Гермиона вытряхнула из конверта Портключ в виде батистового платочка, пахнущего малфоевым парфюмом, и чихнула.
Это что же, этот злодей, хочет, чтобы я ещё и зарплату на его книжки потратила?! гневно спросила она. Свои кровно заработанные тратить на жалкие романчики про нефритовые стержни?!
Угу, злорадно сказала сова.
Угугу, сердито ответила Гермиона. И сунула ей в клюв совиное печенье. Лети отсюда.
Сова упорхнула в ночь, а Гермиона всё же вспомнила, что времени, чтобы доказать, что она вовсе не синий чулок и может написать жалкий романчик хоть левой пяткой, у неё мало: всего полтора месяца. С тяжёлым вздохом она приготовила на завтра заначку: проклятые малфоевские книжки стоили, как новая мантия от «Твиффилт и Таттинг».
Глава 2
На второй книге она уже привыкла к «ласкал языком её рот» и даже смеялась не во весь голос, когда натыкалась на что-то вроде «он встретил тугую тесноту её лона». К концу недели Гермиона, преодолев себя, одолела третий роман, где герой всю дорогу домогался героиню, а она ему благородно отдавалась, но при этом не любила всем сердцем... но в конце всё же полюбила за «его чувственность» и, видимо, сверхъестественную частоту совокуплений. Хотя, Мерлин его знает, может, в роду у этого озабоченного и слабоумного были кролики.
Хуже всего было то, приходилось беречь время и читать в обеденном перерыве на работе: времени-то было в обрез. Гермиона, конечно, обернула обложку книги упаковочной бумагой во избежание насмешек, но когда девочки-коллеги, Офелия
и Марта, увидели знакомый текст, они аж заверещали от восторга:
Гермиона! Ты тоже читаешь Инвизибла! О, Мерлин! Как тебе сцена в беседке, когда они наконец остались одни?!
Ты читала, как он страстно прижал её к этой, как её, балке, и целовал так, что она вся потекла?!
Гермиона смогла только закрыть глаза и протянуть невнятное:
М-м-м...
Девочки сочли это за крайнюю степень восторга и битый час стонали о том, как сексуален этот Алекс, и как они часто представляют его в своих фантазиях.
От такого, конечно, весь обед пошёл насмарку и кусок в горле не лез...
Словом, когда в конце недели, вечером, Гермиона воспользовалась портключом и вошла в гостиную Малфой-мэнора, она была полна впечатлениями до отказа. Мало того, что она презирала подобные книги, так ей теперь ещё и с головой пришлось окунуться в это дешёвое дерьмо.
Малфой её ждал.
Письменный столик у окна разделяли два кресла, а обеденный стол был накрыт на скромный ужин на двоих.
Садитесь, мисс Грейнджер, Малфой в сером жилете на белой рубашке указал на высокий стул и поправил свой шейный платок. Ужин не Мерлин весть какой, и я не помню, когда принимал в последний раз гостей... он благоразумно умолк, должно быть, вспомнив, что последним гостем здесь был Волдеморт. Прошу к столу.
Гермиона за ужином с удивлением поняла, что гостиная изменилась. В прошлый раз она была тёмной и сумрачной, теперь же будто стало больше места и обои стали другого цвета светло-синие, приятный весенний цвет медуницы.
«Он что, ремонт успел сделать?»
И правда, занавески на длинных арочных окнах стали белыми, картины посвежели. Едва заметно пахло обойным клеем. Но аромат хорошего стейка, конечно, его перебивал. Гермиона давно такой не ела.
Она внимательно наблюдала за Малфоем. И с тайным недовольством отметила про себя, что никогда не видела Люциуса таким холёным и привлекательным, даже в их самую первую встречу в книжном магазине. Сейчас он выглядел ещё лучше, чем тогда: волосы лились по широким плечам золотистой волной, кожа в сиянии светильников отливала вкусным здоровым цветом, под ясными серыми глазами ни синяков, ни мешков, ни морщин.
Гермиона так увлеклась разглядыванием, что смела ужин в мгновение ока и не успела оценить ни сочность мяса, ни овощи в соусе. И уже хотела поблагодарить за вкусное угощение, как Малфой перешёл к делу:
Итак, мисс Грейнджер. Вы прочли книги, которые я указал?
Она хмыкнула:
Ещё бы. Хотелось бы знать, для чего вы меня подвергли этой пытке.
Люциус внимательно на неё посмотрел.
Вы угрозами и шантажом заставили меня обучить вас умению писать романы. Я пытаюсь спасти свою анонимность. Хотелось бы знать, что вы поняли из того, что прочли.
У Гермионы знатно накипело и она выплеснула разом все впечатления. Прошлась и по сюжетам, и по персонажам, и по читателям никого не обидела и не забыла.
Люциус не сводил с неё взгляда. Наконец медленно процедил:
А вы, я так смотрю, упорно лезете в могилу, мисс Грейнджер...
Гермиона сглотнула и умолкла.
Он задумчиво постучал пальцем по столу.
Для начала мне нужно знать, сколько у нас времени до того, как сработает Обет. Есть какие-то временные рамки?
Полтора месяца, глухо ответила Гермиона. Ко Дню всех влюблённых я должна зачитать какой-нибудь отрывок, который сама написала... Так, чтобы все признали, что я пишу не хуже... вас...
Мало, сухо и задумчиво обронил Люциус. Здесь, похоже, нужно несколько лет... Что ж, вот вам перо и бумага. Ваша задача на сегодня: написать о том, как герой и героиня впервые встречаются, допустим... в книжном магазине... какие чувства они друг к другу начинают испытывать, что значит для них эта встреча. У вас час, он поставил песочные часы и перевернул их.