Правда, удержать её оказалось непросто.
Потому что говоривший вряд ли достал бы макушкой даже Маше до груди и одет он был, скажем так, нестандартно: радостные детские кроссовки в анимешных кошачьих мордочках с бантиками, ярко-красные шорты и майка-алкоголичка с надписью: «Бухнём, бро!». Из-под майки виднелся торс подростковых пропорций, но с совсем не детской мускулатурой
и с бисерными фенечками на запястье. Ну а лицо человека принадлежало хорошо пожившему мужику, да ещё волосы, собранные в хвост, отливали сизой сединой.
Лилипут ухмыльнулся тоже очень по-мужски рассмотрел, наверное, Машину ошарашенность. А, может, и рассматривать там ничего не нужно было, всё на лбу написано большими печатными буквами. От этого Марии Архиповне стало совсем нехорошо. Ну ненавидела она попадать в унизительные ситуации!
Давайте, заходите, махнул рукой мужчина. Я как раз кофе заварил, яишни нажарил. Сашка там с псами сколько ещё провозится, а мы пока потрындим. Меня Кристоф зовут. Можно Малыш.
Спасибо, ответила вежливая Маша, сама представилась, а потом и пошла к крыльцу,
Узнай незабвенная Вероника Германовна о поведении внучки, так точно гипертонический криз бы скрутил любимую бабушку. Грязная, лохматая, взопревшая, да в незнакомый дом, куда ещё и не хозяин приглашает! И что это вообще за мода столоваться у посторонних?!
Но ведь любопытно же. Да ещё как! С детства эдак не разбирало.
Внутри дом выглядел тоже совершенно стандартно. Если, конечно, представить, что из Мухлово Марию порталом перенесло куда-нибудь в Акапулько и прочие Южные Америки: белёные стены, на полу плитка, на плитке пёстрые коврики, мебели кот наплакал, но и та, что есть, тоже белая и очень нерусская. В гостиной всех и украшений два плаката за стеклом и в простеньких рамочках. На одном четыре тигра лежали плотно, как кильки в банке, а поверх тигриных боков шикарно раскинулась женщина в костюме то ли Клеопатры, то ли Нефертити, но, в общем, в чём-то таком, эффектном. Над головой красавицы надпись «Attraction dObrenko» «аттракцион дОбренко», значит. А напротив, в простеночке, другая афиша: лев рычит, на льве же верхом сидит Саша собственной персоной, только не такой кудлатый и гораздо более рельефный. На этом плакате тоже надпись имелась и гораздо более объемная, но почему-то иероглифами.
Знаменитая семья была, мужчина мотнул головой в сторону плакатов. Не слышали? Ну, понятно, не слышали. Когда Лёлька с Эрнандом выступали, вы ещё и читать-то не умели. А Сашка всё больше по Азиям мотался. Уважали там его очень, хоть они всякую эквилибристику любят, но вот его кисок заценили.
Так он Маша замялась, пытаясь подобрать синоним повежливее, потому что «циркач» звучало как-то грубовато, с оттенком призрения даже.
А вы, наверное, цирк не любите? снова усмехнулся мужчина Мария напрочь забыла, как его зовут, ну а Малышом величать язык не поворачивался. Воняет там и животинок мучают? У Сашки, между прочим, и дед, и прадед дрессурой занимались. Все цирковые, коренные. А он, видишь, с собаками теперь возится. Э, да что там говорить!
Вот и помолчал бы, мрачно посоветовал невесть откуда вывернувший «цирковой» и «коренной», голый по пояс и с полотенцем на шее. Бывший дрессировщик и теперешний хам впрочем, вежливостью он вполне мог и раньше не отличаться плюхнулся на белоснежный диван, задрав ноги на низенький столик. Без твоего бубнежа не знаешь, куда деваться.
А чего там, с Лиской-то? Всё плохо? похоронно-сочувствующим голосом спросил седовласый.
Да откуда я знаю! огрызнулся Саша. Молчит, как партизан.
Но денег-то дашь?
Не сейчас это точно. Надо сначала разобраться, во что она вляпалась, а потом уже думать, что с этим гуано делать. Ты последи, чтоб Лиска ещё какой дури не натворила, окей? А то побежит к кому-нибудь занимать.
Побежит, согласился маленький. Вот задницей чую, побежит.
Ну а я про что? Мань, ты чего стоишь?
А что вы мне предлагаете? Лечь? очень вежливо поинтересовалась Мария Архиповна.
Седоволосый хмыкнул многозначительно и, больше ни слова не сказав, куда-то убрался. Саша хмыкать не стал, просто откинул голову на спинку дивана, задумчиво и перевёрнуто глядя на Мельге снизу вверх.
Я тебе предлагаю пока сесть, подумав, сообщил господин Добренко. А там посмотрим. И чего ты злишься? Видишь, странные какие-то дела у нас творятся. Лиска мне не посторонний человек, помочь надо.
Вижу. И очень надеюсь, что ваши проблемы решаться в ближайшее время и самым счастливым образом, отчеканила Мария Архиповна, как то сразу осознавшая, что она-то как раз человек совершенно посторонний.
А то, что этот вот её из реки тащил, сангрией поил, «за жизнь» беседы беседовал и даже вроде бы от капитана немножко защитил Ну, не защитил, она и сама неплохо справилась, но эдак шуганул боровика В общем, это всё абсолютно ничего не значит. Он, видимо, сам по себе такой, спаситель. Робин Гуд, защитник всех униженных и обделённых.
И вот от этой мысли совершенно здравой и верной, между прочим
стало как-то особенно обидно.
***
Телефон не звонил, а заходился истошно. Видимо, ему до ужаса надоело трезвонить в пустом доме, но тому, настырному, кто на другом конце провода висел, ведь не объяснишь, что нету никого.