Она задумалась, стоит ли попрощаться с Мартой. Но ей не понравилась мысль, что Марта не узнает ее. Лучше было просто уйти. Софи решила, что напишет обеим сестрам, когда доберется туда, куда шла, и зашаркала дальше через поле, на котором недавно находилась Ярмарка, по мосту и по проселочным дорогам. Стоял теплый весенний день. Софи обнаружила, что превращение в старую каргу не мешало ей наслаждаться видом и запахом боярышника в живых изгородях, хотя видеть она стала нечетко. Спина начала болеть. Она ковыляла довольно энергично, но ей нужна была палка. Проходя мимо, она поискала в живых изгородях какую-нибудь расшатавшуюся жердь.
Глаза явно были не так хороши, как прежде. Софи подумала, что увидела палку примерно в миле впереди, но, когда она дотащилась дотуда, палка оказалась нижней частью пугала, которое кто-то бросил в живую изгородь. Софи поставила его вертикально. Вместо лица у него была засохшая репа. Софи поймала себя на том, что испытывает к нему понимающее сочувствие. Вместо того, чтобы разобрать его на части и забрать палку, она воткнула его между двумя ветками изгороди так, чтобы оно лихо маячило над боярышником, а лохмотья рукавов на руках-палках трепетали над изгородью.
Вот, сказала Софи, и, к ее удивлению, старый надтреснутый голос выдал надтреснутый старушечий смешок-кудахтанье. Мы оба ни на что особо не годимся, не так ли, дружище? Возможно, ты вернешься на свое поле, если я оставлю тебя там, где тебя могут увидеть люди, она двинулась было дальше по дорожке, но ей пришла в голову мысль, и она вернулась, чтобы сказать пугалу: Знаешь, если бы я не была обречена на неудачу из-за моего положения в семье, ты мог бы ожить и помочь мне заработать состояние. Но я в любом случае желаю тебе удачи.
Она снова издала кудахтающий смешок и пошла дальше. Возможно, она немного сбрендила, но старухи часто такими бывают.
Софи нашла палку около часа спустя, когда присела на насыпи отдохнуть и поесть хлеба с сыром. В живой изгороди позади нее послышались звуки: тихий задушенный писк, за которым последовало тяжелое движение, от которого с изгороди посыпались лепестки боярышника. Софи тяжело поднялась на костлявые колени, чтобы заглянуть сквозь листья, цветы и шипы внутрь изгороди, и обнаружила там худую серую собаку. Она безнадежно запуталась в толстой палке, которая каким-то образом перекрутилась с веревкой, привязанной к шее собаки. Палку заклинило между двумя ветками изгороди, так что собака едва могла пошевелиться. При появлении лица Софи она бешено завращала глазами.
Девушкой Софи боялась собак. И даже старухой ее тревожили два ряда белых клыков в раскрытой пасти животного. Но она сказала себе: «В моем нынешнем состоянии едва ли стоит беспокоиться об этом», и нащупала в швейном кармане ножницы. Она потянулась ножницами в заросли и принялась распиливать веревку вокруг шеи собаки.
Собака была ужасно дикой. Она дергалась и рычала. Но Софи храбро продолжала пилить.
Ты умрешь от голода или задушишься, дружище, сказала она собаке старческим скрипучим голосом, если не позволишь мне освободить тебя. На самом деле, думаю, кто-то уже пытался тебя задушить. Возможно, это объясняет твою дикость.
Веревка была плотно затянута вокруг шеи собаки, а палка ужасно закручена в ней. Пришлось долго
пилить, прежде чем веревка распалась, и собака смогла вылезти из-под палки.
Хочешь хлеба и сыра? спросила Софи.
Но собака зарычала на нее, пробралась сквозь живую изгородь на другую сторону и ускользнула.
И это твоя благодарность? сказала Софи, растирая онемевшие руки. Но ты оставила мне вместо себя подарок.
Она вытащила из изгороди палку, которая держала собаку, и обнаружила, что это настоящая трость, хорошо отполированная и с железным набалдашником. Софи доела хлеб с сыром и снова двинулась в путь. Дорожка становилась всё более крутой, и трость стала для нее большим подспорьем. А еще с ней можно было разговаривать. Софи энергично топала, болтая со своей тростью. В конце концов, старики часто разговаривают сами с собой.
Две встречи, сказала она, и ни капли волшебной награды от обеих. Однако ты хорошая трость. Я не ворчу. Но наверняка должна произойти и третья встреча, магическая или нет. На самом деле, я настаиваю на ней. Интересно, что это будет?
Третья встреча произошла к вечеру, когда Софи брела высоко в холмах. По дорожке к ней спустился, насвистывая, крестьянин. Пастух, подумала Софи, возвращается домой после того, как пас своих овец. Он был крепко сложенным молодым парнем около сорока.
Батюшки! сказала Софи самой себе. Этим утром я посчитала бы его стариком. Как всё меняет точка зрения!
Когда пастух заметил бормочущую себе под нос Софи, он осторожно перешел на другую сторону дороги и сердечно крикнул:
Добрый вечер, матушка! Куда направляетесь?
Матушка? сказала Софи. Я не ваша матушка, молодой человек.
Просто выражение, ответил пастух, незаметно продвигаясь вдоль живой изгороди с другой стороны дороги. Я хотел только вежливо поинтересоваться, поскольку вы поднимаетесь в холмы под вечер. Вы не успеете спуститься в Верхнюю Складку до наступления ночи, не так ли?