Побранил он лису, тоже засунул ее себе в зад и пошел своей дорогой.
Через некоторое время дошел Полупетух до речки. Поздоровалась с ним речка, расспросила его, откуда и куда он идет, и, узнав, что он направляется к аге, стала умолять:
Возьми и меня с собой.
Полупетух не мог обидеть речку и потащил ее за собой. Шли они, шли и в конце равнины дошли до склона горы.
Я не смогу подняться, сказала речка и остановилась.
Тогда Полупетух и речку засунул себе в зад и опять пошел своей дорогой. Одолел он этот подъем и в послеполуденный час пришел к дому аги.
«Тук-тук» постучал он в дверь. Услышал это слуга аги и спустился к дверям. Смотрит, а у дверей Полупетух. Слуга спросил его, зачем он пришел, и Полупетух ответил, что ага ему должен и он пришел получить этот долг.
Как только ага узнал, в чем дело, он рассердился и приказал слугам:
Заприте этого малого, которого зовут Полупетух, в гусятнике. Пусть гуси заклюют его до смерти, и мы от него избавимся.
Слуги заперли Полупетуха в гусятнике и ушли. Гуси накинулись на Полупетуха. Тогда он быстро выпустил из своего зада лису. А лиса тотчас же передушила всех гусей.
Под вечер пришли слуги и увидели, что Полупетух перебил всех гусей. Когда сообщили об этом аге, он очень разозлился и приказал:
Заприте Полупетуха в хлеву со скотиной. Пусть его там забодают и затопчут, и делу конец.
Слуги потащили Полупетуха в хлев и заперли его в нем. Полупетух забился в угол и, пока не наступила ночь, сидел в углу. Потом он выпустил волка, который был у него в заду, и волк зарезал всю скотину. Набив как следует себе брюхо, волк снова залез к Полупетуху в зад.
Под утро слуги спустились вниз, чтобы приглядеть за скотиной, и увидели все животные подохли. Слуги завопили и побежали к аге рассказать, что наделал Полупетух.
На этот раз ага совсем разъярился и закричал:
Вы допустили, что Полупетух погубил всю скотину! Вы не смогли сладить с каким-то Полупетухом! А ну-ка заприте его в заднем сарае, где хворост, и подожгите!
Слуги втолкнули Полупетуха в сарай и подожгли хворост. Полупетух подождал в углу, пока хворост как следует не разгорится, и выпустил из своего зада речку. Пожар погас. Вышел Полупетух через сгоревшую дверь сарая наружу и стал себе расхаживать. Услышав об этом, ага совсем обезумел от злости и закричал:
Он уничтожил все мое добро! Заприте его в кладовой, где у меня золото. Еще немного и он совсем меня погубит!
Слуги открыли кладовую, где ага хранил золото, и затолкнули в нее Полупетуха. Тот набил свой зад золотыми, сколько смог, и еще три золотых взял в рот. Потом он нашел дыру в кладовой, вылез через нее наружу и крикнул аге:
Я забрал свой долг в три золотых!
Полупетух показал аге золотые, что были у него во рту, и отправился в свою деревню.
По дороге Полупетух отпустил лису и волка, которые сидели у него в заду, и пришел к себе в деревню.
На краю деревни какая-то старуха стирала белье. Полупетух сказал ей:
Бабушка, а бабушка, стукни меня по заду вальком.
Старуха не обратила на него никакого внимания.
Ну стукни! снова попросил Полупетух.
Тогда старуха сказала:
А ну получай! и изо всех сил ударила его по заду вальком.
Тут у Полупетуха из зада выпало несколько золотых. Как только старуха это увидела, она тотчас спросила:
Может, еще ударить?
Еще чего, ответил Полупетух, когда я тебя просил: «Стукни», ты не стукала, старая попадья
И Полупетух пошел домой.
С тех пор Полупетух стал очень богатым и уважаемым человеком в деревне. Он и сейчас там живет. Вчера здесь проезжал, всем привет передал.
Матушка, я иду жениться на Великанше.
Что ты, сынок! Куда ты собрался? Да как же тебе это удастся? Бедная женщина так и сяк старалась отговорить своего сына от его затеи, но все без толку. Наконец ей это надоело, и она сказала:
Ступай хоть прямо в ад, и я избавлюсь от такого бездельника, как ты.
И ушел Кельоглан без оглядки.
Шел он, шел, по долам, по горам шел Шесть месяцев и одну осень шел Обернулся назад, глядь, а всего-то и пути он прошел с ячменное зерно
Вот так он все шел да шел и заметил, что на вершине одной горы что-то светится. Приблизился он к тому месту, где был свет, и увидел: сидит громадная старуха-дэв, греется на солнце, а груди свои закинула через плечи на спину. Кельоглан подошел еще ближе, зашел ей за спину и пососал ее грудь. Тогда старуха-дэв обернулась и сказала:
Ну, Кельоглан, если бы не пососал мою грудь, я бы тебя проглотила в один миг. А теперь ты мой сын. Но у меня есть и другие сыночки, того и гляди, они сейчас придут и съедят тебя. Давай-ка я тебя спрячу.
Старуха-дэв дала Кельоглану затрещину и превратила его в метлу. Только она поставила метлу за дверь, как что-то загрохотало вернулись домой ее сыночки.
Фу, матушка, стали они говорить, что это у нас человечьим мясом пахнет?
А старуха-дэв отвечала:
Поковыряйте у себя в зубах, сыночки.
Взяли дэвы по бревну и принялись ковырять ими у себя в зубах. У одного из них бряк! выпала из зубов человечья рука, у другого шмяк! выскочила из зубов человечья нога. Натолкала это все старуха-дэв в котел, поставила котел на очаг и стала варить. Все сидят ждут. Тут старуха-дэв и говорит: