- Опомнись, Паинька! - снова воскликнула леди. - В этом доме нет оловянных солдатиков! Они символизируют собой милитаризм и для игр не годятся! Не могу понять, что это нашло на тебя сегодня. Должно быть, это влияние тех дурных детей! Лучше пойдем-ка в гостиную и положим этот древний талисман в шкафчик наших редкостей, а потом до возвращения папы ты можешь разучить новую пьесу.
Тому, что еще оставалось от Джейн, не понравилась картина исчезновения круглого блестящего предмета из рук владелицы, равно как и перспектива разучивать новую музыкальную пьесу. И в душу закрались некоторые сомнения относительно дома, где спят в дневное время и где избегают ярких цветов, и где все естественное и занимательное превращается в убогое и унылое. Но ОНА удрученно последовала из комнаты за серой леди, спустилась в большую холодную серую гостиную и села за рояль.
И оказалось, что игра на фортепьяно, которая раньше была для Джейн настоящей пыткой, теперь просто любимое дело. ОНА принялась играть легко и с блеском, а серая леди уселась на тяжелый стул из резного дуба и открыла журнал под названием "Аутлук".
Так продолжалось бесконечно долго, и последняя крупица, оставшаяся от Джейн, уже начала было думать, что ей придется попрощаться с жизнью, как вдруг, нарушая занятия, кто-то постучал в парадную дверь.
- Кто бы это мог быть? - сказала леди. - У папы свой собственный ключ, а больше к нам никто не ходит.
"Это уж точно!" - прощально вспыхнула искорка прежней Джейн.
Леди направилась к двери и открыла ее. На пороге стоял маленького роста господин. У него была остроконечная бородка и довольно напряженное выражение лица.
- Добрый день, мадам, - сказал он, закладывая одну руку за спину, как будто скрестил на ней пальцы (что он и сделал). - Дело в том, что я пишу книгу о психологии детей, и прослышал, что у вас растет очень умная дочка. И вот мне подумалось, нельзя ли побеседовать с ней?
- О, как интересно! - воскликнула леди. - Я сама всю жизнь занимаюсь детской психологией!
- В самом деле? - сказал маленький господин и вид у него стал еще более напряженный.
- Да, это так. Какого метода вы придерживаетесь - Шварца-Меттерклюме или Бронтоссори?
Казалось, что маленький господин предпочел бы оказаться где-нибудь в другом месте.
- У меня свой метод, - сказал он. - Вы о нем не могли слышать.
- Как все это интересно! - воскликнула леди. - Проходите и расскажите-ка мне все о своем методе. - И она провела маленького господина по серому холлу в серую гостиную.
Тем временем Катрин высунулась из своей вечнозеленой засады.
- Тсс… - сказала она.
- Пошли, - сказал Марк, высовываясь из своей засады.
Сопровождаемые Мартой, они пересекли изумрудную лужайку и поднялись на крыльцо. Леди от возбуждения забыла закрыть парадную дверь и, стоя в прихожей, дети прекрасно слышали все, что происходило в гостиной.
- Нам бы, конечно, не хотелось никакой огласки, - говорила леди. - Вы ведь не будете называть ее в книге по имени?
- Естественно, нет, - сказал голос мистера Смита (потому что маленький господин - это был, конечно, он). - Главу о ней я назову "Случай Джейн".
Марк, Катрин и Марта услышали чей-то короткий вздох, как будто упомянутое имя что-то значило для кого-то, кто находился в комнате.
- Если только случаем это не ее собственное имя, - продолжал голос Мистера Смита.
- О нет, - сказал голос леди, - мы называем ее Паинька, имя же ее - Ифигения.
- Какая гения? - переспросила Катрин Марка.
- Чшш, - прошипел Марк Катрин.
- Понятно, - сказал голос мистера Смита. - Добрый день, Ифигения. Ты веришь в чудеса?
- Да что вы! - раздался голос леди, поспешившей ответить вместо НЕЕ. - Боюсь, что ваш метод несколько устарел. Ифигения никогда не верила ни в чудеса, ни в прочие разные выдумки.
- Об этом можно только пожалеть, - сказал голос мистера Смита. - Однако каковы ее интересы? Она что-нибудь коллекционирует?
- Ну конечно, - раздался голос леди, снова ответившей вместо НЕЕ. - Она коллекционирует предметы искусства. Сегодня, например, она принесла в дом редкий старинный амулет.
Стоя возле дверей, Марта ущипнула Катрин:
- Наш талисман! - прошептала она.
- Чшш! - прошептала в ответ Катрин.
- Неужели? - раздался взволнованный голос мистера Смита. - Нельзя ли взглянуть на него хотя бы одним глазком?
- Никаких проблем, - ответствовал голос леди. Слышно было, как она пересекла комнату, а затем наступила такая тишина, что у Марка, Катрин и Марты лопнуло терпение и они на цыпочках двинулись к гостиной, чтобы посмотреть, что же там происходит.
