За стенкой, на кухне, скандал, кажется, только набирал обороты.
Бедным женщинам нужно было на кого-то выплеснуть свои эмоции. А тут как раз мужья под руку подвернулись. Да ещё в такой интересный момент.
Ну и вот.
Не успел я перевернуть очередную страницу, как дверь на кухню со стуком распахнулась и оттуда вылетел красный, взъерошенный Адияков. Взгляд его метался, он был в ярости:
И уйду, раз так! не своим голосом закричал Павел Григорьевич и бросился обуваться.
И я уйду! Осипов тоже устремился вслед за Адияковым.
Присмотрю за ними! Мало ли что! сообщил я растерянным дамам и тоже смылся.
Ну, во-первых, надо было действительно присмотреть за ними. А то все беды совершаются именно в состоянии аффекта. А, во-вторых, я прекрасно понимал, что если я останусь в квартире, то разборки и гнев Надежды Петровны и Анны Васильевны перекинутся тогда на меня.
Поэтому я вышел из подъезда, где на лавочке сиротливо курили Адияков и Осипов.
Дела-а-а-а, хмуро буркнул Павел Григорьевич и затянулся.
Бабы, солидарно ответил ему в тон Осипов.
Я просто молча вздохнул у меня жены не было, и моё мнение в данном вопросе веса ещё не имело.
Ночь на дворе, немного подумав, сказал Адияков.
Мда, подтвердил Осипов, немного подумал, стряхнул пепел и добавил, надо думать, куда идти ночевать.
Можно к моему другу, задумался Адияков, он в Химках, правда живёт. Как туда сейчас добираться?
Водителя я отпустил, вздохнул Осипов.
А ключи от машины я дома оставил, поморщился Адияков и посетовал, чёрт, не подумал, надо было ключи взять. Хотя и паспорт я тоже дома забыл.
Может, сходить туда? предложил Осипов, с надеждой глядя на Адиякова.
Становилось прохладно, подул ветер и долго сидеть на лавочке было не очень комфортно.
Нет, я не пойду! замотал головой Адияков.
Помолчали. Осипов тяжко вздохнул.
Слушайте, Аркадий Наумович, вдруг посветлел лицом Адияков, а давайте я вам скажу, где ключи лежат? А вы сходите и заберёте!
Но эта идея совершенно не понравилась Осипову, и он даже руками в знак протеста замахал.
Опять помолчали.
Становилось всё холоднее. Начал накапывать мелкий противный дождик.
Фу, погода какая! многозначительно, с намёком, сказал Адияков и укоризненно посмотрел на Осипова.
Осипов остро воспринял взгляд на свой счёт и решил перевести стрелки:
Пусть Муля сходит! предложил он, его бабы не тронут.
Правильно, Аркадий Наумович! горячо поддержал товарища по несчастью Адияков и, повернувшись ко мне, велел, сын! Сходи к матери, забери ключи от машины. Сейчас в Химки поедем. Ночевать же где-то надо. Ночь на дворе.
Но мне эта идея тоже не понравилась. Всё-таки мне было не двадцать семь лет, как этому Муле, а сорок пять, и опыта в таких делах я имел уж побольше, чем у Адиякова и Осипова вместе взятых.
Поэтому я сказал:
Зачем в Химки ехать? Идём ко мне. Я тут недалеко живу. Хоть и коммуналка, но место найдётся всем.
Долго уговаривать никого не пришлось. Отправились ко мне.
По дороге Адияков многозначительно сказал:
Здесь рядом есть место там можно чекушку взять
Чекушки мало будет, мрачно поддержал его Осипов.
Я вздохнул ночь сегодня
обещала быть бессонной.
Так и вышло.
Дуся постелила Павлу Григорьевичу на моей кровати, Аркадию Наумовичу на своём диванчике. Сама она временно перекочевала в чуланчик Жасминова, а меня было решено отправить в каморку Герасима.
Но нашим чаяниям поспать, сбыться в эту ночь было не суждено.
Весть о том, что на кухне сидит отец Валентины, которая сбежала с Жасминовым, моментально облетела всю коммуналку. Невзирая на позднее время, на кухню потянулись сострадающие соседи.
Опять откуда-то материализовалась бутылка коньяка, затем водка, потом появились дусины пироги с рыбой и с ливером, квашенные помидоры, огурцы и недоеденное вчера сало, которое привезла из деревни Ложкина.
Да и сама Ложкина сидела ту же, за столом, пила самогон и со слезами на глазах утешала потерявшего старшую дочь отца.
Возьмите ещё кусочек, сердобольная Муза положила Осипову на тарелку очередной кусок сала и огурец.
В Тбилиси, говорят, подались они, пожаловался Осипов Дусе.
Почему в Тбилиси? удивилась Фаина Георгиевна, если не ошибаюсь, в прошлый раз, когда он с Лилей сбежал, они поехали в Одессу.
Правильно! поддержала её Белла, в Тбилиси далеко ехать! Конечно, в Одессу!
Следует ли говорить, что остаток ночи, до утра все коллективно разрабатывали план, как ехать в Одессу и ловить беглецов. Единогласно было принято решение, что едут Белла, Осипов, Адияков и Фаина Георгиевна. Меня решили не брать с воспитательной целью, в наказание, раз такой дурак и такую невесту упустил.
Дальше помню всё плохо
Утром я опять с больной головой, хмурый и невыспавшийся шёл на работу. Причём шёл, как и хотела Татьяна Захаровна, на пятнадцать минут раньше. Не то, чтобы я принял её правила, но сегодня воевать пороху в моих пороховницах не было. И вообще, я шёл писать заявление на увольнение. Поэтому был не просто зол, а очень зол. И очень хотел спать.
И тут внезапно я услышал:
Муля!
Обернулся и обомлел из-за угла здания мне махала руками Валентина.
Глава 2
Муля! Иди сюда! Только тихо! махнула мне рукой Валентина.