Но почему? Я чувствовала, как подкашиваются ноги. Почему она не сказала тебе?
Потому что считала тебя недостойной нашей семьи, горько сказал он. Потому что хотела, чтобы я женился на Карине. Деловой брак, выгодный союз.
Я опустилась на ближайший стул, не в силах стоять. Значит, все эти годы все эти годы он мог знать о детях, мог быть рядом с ними. Но его собственная мать помешала этому. Не могла же она не знать о детях!
Когда ты узнал? спросила я слабым голосом.
Три года назад. Случайно нашел документы в её сейфе. Артем сел напротив меня. Отчёты детективов, фотографии, адреса. Только о детях не было ни слова.
И что ты сделал?
Поссорился с ней. Серьёзно поссорился. Мы до сих пор толком не разговариваем. Он потер лицо руками. А потом начал искать тебя сам. Но ты уже переехала. Снова исчезла.
Я сидела, переваривая эту информацию. Елена Павловна знала о моих детях. Знала и молчала. Лишила своего сына возможности быть отцом, а моих детей возможности знать своего папу.
Она знает, что мы здесь? спросила я.
Теперь знает, мрачно ответил Артем. Я вчера ей позвонил. Рассказал о встрече с тобой и детьми.
И что она сказала?
То же, что и семь лет назад. Что ты вернулась за деньгами. Что хочешь меня использовать.
Его слова ударили меня как пощёчина. Значит, не только Карина так думает. Значит, и его мать считает меня охотницей за богатством.
Может, она права, тихо сказала я. Может, мне действительно стоит уехать.
Нет, резко сказал Артем. Ты никуда не уедешь. Не теперь, когда я наконец нашел тебя. Не теперь, когда у меня есть шанс узнать своих детей.
А если твоя мать попытается нам помешать?
Пусть попытается, в его голосе появилась сталь. На этот раз я не позволю ей разрушить нашу семью.
Наша семья. Он сказал «наша семья», и мое сердце болезненно сжалось. Потому что семьи у нас не было. Были только осколки прошлого и неопределённое будущее.
Артем, сказала я, поднимаясь со стула, я не знаю, что будет дальше. Слишком много боли между нами. Слишком много недоверия.
Тогда давай начнем сначала, он тоже встал. Давай попробуем построить чтото новое. Ради детей.
Ради детей. Эти слова были правильными, но почему-то они причиняли боль. Я хотела, чтобы он хотел быть со мной не только ради детей, но и ради меня самой.
Я подумаю, сказала я и направилась к выходу.
Аня, его голос остановил меня у двери. Я не отступлюсь. На этот раз я буду бороться за нас.
Я обернулась и увидела в его глазах решимость, которая одновременно пугала и вдохновляла.
Посмотрим, сказала я и вышла из кафе, оставив его стоять на веранде с выражением человека, который готов идти на войну.
Когда я подошла к машине, то увидела, что Лиза плачет, а Марк пытается её успокоить. На лобовом стекле лежала записка: «Некоторые ошибки прошлого лучше не повторять. Подумай о детях.» Подпись отсутствовала, но я и так знала, кто это написал.
17
Я завела машину дрожащими руками. Дети молчали на заднем сиденье Лиза все ещё всхлипывала, а Марк обнимал сестру, пытаясь её успокоить. Они испугались. И это нормально.
Мам, тихо позвал Марк, что в записке было написано?
Ничего важного, солнышко, соврала я. Просто реклама.
Но мальчик был слишком умным, чтобы поверить. Он видел, как я дрожу, видел панику в моих глазах.
Дома я металась по комнатам, не зная, что делать. Встреча с Артемом, его ультиматум, угроза суда все это крутилось в голове, не давая сосредоточиться. А теперь ещё и эта записка. Предупреждение от женщины, которая семь лет назад разрушила мою жизнь.
Я достала телефон и набрала номер Веры Николаевны.
Анечка? ответила она после
первого же гудка. Что случилось? Ты звучишь расстроенно.
Вера Николаевна, я попыталась взять себя в руки, можете приехать? Мне нужно коечто обсудить.
Конечно, дорогая. Буду через полчаса.
Пока я ждала хозяйку, попыталась объяснить детям, что происходит. Но как объяснить семилетним детям, что их бабушка, которую они никогда не видели, угрожает их матери?
Дети, сказала я, усаживая их на диван, нам, возможно, придётся уехать.
Куда? испугалась Лиза. А как же папа? Он же хотел, чтобы мы жили здесь!
Солнышко, это сложно, я обняла дочь. Иногда взрослые не могут договориться.
Но мы же только познакомились с папой! Лиза начала плакать. Я не хочу уезжать! Я хочу остаться с папой!
Марк молчал, но я видела, как сжимаются его кулачки. Мой мальчик злился на меня, на ситуацию, на весь мир.
Мам, сказал он тихо, а если мы не уедем?
Марк, это не так просто, начала я, но он перебил меня.
Ты всегда говоришь, что не так просто! взорвался он. Но ты даже не пытаешься! Ты просто убегаешь!
Его слова ударили меня больнее любой пощёчины. Потому что в них была правда. Я действительно убегала. Семь лет назад убежала от Артема, теперь собиралась убежать снова.
Вера Николаевна пришла, когда я пыталась успокоить рыдающую Лизу. Одного взгляда на мое лицо ей хватило, чтобы понять дела плохи.
Дети, сказала она, идите в свою комнату. Мне нужно поговорить с мамой.
Когда мы остались одни, я рассказала ей все. О встрече с Артемом и его бывшей, о свекрови и о записке на машине.