Пол в прихожей был натерт до блеска, и на нем лежало несколько половиков ручной вязки. Марта зацепилась ногой за один из половиков, поскользнулась и шлепнулась, влетев в гостиную, - как раз в тот момент, когда леди, закрыв шкафчик с редкими вещами, протягивала мистеру Смиту талисман. Вслед за Мартой в гостиной появились Марк и Катрин.
"Привет", - сказала ОНА, улыбнувшись им. После того, как она провела в этом сером доме полчаса, дети эти понравились ей гораздо больше, чем в предыдущую встречу. Она повернулась к серой леди:
- Это дети, с которыми я играла днем.
- Мда, боюсь, что это очень невоспитанные дети, - сказала леди, едва оправившись от удивления. И она грозно посмотрела на Марка, Катрин и Марту. - В этот дом не входят без разрешения. Думаю, будет лучше, если вы немедленно его покинете. Ифигения не хочет вас видеть.
- Нет хочет, - отважно сказал Марк, делая шаг вперед. - Только она этого не знает. Дайте мне этот талисман и я докажу. Он все равно наш.
- Если ты имеешь в виду этот редкий древний санскритский талисман, - сказала леди, - то он не ваш. Он принадлежит моей Ифигении.
- Она не ваша, а наша, - сказала Марта, подымаясь с пола.
- И ее зовут не так, как вы ее зовете. Это - Джейн, - сказала Катрин.
- И она живет не здесь, а на Маплвуд, - сказал Марк.
- Прекратите! - сказала леди. - От роду не слышала такой вопиющей лжи! Вы или самые дурно воспитанные дети на свете или вы умственно неадекватные! Боюсь, что мне придется позвонить вашим родителям!
- Нет, только не это! - сказал мистер Смит, взволнованно выступая вперед. - Боюсь, что все это моя вина. Боюсь, что это я попросил прийти этих детей. Просто в порядке маленького эксперимента. Это, так сказать, часть моего метода.
- В таком случае я больше не хочу о нем слышать, - уже всерьез посуровев, сказала леди. - Я совершенно не верю, что вы детский психолог, а если и да, то не имеете на то никакого права. Я напишу жалобу на вас в "Психологический журнал".
- Ладно. Вы правы. Я не психолог, - сдался мистер Смит. - Но не волнуйтесь, я могу все объяснить. Только это долгая история. Вот если вы одолжите мне этот талисман…
- Так вот оно что! - воскликнула леди. - Теперь все понятно! Это заговор! Является сюда под видом автора книги, а сам только и мечтает украсть наши ценности! Как вам не стыдно прибегать к помощи бедных детей!
- Да нет же! - сказал мистер Смит, начиная выходить из себя. - Вы заблуждаетесь. Эта маленькая девочка вовсе не та, за кого вы ее принимаете.
- Если бы вы узнали ее, она бы вам не понравилась, - вставила Катрин то, что и думала. - Вы бы увидели, что это волк в овечьей шкуре.
- Она моя сестра, - сказал Марк, - только у нее, как это называется…
- Галлюцинации, - подсказал мистер Смит.
- Мы хотим взять ее туда, где к ней будут добры, - сказала Марта. - Джейн, Джейн, пойдем из этого холодного скользкого дома!
Частичка Джейн, оставшаяся в самой глубине души Ифигении, услышала зов Марты. И подумала, насколько она была бы счастливей с Мартой, Марком и Катрин, да и с мистером Смитом тоже, чем с этой леди в сером. Она вспомнила свой дом и свою семью и ей захотелось вернуться туда. Сделав над собой огромное усилие, она стала выбираться из глубины на поверхность и уже собралась было заговорить.
Но тут ей помешали. В гостиной появился серый господин, худой и тонкий.
- Ярворт! Как хорошо, что ты пришел! - воскликнула серая леди. - Этот бандит с помощью вот этих маленьких преступников хотел ограбить нашу Ифигению!
- Боже мой, - сказал серый господин, отступая. - Ты не шутишь?
- Что же ты стоишь как вкопанный?! - воскликнула серая леди. - Защити нас! Иначе что подумает Ифигения о своем отце?!
Что Ифигения подумала бы о своем отце, мы, видимо, никогда не узнаем. Потому что в этот момент мистер Смит, уже сытый по горло и Ифигенией, и ее родителями, решил действовать.
- Извиняюсь за вынужденную грубость, мадам, но потом вы мне только спасибо скажете, - проговорил он. - Во всяком случае, я на это надеюсь.
И, выхватив талисман из рук леди, он глубоко вдохнул и пожелал, чтобы Джейн стала дважды той Джейн, какой была прежде.
Джейн, вдруг снова оказавшись самой собой, радостно вскрикнула и бросилась прямо к мистеру Смиту, немало удивив Марка, Катрин и Марту.
- Вы просто чудо! - сказала она. - Какая-то часть меня оставалась здесь и надеялась, что вы меня спасете. И вы спасли! Вы просто чудо!
- А, пустяки, - скромно сказал мистер Смит.
- Мы же тебе говорили, - сказали своей сестре Марк и Катрин. Они тоже подбежали к мистеру Смиту, а следом и Марта, и теперь они стояли все вчетвером, решительно глядя на серую леди и серого господина.