Это была комната младшего брата, и Гарри инстинктивно двинулся к ней.
Эй
У неразобранной кровати горел ночник, Тони лежал на боку и тоже в другой одежде. Гарри видел его спину и осторожно двинулся к другому краю кровати. Подойдя ближе, он увидел бледное лицо брата с опухшими глазами. Тони смотрел в одну точку и не двигался, и эта картина подействовала на Гарри куда сильнее, чем детская обида, не так давно вспыхнувшая в гостиной. Когда-то ведь и Гермиона была такой отстранённой, почти что неживой. Он подходил к ней, но возможно не так, как надо было, возможно, он всё время что-то упускал или делал что-то не так Но как понять что?
Тони, позвал Гарри и опустился на край кровати. Эй повторил он и приложил ладонь к плечу брата. Папе бы твоё поведение не понравилось
Он и сам так лежал, наконец кисло отозвался Тони.
Неправда, он боролся, он старался быть сильным и не унывать ради нас всех, возразил ему Гарри.
И это не помогло.
Слова брата его обезоружили. Гарри пару раз раскрыл губы и снова сомкнул. Гермиона в те далёкие хмурые дни ему не возражала. Может, в этом и было всё дело? В том, что она не слышала его доводы в том, что они все были совершенно бесполезны
Гарри медленно опустил глаза к зеркальцу, но увидел в том лишь своё растерянное отражение. «Мерлин, да что у вас там творится?» обеспокоенно подумал он.
И со мной так будет, да? помолчав, спросил Тони.
Что? оторвавшись от зеркальца, переспросил Гарри.
Я умру и меня, как папу, положат в деревянную коробку?
Брат повернул голову, и взгляд его серых, как у Сириуса, глаз пробрал Гарри до мурашек. «Мы все умрём рано или поздно», мог бы он сказать, но, глядя в глаза ребёнку, для такого не повернулся язык.
Да с чего ты взял? поразился Гарри, забыв обо всём остальном. У тебя ещё целая жизнь впереди она будет очень-очень долгой тебе ещё столько всего предстоит увидеть и сделать да ты ещё будешь дни считать, торопить время, хотеть, чтобы
Папа тоже был не старый, подметил Тони.
Это другое. Папа болел и
Я тоже могу заболеть.
Это ещё не значит, что ты тут же умрёшь.
И папа говорил, что не умрёт.
Но ведь так и было, просто в этот раз ему не смогли помочь.
И мне могут не помочь. Значит
Такого не будет! резко возразил Гарри, сам не осознавая, отчего вдруг закипел. Возможно, младший брат затронул тему, которая до сих пор была для него очень болезненной, а возможно, на нём сказалось волнение и беспокойство за Сириуса с Джеймсом в прошлом. Что-то же у них там должно было произойти или прямо сейчас происходит. Ты не умрёшь, как папа! Ты будешь жить!
Однако на Тони, в отличие от домовика, его резкость никак не подействовала. Мальчик продолжал всё так же кисло смотреть ему в лицо.
А ты? спросил он.
Что я? не понял Гарри.
Ты у-умрёшь, голос Тони дрогнул, и я останусь один?
Не придумывай, не собираюсь я умирать. И потом ты не один. У тебя есть мама и
Я ей не нужен. Она смотрит на меня и только плачет
Неправда, она просто горюет по папе, ты в этом не виноват.
Тебе легко говорить, глядя на тебя, она не плачет.
Но
Гарри разомкнул губы и понял, что ему опять нечего сказать. Ещё какие-то часы назад он видел зрелую Лили по другую сторону зеркальца и знал по выражению её лица, как сильно они оба ей нужны. Эта же Лили, судя по его новым воспоминаниям, была на грани. Последние годы она только и делала, что моталась между домом и Мунго и тратила все силы, чтобы ухаживать за мужем. Со временем ей просто стало некогда заниматься вторым сыном или домом, и периодически Гарри был для Тони и старшим братом, и отцом одновременно: таскал малыша с собой на тренировки, водил его по магазинам, детским площадкам и кафе, покупал ему игрушки и всякие угощения. Неудивительно, что мать предпочла не выходить из комнаты и попросила домовика сходить за ним.
Гарри Тони приподнялся, и его глаза наполнились слезами, ты не умирай, я не хочу быть один. Я не смогу, я Я боюсь! в отчаянии прибавил он и подался вперёд.
Его руки обвили шею брата, и Гарри осторожно обнял его в ответ.
Ну что ты, я же рядом и никуда не исчезну, неуверенно пробормотал он и ощутил укол совести.
Да, именно этого он и хотел исчезнуть в своё счастливое прошлое и настоящее, хотел, чтобы Джеймс и Лили были вместе, чтобы они снова ладили, хотел, чтобы Гермиона к нему вернулась и снова стала жизнерадостной, хотел, чтобы Сириус выжил, кого-то нашёл и понятия не имел, появится ли от этого Тони или кто-то другой вместо него. Уж не так ли с ним самим поступила Гермиона? Исчезла, чтобы вместо неё появился кто-то другой и всё изменилось в лучшую сторону. Исчезла, как будто бы решив, что прошлое с ней со временем поблекнет и сотрётся из его памяти.
Гарри, ты только не болей, слезливо попросил Тони, уткнувшись ему в шею.
Я не буду, хрипло ответил Гарри, ощущая себя как последний предатель, и обнял брата покрепче.
От нахлынувших на него воспоминаний и чувств он не сразу понял, что его кто-то зовёт.
Гарри, ты слышишь?
Зеркальце, о котором он забыл, ожило, и из него доносился голос Джеймса.
Я сейчас приду и мы с тобой поедим, выбравшись из объятий брата, заверил Гарри. Я очень-очень быстро, Тони.