У него были аналоги в пантеонах родственных кочевых тюркских народов Средней Азии, в числе которых Бобо-дехкон, или Дед-Земледелец, почитаемое в исламском культе святых аграрное божество, покровительствующее земледелию. Согласно древней легенде, именно он был создателем искусственного орошения и обработки земли. В азербайджанских сказках его аналогом был семиглавый дэв, хозяин прекрасного волшебного сада.
В сказке о Деде-Садовнике прослеживается универсальная мифологема, присущая разным народам мира, а именно образ дракона или великана, похищающего красавицу-девицу, которую герою предстоит освободить из плена.
Уильям Гарвей. Иллюстрация к «Истории рыбака» из «Тысячи и одной ночи». Гравюра на дереве. 18381840 гг.
Джинны бывали добрыми и злыми, но в турецком фольклоре чаще являлись представителями злого начала. Они были наделены интеллектом и выполняли приказания имеющих над ними власть. Они могли появляться из любых предметов в некоторых случаях для этого было достаточно потереть лампу или лизнуть перстень. Их сила была в их магии, поэтому победить их можно было тоже только волшебством, например раздобыв
волшебную палочку. Считалось, что джинна можно было опрометчиво вызвать простым восклицанием «Ох!».
Неизвестный автор. Черный король джиннов Аль-Малик аль-Асвад. Книга Чудес. Конец XIV в. Оксфордский университет. Великобритания
По ночам они собирались возле заброшенных мельниц, кладбищ и бань, чтобы пировать всю ночь напролет и хвастать друг перед другом своими подвигами, а перед самым началом утренней молитвы растворялись в воздухе. К белым джиннам обращались за помощью, так как они могли наградить за послушание или проявленное терпение, а злые джинны насылали на людей душевные болезни, а при желании даже могли спровоцировать у человека частичный паралич. Считалось, что они боялись железа и басмалы . Джинны, несмотря на их неприглядный внешний вид, пользовались большим успехом у женщин, в том числе и у замужних. Представительницы прекрасной половины человечества прощали им все, даже грубое обращение с собой.
Уйгуры считали дракона добрым существом, а в некоторых легендах он выступал в роли врага человечества. Он проводил зиму под землей, выползал на поверхность весной и взмывал высоко в небо летом, становясь чем-то вроде божественного создания. До того как стать кровожадным чудовищем, дракон символизировал изобилие, благосостояние и исцеление. Он также иногда ассоциировался с жизненным циклом, раскручивая небесное колесо. Мифологи полагают, что отправной точкой в его демонизации стал приход ислама.
В турецкой мифологии образ дракона был связан со стихией воды, как продолжение образа змея. Будучи огнедышащим существом, он также олицетворял соединение противоположностей воды и огня. В турецких народных сказках прослеживается универсальная мифологема с участием дракона и героя-змееборца, цель которого выкрасть охраняемое чудищем сокровище, добраться до источника воды или освободить похищенную девушку. В турецком бестиарии существует семиглавый огнедышащий дракон, убить которого можно лишь отрубив все его головы сразу, так как отрубленные по отдельности головы мгновенно отрастают вновь.
Близким родственником дракона была змея, соединявшая небо и землю, воплощая образ нижнего мира. Согласно некоторым поверьям, она могла спускаться в подземный мир и символизировала защиту и власть. Главным атрибутом тюркского бога врачевания Акбуга была накрученная на его руку белая змея. Она не была ядовитой и считалась бессмертной.
Змея часто становилась героиней народных сказок. В одной из них говорилось об огромной змее, «йылан», от которой герой спас птенцов волшебной птицы Симург, получив в благодарность чудесный «выход с того света». В других сказках змея представлялaсь в более выигрышном свете: в одной из них «серой змее» приглянулся юноша и она пообещала ему выполнять его желания при условии, что тот произнесет слова: «По милости Аллаха, по приказанию серой змеи» Чем не турецкий аналог щуки Емели?
Кацусика
Хокусай. Восточный дракон. 1844 г. Музей Хокусая. Токио, Япония
Дэвы обитали в горах, пещерах и пустынях, а иногда даже в подземном мире или на дне озера. Они, так же как и драконы, стерегли сокровища. Дэвы нередко обзаводились семьей и имели многочисленное потомство в некоторых сказках у женщин-дэвов могло быть двадцать, сорок или даже восемьдесят сыновей! Турецкие дэвы были свирепыми людоедами, но не блистали умом и зачастую позволяли героям сказок себя обхитрить. Они обладали сверхъестественными способностями и умели летать. В некоторых случаях они даже могли послужить добру и помочь в трудной ситуации.
Дэвы женского пола были чуть мягче своих мужей и сыновей. Бывали случаи, когда отведавший молока женщины-дэва герой становился ее названным сыном, и та брала его под свое покровительство. Неожиданно встретив на своем пути дэва, героиня одной восточной сказки не растерялась и назвала его батюшкой. Посчитав ее своей дочерью, тот стал помогать ей в приключениях.