вон той бабушки с рюкзаком.
Чего-чего? заволновалась бабушка с рюкзаком.
Я ничего, бабушка, извините, сказала Тешабаева. Я к примеру только.
Вы за состояние магазина отвечаете! гаркнул полковник, играя желваками на плохо выбритых скулах. Вы за всю эту редьку и морковку отвечаете, что у вас в зале. А значит, и за льва! Не вы ли сами его и привели, чтобы создать сумятицу и отвлекать внимание покупателей от весов?
Опытная Тешабаева проглотила оскорбление, зная, что возражения обойдутся себе дороже. Лев тем временем вздохнул и лег на бок,
разметая хвостом разбросанную по полу морковную ботву. Очереди это не понравилось.
Разлегся! закричали. Прямо хоть ходи по нему! А если он откусит чего-нибудь? Правильно, пишите, товарищ, прокурор разберется.
Тешабаева потерла виски, подумала. Потом быстро втиснулась в пустующее кассовое гнездо.
Полковник, оказавшийся первым у новой кассы, тут же забыл про льва и жалобную книгу, спрятал желваки.
Другое дело! сказал он, вытаскивая одутловатый бумажник. Пятнадцать кило бананов. Или нет, шестнадцать.
Тешабаева безропотно выбила шестнадцать, сдачу отсчитала аккуратно.
Очередь успокоилась и отвлеклась от льва. Через него переступали, на него временно ставили авоськи с бананами.