Анечка, сказала Вера Николаевна, выслушав меня, а ты уверена, что бегство правильное решение?
А что ещё мне делать? Я встала и начала ходить по комнате. Его мать против наших отношений. Она может сделать нашу жизнь невыносимой.
Но дети хотят знать отца.
Дети не понимают, во что ввязываются! Я остановилась у окна. Елена Павловна влиятельная женщина. У нее связи, деньги, власть. Она может
Что? мягко спросила Вера Николаевна. Что она может сделать?
Я молчала, потому что сама не знала ответа. Чего именно я боялась? Что Елена Павловна отберет у меня детей? Или что она снова разрушит мою жизнь, как семь лет назад?
Анечка, продолжала соседка, может быть, стоит поговорить с Артемом? Рассказать ему о записке?
Он не поверит, горько сказала я. Подумает, что я выдумываю отговорки.
А если поверит?
Я повернулась к ней.
Что вы имеете в виду?
Если он действительно изменился, если действительно хочет быть отцом, то защитит вас от своей матери.
Я колебалась. Может быть, Вера Николаевна была права? Может быть, стоило дать Артему шанс?
Но тут зазвонил телефон. Неизвестный номер.
Алло? ответила я.
Анна Сергеевна? Голос был незнакомый, мужской, официальный. Это из службы опеки. Нам поступил сигнал о том, что вы ненадлежащим образом исполняете родительские обязанности.
Мир вокруг меня закачался.
Что? прошептала я. Какой сигнал?
Завтра к вам приедет комиссия для проверки условий содержания детей. Будьте дома с десяти утра.
Но кто кто подал сигнал?
Информация конфиденциальна. До свидания.
Я опустилась на стул, не в силах стоять. Вера Николаевна подошла ко мне.
Что случилось?
Опека, прошептала я. Завтра приедет комиссия.
Боже мой, Вера Николаевна побледнела. Кто мог
Мы посмотрели друг на друга, и я увидела в её глазах то же понимание, что и в своих. Елена Павловна не стала ждать. Она начала действовать.
Мне нужно срочно уезжать. Сегодня же.
Но дети
Дети поймут. Когда станут старше, поймут.
Она кивнула. Выбора не было. Если опека заберет детей, я их больше не увижу. Елена Павловна позаботится об этом.
Следующие два часа прошли в лихорадочных сборах. Я складывала вещи в сумки, пытаясь не думать о том, что снова бегу. Снова разрушаю жизнь своих детей.
Дети не понимали, что происходит. Лиза плакала, Марк молчал, но я видела обвинение в его глазах.
Мам, сказал он, когда я складывала его книги, а если папа будет нас искать?
Всё будет хорошо. ответила я, не зная, правда это или ложь.
А если нет?
Я остановилась и посмотрела на сына. В его глазах была такая взрослая боль, что сердце сжалось.
Всё будет хорошо! повторила я тверже.
В одиннадцать вечера мы погрузили вещи в машину. Вера Николаевна помогала нам, все время оглядываясь по сторонам.
Анечка, сказала она, обнимая меня на прощание, будь осторожна. И помни
ты всегда можешь вернуться.
Я кивнула, не доверяя своему голосу. Дети сели на заднее сиденье, Лиза уже клевала носом, уставшая от слез. Марк смотрел в окно, и я видела, как по его щеке катится слеза.
Мы выехали из города в половине двенадцатого. Дорога была пустой, только изредка попадались фары встречных машин. Я ехала автоматически, не думая о маршруте. Главное уехать как можно дальше.
Через час Лиза проснулась.
Мам, сонно позвала она, а мы скоро приедем?
Скоро, солнышко. Спи.
А папа знает, что мы уехали?
Я не ответила. Не могла ответить.
Ещё через час, когда мы были уже далеко от города, в зеркале заднего вида появились фары. Сначала одна машина, потом ещё одна. Чёрные джипы, которые держались на одинаковом расстоянии от нас.
Сердце забилось быстрее. Совпадение? Или
Я прибавила скорость. Джипы тоже ускорились.
Мам, Марк заметил мое напряжение, что происходит?
Ничего, солнышко. Просто другие машины едут в том же направлении.
Но когда впереди показались красные огни джипы перегородили дорогу я поняла, что это несовпадение.
Я остановилась, не зная, что делать. Сердце билось так громко, что, казалось, его слышно во всей машине.
Мам, испуганно прошептала проснувшаяся Лиза, кто это?
Из джипов вышли люди в чёрных костюмах. Направились к нашей машине.
Дети, сказала я, стараясь сохранить спокойствие, что бы ни случилось, оставайтесь в машине.
Один из мужчин постучал в мое окно. Я опустила стекло на несколько сантиметров.
Анна Сергеевна, сказал он вежливо, вас просят вернуться.
Кто просит?
Господин Волков. Он очень беспокоится.
В этот момент из одного из джипов вышел сам Артем. Он шел к нашей машине, и даже в темноте я видела ярость на его лице. Дети увидели его и заволновались. «Папа!» закричала Лиза. А Артем остановился у моего окна и произнес: «Ты думала, что сможешь снова сбежать? Что я позволю тебе украсть моих детей во второй раз?»
18
Выходи, сказал он тихо, но в его голосе была сталь.
Артем, я могу объяснить
Выходи, повторил он, и я поняла, что спорить бесполезно.
Я вышла из машины на дрожащих ногах. Дети смотрели на нас через заднее стекло Лиза с любопытством, Марк с тревогой.
Ты думала, что сможешь снова сбежать? Артем сделал шаг ко мне, и я почувствовала исходящую от него ярость. Что я позволю тебе украсть моих детей во второй раз?