Шрифт
Фон
Из-под нависших дряблых век
Глаза краснеют воспаленно:
Да, от Бовэ и до Шалона
Дряхлее сыщется навряд,
Но и богаче, говорят,
Не сыщется до самой Сены.
Своею подлостью отменной
Старик прославлен повсеместно.
Девица же, как всем известно,
Красой неслыханной сияет,
А по учтивости не знает
Себе соперницы опасной
И в целой Франции прекрасной!
Он ей неровня спору нет:
Там черный мрак, здесь ясный свет,
Но мрак не может засиять,
И свет не может темным стать.
Любви и верности полна,
О рыцаре грустит она.
А рыцарь, о любви мечтая,
Надежды нежные питая,
Окончил все дела удачно
И в мыслях пир готовил брачный.
Он был далек от подозрений,
Не знал о дядиной измене,
Не знал, в какой тоске жестокой
Душа девицы одинокой.
Вы обо всем уже слыхали,
Но догадаетесь едва ли,
Какой конец тут уготован.
Не умолить отца суров он,
Спешит он выдать дочку замуж,
Три дня лишь сроку дал, а там уж
Сзывает в замок он гостей
Кто поседей и полысей,
Поименитей, познатнее,
Кто побогаче, посильнее.
На свадьбу просит их прибыть.
А дочь не может позабыть
О рыцаре своем прекрасном,
К нему стремится сердцем страстным.
Его лишь любит одного.
Но понапрасну ждет его
Нет, не приходит избавленье!
Два старых друга в восхищенье:
Немало соберется люду.
Обоих стариков повсюду
В округе почитала знать.
Одних соседей только, знать,
Наедет больше тридцати.
Ни одного ведь не найти,
Кто с князем чем-нибудь не связан,
Так каждый побывать обязан.
На общем решено совете
Девицу завтра, на рассвете,
Со старым рыцарем венчать.
И вот невесту убирать
Уже велят ее подругам.
А те и с гневом и с испугом
Все медлят, будто ждут чего-то,
На лицах тайная забота.
Со свадьбой торопился князь.
К одной девице обратясь,
Спросил ее, готова ль дочь,
Мол, если надо в чем помочь,
Так пусть осведомят его.
Нет, нам не надо ничего!
Ему девица отвечала.
Вот лишь коней как будто мало,
Чтоб всех везти к монастырю,
А много дам, как посмотрю,
Из очень близкого родства
Здесь собралось на торжества.
И князь сказал eй: Ну, тогда
Невелика еще беда:
Прибегнем мы к простому средству
И за конями по соседству
Послал не медля господин.
Вот за конем слуга один
Явился в замок родовой
К тому, кто славой боевой
Сиял всегда и повсеместно,
Чье сердце преданно и честно.
А верный, доблестный Гильом
И не подозревал о том,
Как обернулось сватовство.
Одна любовь гнала его
И в путь обратный торопила.
Одна лишь дума и томила,
Одна забота и была
Любовь в душе его цвела.
С турнира ехал храбрый воин
И был доволен и спокоен,
Мечтая милой обладать
(Ему бы милой не видать,
Когда б десницею могучей
Бог не послал счастливый случай).
Все думал рыцарь о невесте,
От дяди поджидая вести,
Готовый тотчас в путь собраться
И ехать с милою венчаться.
По замку ходит он, поет,
И менестреля он зовет
Той песне вторить на виоле,
Счастливой радуется доле.
Да на турнире был он рад
Немало получить наград.
Но час за часом ждет и ждет,
Глаз не отводит от ворот
И все досадует тоскливо.
Что долго вести нет счастливой.
Вот даже петь он перестал:
Так ожидать гонца устал.
И овладело им сомненье,
Но вдруг в то самое мгновенье
Слугу увидел он чужого,
И сердце выпрыгнуть готово
От нетерпенья и любви.
Тот молвил: Вог благослови!
Вогат наш князь, да вот беда
Пришла ему в конях нужда.
А ваш скакун, клянусь, прекрасен.
Он хоть резов, да не опасен.
Послушней в целом мире нет!
Вас просит знатный ваш сосед
Ему в нужде его помочь
И дать коня на эту ночь.
А для кого, дружок, скажи?
Для дочери, для госпожи,
Чтоб завтра, чуть взойдет заря,
Добраться до монастыря.
Зачем же это госпоже?
Да ведь просватана уже
За дядю вашего она
И завтра на заре должна
В лесной часовне с ним венчаться.
Туда далеко добираться.
Но я замешкался у вас,
Так дайте же коня тотчас
Для свадьбы дяди своего;
Ну, конь, скажу вам, о-го-го!
Неутомимый и могучий,
Он в королевстве самый лучший!
В смятенье понимал едва
Мессир Гильом его слова.
Как! он воскликнул. О Создатель!
Ужели дядя мой предатель,
А я не ведал ничего
И положился на него!
Нет, на дела его без гнева
Взирать не может Приснодева.
Но я не верю! Лжешь ты, лжешь!
Нет, это правда, а не ложь!
Церковный завтра будет звон,
К нам рыцари со всех сторон
Уже съезжаться нынче стали.
Увы. сказал Гильом в печали.
И как я обмануться мог!..
Едва не падает он с ног,
Готовый горько разрыдаться.
И если б только домочадцы
На несчастливца не глядели,
Он зарыдал бы в самом деле.
И что сказать? И как тут быть?
И как печаль свою избыть?
И где отчаянью конец?
Но недогадливый гонец
Знай только и твердит опять:
Велите же коня седлать,
Он всех достойнее, скажу,
Везти в часовню госпожу.
Эх, что за стати, что за масть!
А рыцарь над собою власть
При этом должен сохранять
Да и коня еще отдать
Забыв обиду, точно другу,
Такую оказать услугу
Лжецу, предателю, тому,
Кто ненавистней всех ему.
Но все ж решает: «Дам коня,
Напрасно милой не виня,
В своей судьбе она не властна,
Самой несладко ей, несчастной!
Нет, я в коне не откажу
Хоть чем-нибудь eй отслужу
За всю любовь ее былую.
Винить могу лишь долю злую.
Сама судьба решила, знать,
Что счастья с милой мне не знать.
На что хотел я согласиться?
Да, видно, разум мои мутится.
Кому готов я дать коня?
Тому, кто, чести изменя,
Сам нынче счастлив и доволен.
Тому, кем был я обездолен
И разлучен с моею милой!
Шрифт
Фон