Твой знакомый?
Если бы, он хмыкнул. Отец. Он владеет винодельней и живет в другом месте.
А это случайно не он бегал за Лёном с лозой и обвинениями, что Повелитель не совладал с погодой? вспомнила я.
Падуб фыркнул.
Вполне. Вечно у него так.
Как? поинтересовалась я.
Всё не так и всё не этак. Вчера тоже приходил, костерил Повелителя. Спорю на кинжал своего деда, что в лицо он ему и половины не скажет из того, что я вчера услышал. Хотя Арракктур, наверное, и так всё знает, куда ж нам от него скрыться
Твой отец костерил Лёна? у меня аж глаза на лоб полезли.
Безропотное поклонение догевцев своему Повелителю меня и забавляло, и умиляло. Да что там: они готовы были слепо подчиниться любому его приказу настолько сильным было их доверие и уважение.
Да, подгнило что-то в королевстве Догевском, я с умным видом почесала подбородок.
Чего-чего?
Отсылка на одного писаку заморского.
Только вы ему не говорите, ладно? Падуб забеспокоился. Повелителю то есть. Я знаю, что он ваше мнение очень высоко ценит.
Я довольно улыбнулась и подмигнула:
Ты и сам сказал он всё слышит. Да, и мне-то что.
"А Лёну так вообще полезно для профилактики", прибавила я про себя.
Да, здесь такое не принято. Но, может, это потому что мой отец полукровка? Его отец тоже был из Повелителей, вот он и возомнил себя выше остальных.
Я лишь с сочувствием покосилась на Падуба его вторая бабушка наверняка погибла во время войны, как и другие беловолосые вампиры. Это ещё вопрос, к кому судьба относится благосклоннее: к тем, кто преждевременно уходит, или к тем, кто остаётся.
Что ж, рада была разделить с тобой эту замечательную трапезу, но пора и честь знать.
Хотите, провожу вас?
Я слегка замялась. На самом деле я подумывала о том, чтобы побыстрее приступить к изучению чар блокировки, но, с другой стороны, сомневалась, стоило ли это делать при свете дня.
Конечно, спасибо, я улыбнулась ему.
Мы направились обратно к роще, болтая и перебрасываясь глуповатыми шутками. Но приблизившись к клёнам, Падуб замер и нахмурился, высматривая что-то впереди. Оглянувшись в том же направлении, я увидела мужчину: он стоял к нам спиной, странно сгорбившись, его руки словно свела судорога, и они были выпачканы в чем-то до жути напоминающем кровь.
У меня в голове зароились смутные подозрения, подтверждающие самые страшные опасения: неужели что-то всё же произошло из-за открытого прохода?! Сердце застучало быстро-быстро, и я стремительно зашагала вперед, но, бросив беглый взгляд на землю, замерла как вкопанная.
Из моей груди словно выбили весь воздух одним прямым ударом в солнечное сплетение: на траве лежали два тела. Из рваных ран сочилась кровь, а глаза их были безнадежно закрыты. И тут мужчина медленно развернулся и хищно уставился мне прямо в глаза. Я ахнула, отступив на шаг.
Это был Ороен. Но передо мной предстал не приветливый библиотекарь или храбрый спаситель неразумных девиц, решивших окунуться в магическую пучину. Его безупречная осанка превратилась во вздыбленный горб, кожа приобрела жёлтый, болезный оттенок, на лице и руках проступили позеленевшие сосуды, а глаза янтарными фонарями светились в тени, заставляя думать лишь об одном:
Беги! завопила я, но приказу своему не последовала.
Выставив руку вперед, я сбила Ороена
резкой энергетической волной, давая Падубу возможность скрыться. Увидев боковым зрением, что тот побежал прочь, я только и успела что отпрыгнуть в сторону, как Ороен подскочил и набросился на меня с явным желанием разорвать на кусочки.
Я сумела сбить его с ног ещё раз, но он перекрутился, по-волчьи вскочил на четвереньки, затем медленно поднялся и оголил клыки в зверином оскале. Его шея была исполосована уродливыми выступающими венами, кровавые пальцы неестественно скрючились, в дыхании слышался сип, от которого сворачивался желудок.
Когда маг-практик встречает в тёмном лесу озверевшего упыря он без зазрения совести обнажает меч и выпускает боевой пульсар, готовый к полноценной атаке. Но как следовало поступить мне? Кто виноват в том, что Ороен лишился рассудка, превратившись в бешеного монстра?
Я, пытаясь подавить панику, отточенным движением выполнила пасс: ветвь соседнего дерева вытянулась, изогнулась и, подобно мускулистому удаву, обвилась вокруг его груди. Он издал странный звук: не крик и не рык демонический рёв, затем резко развёл руки, и древесина разошлась с пробирающим до костей скрежетом. Меня передёрнуло, от запаха крови и затхлости затошнило, ноги вновь подкосились. Но я упорно твердила себе, что временем на проявление слабости я не располагаю, и единственное, о чём следует позаботиться, как увести Ороена подальше от остальных жителей.
Я сделала ещё несколько пассов, но уже двумя руками: с полдюжины ветвей обвили его конечности и туловище. Рёв был настолько пронзительным, словно в моих ушах заскребли изогнутым кинжалом. Я стремглав кинулась к порталу, моля лишь о том, чтобы Ороен, когда освободится а я не сомневалась, что освободится последовал за мной.
Уже у точки перехода, я обернулась: последняя ветка лопнула и Ороен ринулся в мою сторону. Я отскочила в проход, оказавшись около дороги, ведущей к водопаду, и со всех ног припустила в противоположном направлении. За спиной раздался истошный вопль, но я, даже не повернувшись, выбросила руку назад и пальнула ещё одной отталкивающей волной. Другой возможности не дать себя нагнать у меня не было: в физической силе и выносливости я и среди людей серая посредственность, а вампиру тем более не ровня.