Давайте создадим Греческий огонь, предложил я. Об остальном подумаем позже.
Талия и Хэл помогли мне собрать нужные ингредиенты. Мы включили его плиту и начали готовить чрезвычайно опасную смесь. Время шло слишком быстро. В коридоре слышался рев левкрот и их щелкающие челюсти.
Шторы на окне перекрывали нам доступ к свету, но глядя на часы Хэла, я понимал, что времени у нас почти не осталось.
Мое лицо покрылось бисеринками пота, пока я смешивал ингредиенты. Каждый раз, закрывая глаза, я вспоминал слова Хэла, написанные на экране его компьютера, словно они были выжжены в моей голове: «Я вижу самопожертвование в твоем будущем. Выбор иПредательство».
Что это означало? Я был уверен, что он что-то недосказал. Лишь одно было ясно: мое будущее здорово его испугало.
Я попытался сосредоточиться на деле. На самом деле я понятия не имел, что делал, но у меня не было выбора. Возможно, Гермес присматривал за мной, подсказывая мне некоторые алхимические секреты производства. Ну, или я просто везунчик. В конечном итоге, я держал в руках кастрюлю с клейкой черной гадостью, которую вылил
в старую баночку из-под желе и накрыл крышкой.
Держи, я передал баночку Талии. Можешь ли ты зарядить это? Стекло должно удерживать банку от взрыва до тех пор, пока мы ее не разобьем.
Талия явно была не в восторге.
Я попробую. Мне нужно обнажить несколько электропроводок в стене. И, чтобы призвать молнию, мне потребуется несколько минут концентрации. Вам, ребята, лучше отойти, на случай если, ну знаете, я взорвусь или еще что-нибудь
Она схватила отвертку с кухонного стола Хэла, залезла под компьютерный стол, и начала возиться с розеткой.
Хэл взял свой кожаный зеленый дневник и жестом приказал мне следовать за ним. Мы подошли к шкафу. Хэл достал ручку из кармана и начал перелистывать страницы. Почерк у него был убористый и аккуратный. Наконец, он нашел пустую страницу и что-то на ней написал. Затем он протянул дневник мне. Там было написано: «Лука, я хочу, чтобы ты принял этот дневник. В нем все мои предсказания, заметки о будущем и мысли о том, что у меня пошло не так. Думаю, он может тебе помочь».
Я отрицательно покачал головой.
Хэл, он ведь ваш. Храните его.
Он отобрал у меня книгу и написал: «У тебя значительное будущее. Твой выбор изменит мир. Ты можешь учиться на моих ошибках. Продолжай вести дневник вместо меня. Возможно, он поможет тебе принять решение».
Какое решение? спросил я. Что вас так сильно испугало в том, что вы увидели?
Его ручка повисла над страницей на протяжении долгого времени. Наконец он написал: «Думаю, что теперь я понимаю, почему меня прокляли. Аполлон был прав. Некоторые тайны должны оставаться тайными».
Хэл, ваш отец придурок. Вы не заслужили
«Просто пообещай мне, что продолжишь вести этот дневник, написал он. Если бы я начал записывать свои мысли раньше, то я мог бы избежать некоторых глупых ошибок. И еще кое-что»
Он положил ручку в дневник и отстегнул кинжал из небесной бронзы со своего пояса. Затем он протянул его мне.
Я не могу его принять, сказал я. В смысле, это очень любезно, но я предпочитаю мечи. И, кроме того, вы идете с нами. Вам пригодиться оружие.
Он покачал головой и сунул кинжал мне в руки. Старик снова начал что-то писать: «Этот кинжал это подарок девочки, которую я спас. Она пообещала, что кинжал всегда защитит своего владельца».
Он прерывисто вдохнул. Должно быть, Хэл знал, какая горькая ирония была в этом обещании, учитывая его проклятие. Старик продолжил: «Этот кинжал не сравнится с мечом по силе или досягаемости. Но он может быть отличным оружием в правильных руках. Я бы чувствовал себя лучше, зная, что он у тебя».
Его глаза встретились с моими и я, наконец, понял, что он задумал.
Не надо, попросил я. Мы все сможем выбраться отсюда. Хэл поджал губы и написал: «Мы оба прекрасно знаем, что это не
так. Я могу общаться с левкротами. Я логичный выбор приманки. Вы с Талией подождете в шкафу. Я заманю монстров в ванную. Я выиграю вам несколько секунд, чтобы вы добрались до панели в стене, прежде чем я подорву здесь все. Это единственный способ выиграть вам время».
Нет, сказал я.
Но выражение его лица было мрачным и решительным. Он больше не был похож на трусливого старика. Хэл выглядел как полубог, готовый идти в бой.
Я не мог поверить, что он пожертвует собой ради двоих детей, которых едва знает, особенно после того, как он страдал в течение многих лет. И все же, мне не нужны были ни ручка, ни бумага, чтобы понять, о чем он думает. Это был его шанс на искупление. Он поступит как герой и его проклятие исчезнет, как и предвидел Аполлон.
Он написал что-то и протянул мне дневник, где было написано лишь одно слово: «Пообещай».
Я сделал глубокий вдох и закрыл дневник.
Хорошо. Я обещаю.
Внезапно гром сотряс особняк. Мы оба подпрыгнули. За компьютерным столом послышалось: «Ба-бах!».
От компьютера поднимался белый дым, а запах стоял такой, будто кто-то недавно палил шины.
Талия сидела улыбаясь. Стена позади нее покрылась пузырями и почернела. Розетка была полностью раздроблена, а в своих руках Талия держала все ту же банку из-под желе, которая теперь светилась зеленым цветом.