Да ведь, говорят, и Аня тоже туда заходила. Вылетела из него стрелой и сразу домой. И как раз с того дня с ней случилось что-то непонятное. Слишком уж она стала непохожей на себя. Что же с ней сделали в этом как его «Ящике Пандоры»?
У Риты в тот день бабушку на «скорой» увезли. Рита что-то такое натворила дома, что бабушка как вошла так и рухнула на пол. Теперь внучка каждый день торчит под окнами больницы, но бабушка не хочет её даже видеть. Заявила, что лучше будет снимать квартиру, чем жить с такой внучкой.
И Вика ходит потерянная, глаза зарёванные. Такой она была после похорон матери.
Только Аня выглядит довольной жизнью. Всё у неё ладится лучше некуда. И во дворе никто к ней больше не пристаёт, не обзывает собачницей. Так ведь и с собаками она перестала возиться.
Может быть, Надежда Сергеевна так не тревожилась бы о дочери, ведь вроде бы все перемены были исключительно к лучшему, но вот уже третью ночь Аня снится ей бледная, исхудавшая, и плачет:
Мамочка, спаси меня! Мамочка, милая, помоги!..
Надежда Сергеевна в волнении ходила по квартире, вспоминая одно за другим события последних дней. Почему так не радует её идеально вылизанная квартира? В ней стало трудно дышать. Что настораживает в изменившемся облике Ани? Что в ней не так? Отдельные штрихи упрямо не хотели складываться в законченную картину. Чего-то ещё не хватало.
Дверь тихонько скрипнула и Надежда Сергеевна обернулась, досадуя на новую привычку дочери крадучись входить в квартиру, словно она пытается застать мать врасплох. Раньше Аня с порога кричала:
Мамочка, я пришла! и громко хлопала дверью. Подумать только: раньше это всегда раздражало мать, а теперь что-то недоброе чудилось ей в новых повадках дочери.
Та поставила сумки на пол, привычно повернулась к зеркалу. И состроила такую безобразно-злющую мину, что Надежда Сергеевна содрогнулась: ещё неделю назад такого не было! Но что это! Ей на миг показалось, что у Аниного отражения в зеркале выкатилась из глаза слезинка. Так и есть: застыла на щеке.
Ты плачешь? бросилась она к дочери.
Кто тебя обидел?
Девочка сердито стукнула кулаком левым, опять левым! по зеркалу. Повернулась и Надежда Сергеевна увидела совершенно сухие глаза.
Кто меня может обидеть! раздражённо бросила дочь. Я и не думала плакать. Тебе показалось.
Извини смутилась мать. Но взгляд её чуть дольше, чем обычно, задержался на тоненьких плечиках дочери. Крестика на ней не было.
Она долго не решалась задать прямой вопрос. Отнесла в кухню и разобрала продукты, сварила борщ Аня всегда любила его. В последнее время она совсем ничего не ела, только пила кока-колу и пепси. Сейчас мать приготовила самые любимые Анины кушанья: жареную картошку, блинчики со сгущёнкой, грушевый компот. Позвала дочь обедать. Но она отказалась:
Я по дороге поела мороженого.
И что же? не поняла мать. Аня прежде не страдала плохим аппетитом, и порция мороженого никогда не помешала бы ей поесть ещё и борща и других вкусностей.
Надежда Сергеевна словно бы невзначай открыла дверь Аниной комнаты. И успела заметить на лице девочки злобное выражение, мгновенно сменившееся маской: я вся внимание!
Анечка, так ты, может быть, к Причастию готовишься постишься? спросила Надежда Сергеевна. Холодная ярость плеснула из не по-детски высокомерных глаз:
Нет, не готовлюсь! И весь старый хлам, как видишь, я выкинула! Ты ведь без меня заходила в мою комнату! голос её звенел обвиняюще.
С каких это пор я не могу в неё заходить? возмутилась мать.
Вот с этих самых! отрезала девочка, в которой всё меньше оставалось от прежней Ани. Неужели ещё неделю назад Аня боялась не то что словом взглядом обидеть мамочку?..
Мать вышла из комнаты, молча глотая слёзы. Обедать не стала: сыта по горло!.. А дочь и не подумала просить прощения. Как сидела в своей комнате, так и не вышла.
Решение пришло будто бы само собой. Надо сходить в церковь. Поставить свечку за упокой родителей и ещё одну об Анечкином здравии. Что-нибудь заказать там подскажут, что. Если, не дай Бог, Аня попала в дурную компанию, в какую-то секту за неё надо помолиться!
Неимоверная тяжесть, сдавившая душу, стала чуть легче от этих мыслей. Доченька озлобилась, сама не понимает, что творит. Так бывает! но Бог милостив. Он простит их обеих, неразумных, и поможет Анечке снова стать прежней доброй и любящей доченькой.
Наверное, в церкви уже началась служба. Может, отложить поездку на завтра чтобы уж прийти без опоздания? Ну нет, одёрнула себя Надежда Сергеевна, надо идти сейчас. Доченька хоть и грубит, и отчуждается, но не зря же во сне просит помощи!
И женщина надела длинную юбку, накинула на плечи шёлковый платочек, чтобы при входе в церковь повязать его на голову. Всё, как когда-то учила мама
Как нарочно, трамвая не было. В обратную сторону трамваи шли исправно, а к церкви ехать было не на чем. Стоять и дальше не было смысла, и Надежда Сергеевна пошла пешком. Едва она отошла от остановки на сотню шагов, как позади послышался лязг трамвайных колёс. Сразу три трамвая, один за другим, обогнали её. Ни вернуться, ни добежать до следующей остановки она бы уже не успела. Так и пришлось идти пешком до самой церкви.