Порасспрашивав о старинах кое-кого в г. Пи́неге, я затем поехал по новым для меня местам по рекам Кулою и Мезе́ни. Ехать здесь было гораздо труднее, чем по р. Пинеге: с одной стороны незнакомое население, приглядывающееся
к незнакомому человеку, едущему с такою непонятною целью; с другой стороны неудобства со стороны погоды и путей сообщения . Действуя здесь так же, как и в предыдущих поездках (т. е., по возможности, без всякой официальности), я произвел исследования в следующих селах и деревнях: Ку́лое, Оре́ховской, Ка́рьеполе, Не́мнюге (в двух око́лках), Со́яне, До́лгой Ще́ли по течению р. Кулоя и его притоков pp. Не́мнюги и Со́яны, в д. Ни́же на р. Ниже, впадающей в Северный Ледовитый океан; потом в г. Мезе́ни и селах и деревнях Нико́ле (Николо-закурской), Ла́мпожне, Ти́мшелье (т. е. Тимщелье), Дорого́й Горе, Петро́вой Горе, Кузьмине́ Городке, Печи́ще, Ки́льце, Погоре́льце, Ме́лагоре, А́заполе, Па́луге, Ке́сломе, Юроме, Некра́сове, Тигля́евой, Заозе́рье (в Кельче́мгоре), За́ручьевской, Малых и Больших Ни́согорах по теченью р. Мезе́ни, т. е. в 27 деревнях и селах и в одном городе. На этом пространстве я записал у 65 лиц 213 номеров: 212 старин и песню о сове; из них 92 старины записаны по р. Кулою в шести (с Нижей) селах и деревнях у 28 лиц, а остальные 120 старин и песня о сове по р. Мезени в 13 селах и деревнях у 37 лиц. Здесь же я записал 108 напевов старин и напев песни о сове: из них 52 напева старин приходится на долю деревень по р. Кулою, а остальные 56 напевов старин и один песенный на долю деревень по р. Мезени. Так как оказалось, что по pp. Кулою и Мезени старины иногда поют хором несколько человек, то я записал шесть напевов в исполнении двух лиц и один в исполнении трех лиц.
Таким образом в эту поездку я производил исследования всего в 3637 деревнях и селах и в двух городах; записал 213 старин, 1 духовный стих и 1 песню, а также 174 напева на 52 валиках (из них 19 ½ заняты пинежскими напевами, 16 кулойскими и 16 ½ мезенскими) . С лучших певцов я сделал фотографические снимки. Рукописей на этот раз я приобрел сравнительно мало . В эту поездку я озаботился получением народных названий деревень и рек некоторых уездов Архангельской губернии, именно: 1) список таких названий, параллельно с официальными названиями, по 1-му стану Пинежского уезда и 2-му стану Ше́нкурского уезда, составил, по моей просьбе и по моим указаниям, теперешний пристав 1-го стана Пинежского и бывший пристав 2-го стана Шенкурского уезда А. А. Галактионов, 2) я сам записал, со слов мезенского исправника, народные названия деревень Мезенского уезда (названий рек он сам не знал); эти списки дадут специалистам материал для суждения о том, где и какое жило прежде финское племя по тем местам, где теперь живут русские. Из этой поездки я привез с собой: 1) костюм кулойских крестьян, который они надевают при отправлении в лес на охоту (именно: рубаху, портки, ка́бат, луза́н и комарник), и старинное кремневое ружье с принадлежностями и 2) штофник, гарнитурник и повязку народного костюма пинежских девушек. Кроме записи старин, я делал при случае также записи диалектических черт разных деревень северного края .
Записанные мною по pp. Кулою и Мезени старины обнимают более 50 сюжетов (до 53). Деление старин по сюжетам можно видеть в алфавитном указателе к каждому тому. Поэтому перечислять их здесь излишне. Но, кроме этих сюжетов, по р. Кулою и р. Мезени известно еще до 10 сюжетов, которые певцы или слыхали и забыли теперь или помнят еще и теперь, а именно: 1) Орсёнко, который поит голей и пропивает сорок тысяч (Е. Садков), 2) Касьян, который рвал опутины шелковые, но его затем ослепили (здесь, кажется, есть что-то о Дунае и мече; эта старина находится в тетради П. Н. Широкого) по р. Кулою; 3) Ставр Годинович (про него рассказывает Е. Табуев и про него слыхал В. Тяросов), 4) Поездка Алеши Поповича с Екимом Ивановичем в Киев (А. Потрухова), 5) Микула Селянинович (знают сыновья А. Макуриной), 6) Самсон (про него рассказывает Е. Разсолов и про Самсона Колыбанова знает Ф. Аникиев), 7) про встречу О́льга и Ратая рассказывает И. Е. Чупов, 8) про Волгу Вячеславича Назар Иван. Яшов (в Кильце) слыхал от верховского крестьянина из д. Пылемы, 9) Кострюка поет О. Н. Носарев в д. Шилявой и поют его у моря, по словам Е. Бешенкина, и 10) о Еруслане Лазаревиче будто бы пела А. Потрухова по р. Мезени. Кроме того, по р. Кулою известны: 1) Грумаланка, песня о том, как русские бедовали на Грумаланте Шпицбергене (Е. Садков), 2) Михаил Михайлович (не о 12-летнем ли богатыре О. Сычов), 3) Святогор (И. Д. Нечаев), 4) Исцеление (словами) и первая поездка Ильи Муромца (В. Буторин), 5) Мамаево побоище пел Проня (Прокопий Шуваев, см. характеристику Ф. Шуваевой)