Асеев Н. Н. Стихотворения и поэмы. М., 1990. С. 133.
В серии очерков 1930-х гг., написанных по впечатлениям от аварийно-спасательных работ Эпрона, в которых писатель участвовал в 1933 г., позже объединенных под заглавием «Водолазы» («О водолазах» и «Водолазы» опубл. в «Известиях»; 12 авг. 1933; 7 ноября 1934), в сборнике «Эпрон» (Л., 1934); «Настоящие люди» («Пионер». 1934. 2). Сокращены для публикации в журнале «Литературный современник» (1938. 11); продолжение в журнале «Звезда» (1946. 5-6).
М. Зощенко подхватывает схему противостояния слабый [японец] = сильный [русский]. Тщедушный студент Малашкин в рассказе дерется из-за любимой девушки с водолазом Филипповым («огромный такой мужчина, с буденновскими усами Водолаз Филиппов, я говорю, был очень даже здоровый тип. В водолазном деле слабых, конечно, не употребляют, но это был ужасно здоровый дьявол»; Зощенко М. Голубая книга. М., 1992. С. 238). Упорство вузовца, несмотря на переносимые им систематические побои, побеждает немногословного, но хамоватого силача, который в итоге уезжает «на Черное море нырять за «Черным принцем»» (Там же. С. 240).
Автор признавал, что «решение отказаться от водолазов-силачей пришло после работы японских водолазов над подъемом «Черного принца». Низкорослые и слабые на вид японские водолазы ныряли на громадную глубину, двигались по дну с невероятной быстротой и проводили под водой почти вдвое больше времени, чем наши водолазы. Японцы работали в легкой маске и тонком шерстяном белье. А наш водолаз-силач за пять-семь минут с трудом делал по грунту несколько шагов» (Паустовский К. Г. Собрание сочинений: в 8 т. М.: Художественная литература, 19671969. Т. 2. С. 125).
Ср: «Среди известных Остапу «честных» афер... имелись такие перлы, как организация акционерного общества по поднятию затонувшего в Крымскую войну корабля с грузом золота» (гл. 14). Как отмечает в комментариях к роману Ю. К. Щеглов, история «Принца» и его поисков широко освещалась в прессе 1920-х гг. и отражена в литературе: «Ряд других кораблей («Эльбрус», «Памяти Азова», «Народоволец» и др.) был успешно, хотя и без сенсационных находок, поднят Госсудоподъемом, и интерес публики к подъемному делу в эти годы был немалым [см.: И. Егоров. Подъем затонувших судов // Огонек. 19.09.26]. Вместе с тем соавторы, как это для них типично, отражают культурное течение, существовавшее еще в досоветскую эпоху. Так, у А. Аверченко читаем: «Разговор мы вели самый незначительный. Что-то, кажется, о затонувших пароходах и о способах их вытаскивания из воды. Тысячи таких разговоров ведут незнакомые люди, случайно встретившиеся друг с другом» [Рассказ из великосветской жизни]» (Щеглов Ю. К. Романы Ильфа и Петрова. Спутник читателя. СПб.: Издательство Ивана Лимбаха, 2009. С. 516).
Первая публикация в журнале «Новый мир» (1928. 3), затем вошел в восьмитомное собрание сочинений (М.; Л.: Госиздат, 19291930) и др. Цит. по: Пильняк Б. Избранные произведения. М.: Художественная литература, 1976. С. 388.
Мало того что литераторы сами по себе проявили сильный интерес к миссии агентства, руководство ЭПРОНа решило привлекать работников пера к освещению своих подводных проектов сознательно. Для наблюдения за производством на местах стали финансировать комфортабельные экскурсии; одна из таких культуртрегерских поездок была организована в августе 1933 года в горную тундру в Кандалакше проходил подъем судна «Садко», затонувшего в 1916 году. В составе группы писателей числились А. Н. Толстой, Н. Н. Никитин, И. С. Соколов-Микитов, В. Я. Шишков и другие.
Опыты потустороннего
Ил. 14. Водолазный отряд, 1908
Ил. 15. Заставка к рассказу пленного матроса «Подводная война (Как немцы топили пароходы)» из эмигрантского журнала «Иллюстрированная жизнь» (1934. 31)
Борис Поплавский из современников более других искушенный в психоделических опытах одним из первых реализовал наркотический потенциал подводного топоса, открыв дверь в мир галлюциногенных видений. В цикле «автоматических стихов» (19301933) он, возможно, откликался на недавний цветаевский эпатаж с феями (см. в эпиграфе к настоящей статье):
В черном море пели водолазы
Айсберги над ними проходили
Было пыльно в городе над ними
В лазарете с феями больными.
А водолаз, спустившись с водолазом
По двум канатам на морское дно,
Там трудно дышат однородным газом,
Хотя у них дыханье не одно.
Подъем судна неоднократно переносился, но состоялся 18 сентября 1933 г. Перипетии поездки отразились в серии статей одного из участников экспедиции, А. Н. Толстого (Новый материк // Известия. 1933. 2930 сент.; Упорство, смелость, творчество // Комс. правда. 1933. 8 окт.). Толстой в письме домой сообщал: «Подъем должен был состояться 23 августа. Мы все выехали по предложению Эпрона (экспедиция подводных работ особого назначения), дорога, жизнь, питание и все на их счет. После подъема нас везут по каналу. Но подъем затянулся до 23 сентября. Приходится ждать, и мы, чтобы не терять времени напрасно, выехали в Хибины. Здесь изумительно. Сегодня жаркий летний день. Сейчас едем в совхоз, совершенное чудо за полярным кругом. Впечатлений очень много» (Толстой А. Н. Материалы и исследования / Отв. ред. А. М. Крюкова. М.: Наука, 1985. С. 482).