Э-эм, мы только выпить чаю, поспешил всех предупредить Гарри и повёл подругу за собой.
За эти несколько дней после Битвы он привык занимать неприметный столик у стены и под множество запахов и звуков, свойственных для такой большой кухни, погружаться в мысли. Это же он сделал и сегодня, сам разлив кипяток по чашкам, взяв заварочный чайник, сахарницу и одно из блюдец с печеньем.
Что это с ними? тихо и обеспокоенно спросила Гермиона, когда он наклонился и добавил заварки в её чашку.
Гарри повернулся и с недоумением отметил, что проницательные
домовики, привыкшие за эти дни его не беспокоить, отчего-то бросают свои дела и дружно собираются вместе.
Что-то не так? обратился он к ним.
Ответа не последовало. Те, кто стоял впереди, зажали себе руками рты, другие отчего-то возбуждённо перешёптывались и теребили свои уши. Объединяло всех одно сияющие глаза, направленные на гостей.
У вас что-то стряслось? предположил Гарри и снова не получил ответа. Мы вам помешали?
Дорогу! вдруг скомандовал кто-то позади, и домовики стали расступаться.
Впереди всех оказался Кикимер, не так давно сам избравший себя предводителем всей этой ватаги. Сегодня на его голове был надет небольшой светлый колпак, а в руке на манер сабли находился половник.
Кикимер знал, что хозяин проявит великодушие и окажет ему честь своим визитом, произнёс он с таким важным видом, словно все другие домовики с момента Победы сделались его рангом ниже при таком именитом хозяине. Кикимер прознал радостную весть и всю ночь готовил для хозяина и его супруги свадебный торт!
Он щёлкнул пальцами, и на столе перед Гарри и Гермионой появилось блюдо с белоснежным тортом, украшенным ядовито-зелёными змейками и чёрными цветками.
Кикимер хотел бы выразить скромную надежду на процветание и продолжение великого рода, церемониально продолжал своё домовик, свято веруя в то, что хозяин перестанет уклоняться от своего супружеского долга.
Без того удивлённый «хозяин» не удержал в руке чашку и облил чаем край стола. Один из домовиков тут же получил от предводителя половником по голове и подбежал к гостям с тряпкой.
И в знак своей готовности служить ей так же преданно, как хозяину, Кикимер хотел бы преподнести госпоже этот скромный дар.
И он протянул Гермионе половник с таким видом, словно отрывал от сердца самую дорогостоящую вещь, которая у него имелась. Все собравшиеся домовики задержали дыхание, позабыв о том, что за их спинами грозно забулькало варево. Гермиона распахнула было губы, но почему-то не произнесла ни слова, лишь заглотила воздуха и предприняла ещё одну попытку.
О с-совсем не стоило, наверное начала она, но заметила вспыхнувший ужас в лицах собравшихся и поспешила схватить половник, пока Кикимеру не вздумалось отбить им всем головы. Спасибо, да! Мне очень-очень приятно, такой хороший подарок! взволнованно заверила девушка и положила его к себе на колени.
Домовики облегчённо выдохнули и зашлись в радостных овациях. Кикимер развернулся и тотчас отвесил оплеуху одному из приближённых.
За дело, ротозеи! Быстро взялись за работу, бесхребетные твари! загремел он, и домовики, как по команде, дружно бросились к котлам, разделочным доскам и сковородкам.
Если у Гермионы и могло бы возникнуть замечание на этот счёт, то сейчас ей было не до этого. Гарри тоже не мог думать, не пора ли отправить Кикимера домой, и заворожённо смотрел вместе с подругой на «свадебный торт». Ядовито-зелёные змейки на том обвивались друг вокруг друга, недвусмысленно на что-то намекая. Гарри это понял, и у него пересохло в горле.
Надо бы съесть хотя бы кусочек, с трудом выдавил он из себя, дрожащей рукой вцепился в чашку с остатком чая и залпом его выпил. А то Кикимер ещё расстроится и всех накажет.
Да надо бы, неуверенно согласилась Гермиона, не в силах отвести глаз от удивительного действа, и на её щеках стал заметнее проступать румянец. Не понимаю, как как они только узнали?
Это же домовые эльфы, у них своя какая-то магия, рассудил Гарри и первым взялся за нож, надеясь, что ему больше никогда в жизни не доведётся видеть, как спариваются змеи. Тебе какой величины кусок?..
Торт, к их общему облегчению, оказался бисквитным, умеренно пропитанным кремом и довольно приятным на вкус. «Живое» и, вероятно, сладкое украшение было благополучно спихнуто на блюдце и подвинуто на противоположный край стола, чтобы никого не смущать. Пока Гарри работал ложкой, Гермиона призналась, что хотела бы посетить библиотеку, где и вправду осталась её бисерная сумочка, а в той кое-какие редкие книги.
Ты же сейчас не про те самые книги по тёмной магии? настороженно уточнил Гарри, откладывая ложку. Я думал, ты от них первым делом избавилась!
Не кипятись, я же предлагаю только заглянуть и начала было она, но вдруг улыбнулась и протянула к нему руку.
Её пальчик коснулся кончика его носа и предъявил владельцу остаток крема. Гарри понял, что не только сбился с мысли, но и опять задержал дыхание.
Как скажешь, только и выдохнул он и уставился в тарелку, сам не понимая, отчего смешался больше: от её прекрасной улыбки, прикосновения или же желания продолжать поиски в не самых приятных источниках.