Воля ваша, только и бубнил Фрол в промежутках между угрозами и проклятиями Черноглазого, когда тот останавливался и смотрел на него в ожидании ответа.
Думаешь, то пророчество тебя опять спасет? продолжал бушевать Черноглазый. Что мы с тобой в один день умрем? Которое тебе самому же и явилось?
Воля ваша, пробубнил опять Фрол
Так я тебя убивать и не буду. Молить о смерти будешь, да не вымолишь!
Воля ваша, а мольбы о смерти век сокращают... И кто ж невестой вашей управлять будет, кроме меня не сможет никто, меня первым она узрила....
Тут Черноглазый заискрил аж, буквально:
Так ты, может, и на брачное ложе с нами пойдешь? Говорить ей будешь, что делать, да как?
И тут у Ежки будто пелена с глаз спала. Невестой? На брачное ложе? Так не для Змея он Ежку похитил, для себя? Да нет же! Он! Он и есть Змей!
«Превратил княжну огненную в кукель с дыханием своим зловонным внутри»... «берегите огонь, ваше Змеество, мало его осталось»... «не тебе, вше собачьей, огонь мой считать»... «вы ж сами приказать изволили,
на ноги поставить»... «со временем вернется она, мое дыхание уйдет, ее придет»... «врешь, поганый, юлой юлишь»... «не вру, кукелей походит, и снова княжной станет»... «пожалеешь, что живой, если нет» ... «время выторговываешь, сбежать хочешь»... «время ей надо, не мне»... доносились до Ежки обрывки фраз, сквозь туман будто.
Так вот он какой, Змей...
Так вот он, Змей!
Кукель бездушный
Еще Фрол раз пять на день, а порой и ночью, велел Ежкиному телу «круги совершать», как он это называл то есть по окружности лагеря Змеева расхаживать, да через каждые девять шагов на месте крутиться. Первый раз с нею вместе пошел, чтобы каждому охраннику лично донесть, что трогать Ежку не надо опасно испепелением. И что то леченье специальное, со Змеем согласованное. Чтоб в невесте огонь возжечь и потомство сильное народить. И что он, Фрол, их, Иродов, знает: Змей тысячнику скажет, тысячник сотникам, сотники десятникам, а пока до каждого дойдет, кто-нибудь что-нибудь да учудит.
А следующие разы Ежка сама ходила. Хоть какое, да развлечение. Да к тому ж может способ выбраться отсюда найдется? Где-то что-то увидит, где-то что-то услышит. Хоть тело Ежкиных приказов и не слушалось, однако ж, и выводов делать из того, что видит и слышит, не мешало.
И, были у Ежки такие подозрения, Фрол тоже как-то через ее тело видел и слышал. Потому что она, Ежка, иногда слышала, что Фрол говорит, при том, что рта он не открывал. Может, и в обратную сторону это работало. А еще откуда-то Ежка точно знала, что Фрол на ее исцеление не надеется, и сам способы бежать ищет. Потому и гулять вдоль границ отправляет.
Кроме как к границам, отправлял ее Фрол и по лагерю с мелкими поручениями. Чаще всего принести что-нибудь, да оттуда, где черные девки Змеевы вместе что-то делали. Тут Ежка не совсем была уверена в Фроловых целях. С одной стороны, Фрол, и правда, Ежкой принесенное использовал. С другой, частенько такие задания давал, чтоб Ежка там подольше стояла, глазела да слушала. Например, когда только плов начнут варить, Фрол отправлял ее стоять там, да ждать, пока не будет готово, и первую порцию с пылу с жару ему принесть. А когда девки на реку купаться пошли, Фрол отправил Ежку с каждой по капле воды в чашу собрать, когда выходить будут. Когда в баньке собрались париться велел с ними идти, мыться да париться, а потом от каждой по волосу принести.
Девки сначала от Ежки шарахались, или заговорить пытались а потом привыкли. Поручения странные, Ежкой от имени Фрола принесенные, выполняли беспрекословно. Видно, он тут уважением пользовался. А может, Змей на данный, Ежкин случай, указание им дал. Самого же Змея Ежка ни разу больше не видела. Как не видела и Василису. Неужто с нею, Василисою, животное бездушное развлекается?
Девки же, поняв, что Ежка кукель бездушный, внимание на нее обращали мало. Прямо при ней болтали разное. Иногда и про нее.
Он что, на мертвой княжне жениться будет? спрашивала одна, молодая совсем.
Он на каждой княжне на Руси жениться должен. Будто не знаешь, отвечала другая, постарше.
А детки что ж у них, тоже мертвые родятся?
Да какая разница? Упыри от упырихи или змеи от Змея, все едино !
Она что, упыриха теперь?
Скажешь, упырями колдуны и колдуньи умершие становятся, а она княжеская дочка..
«Все бабы колдуньи, сестры Мокоши. На грани стоящие, новыедуши в мир пропускающие», вспомнились Ягинены слова
Упыриха не упыриха, а нежить. У нее ж сестра есть, живая, разве плоха?
Так на каждой княжне жениться он должен, на каждой! А сейчас, говорят, огня ему надо... А мало... А от рыжих огонь...
На каждой! Так не из-за того Черноглазый Змей Ежку похитил, что приглянулась ему, а оттого, что княжна! Да рыжая! Да это на скольких же он переженился уже? Сердце кольнуло то ли от обиды, то ли от ревности. А то ли от ужаса и за себя, и за Василису. Ах, как бы узнать, где ее держат, уж вместе придумали бы что-нибудь! А может, Василиса придумала б и как вернуть Ежку в живые из нежити. Хоть на то и Ягиня нужна, не Василиса. И ведь знала она, Ягиня, сестра Мокоши! Говорила: «живой или нежитью, заходи». А как заходить-то?