О том, что Кузнецовых обокрали, сообщила их домработница, заехавшая в квартиру за какими-то своими вещами. В предыдущих трех случаях факт кражи тоже был установлен случайно. Один раз в квартиру нагрянула теща хозяина. Она, правда, не смогла объяснить, зачем поехала «в гости к дочери», точно зная, что дочь в отъезде, да это и неважно. Зато, открыв своим ключом дверь, она огласила дом зычным криком: «Караул! Ограбили!» В другом случае сосед пострадавших
перелез на их сторону балкона за своей кошкой и в окно увидел, что «в квартире явно что-то не так». В третьем случае в квартире пострадавших прорвало трубу, и дверь пришлось вскрывать.
Иными словами, если бы не домработница, теща, сосед и слесарь из РЭУ, о кражах еще долго никто бы не узнал.
Неясного было слишком много. Ну, обокрали квартиру это понятно, дело житейское, но зачем при этом похищать хозяев? Все сходились на том, что похищение обворованных абсолютно новое слово в практике преступного мира.
Эксперты уверяли, что в квартирах пропавших граждан никто никого не убивал, во всяком случае, не было замечено никаких следов не только членовредительства, но и борьбы.
Оперативников более всего интересовала методика, ноу-хау: как можно похитить восемь человек так, чтобы никто, нигде и ничего не заметил? Ни шума, ни крика, ни выстрелов, ни следов поножовщины. Смазанная картина преступления повергла в тяжелую задумчивость руководство уголовного розыска непонятно было, какому отделу МУРа поручить расследование. Промучившись два дня, решено было «повесить» все четыре преступления на второй отдел по расследованию убийств. Начальник второго отдела полковник Сергей Иванович Зайцев пытался сопротивляться, доказывал, что раз трупов нет, то, возможно, никого еще и не убили, но на него надавили и заставили взять дела себе. Логика у начальства была такая: раз людей нет и требований о выкупе никто не заявляет, то они, вероятнее всего, мертвы.
Так не бывает! орал на подчиненных полковник Зайцев на последнем совещании по «делам пропаж». Не бывает, поняли?! Если их убили, то должны найтись трупы. Ищите, прочесывайте, копайте. Трупы всегда всплывают, вы это знаете не хуже меня.
И капитан Василий Коновалов, и лейтенант Леонид Зосимов, и следователь Георгий Малкин, которым было поручено «дело о пропажах», не сомневались, что Сергей Иванович прав, но вместе с тем они понимали, что к нынешней ситуации его правдивые сентенции подходят мало. Потому что если не всплыли восемь трупов подряд это уже симптом. Это значит, что либо пропавшие граждане не трупы вовсе, либо изменилась общая тенденция, и трупы отныне всплывать не будут.
Старший оперуполномоченный Коновалов был заметной фигурой в МУРе, привлекающей внимание прежде всего своими внушительными размерами (рост 185 см, вес 110 кг) и вольным богемным стилем одежды (Василий предпочитал носить широкие свитера домашней вязки и потертые джинсы, зато неизменно хранил верность форменным ботинкам, которые раз в год выдавались бесплатно каждому сотруднику МВД).
Обращала на себя внимание также и прическа капитана Коновалова, которую в МУРе называли «под 0,5». Такую прическу сделать нетрудно: нужно побриться наголо и подождать две недели. То, что вырастет на голове за это непродолжительное время, как раз и окажется «стрижкой в стиле Коновалова». Каждое утро Василий любовался на себя в зеркало и со словами «Что-то я оброс» уверенно шел на работу. Поговаривали, что в нагрудном кармане капитана всегда лежит расческа и что Василий пугает задержанных, то есть подозреваемых в тяжких преступлениях, тем, что на допросах «причесывается» у них на глазах.
Что ты там причесываешь? поинтересовался как-то полковник Зайцев.
Что-что, ноги, конечно, ответил Василий.
Капитан Коновалов был также известен в широких милицейских кругах своим вызывающим аморальным обликом. Дело в том, что он, несмотря на свой сравнительно молодой возраст (30 лет), был трижды женат и столько же раз разведен. Сотрудников уголовного розыска не смущало количество женщин в жизни коллеги Коновалова, они не страдали ханжеством и справедливо полагали, что чем больше женщин, тем лучше. Удивляло и возмущало служащих МУРа другое, и об этом другом они частенько спрашивали Коновалова: «Зачем жениться-то каждый раз?»
Василий, как правило, от ответа уходил, старался переменить тему, но близким товарищам в минуты откровенности признавался: «Хотелось стираных носков, борщей, сытных завтраков, обильных ужинов ну, любви то есть».
С бывшими женами «старшей», то есть первой, Ксюшей, «средней» Аллой Михайловной и «младшей» Еленой Василий поддерживал исключительно теплые дружеские отношения, регулярно наведывался к ним в гости то на обед, то на ужин. Трапезы, судя по его комплекции, оставались достаточно обильными.
Лейтенант Леонид Зосимов был не менее заметной фигурой в МУРе. До своей героической милицейской работы он целых два курса отучился в театральном вузе, и, говорят, ему прочили неплохое актерское будущее. Когда Леонида спрашивали, почему он бросил актерскую профессию и ушел учиться в Высшую школу милиции, он