фон Эшенбах Вольфрам - Титурель стр 12.

Наши плоть и кровь теснее единство... Возможно, речь идет о плоти, не унаследованной от Адама. Таковы тела стихийных духов и, быть может, таинственного сонма, принесшего Грааль со звезд.

...Саламандра, дракон Агремонтина. Саламандра дух огня. Возможно, наделена вневещественной плотью, на которую намекает Гамурет в строфе 95. Агремонтин таинственная гора, упоминаемая в «Парсифале» вместе с горой феи Морганы (Фаморган).

Недолго лежали,

их прервав беседу,

лай громкий раздался.

По красному следу

пес мчался. Раненая дичь не убежала бы!

Недолго пес там пробыл,

что моей достойно жалобы.

Лай разносился

по лесам просторным,

а Шионатуландер

с детства слыл проворным;

лишь Треврецент, воитель правил строгих,

прыгал и бегал

быстрее всех рыцарей быстроногих.

А Шионатуландер

подумал: «Пса догонит

лишь быстроногий...»

Он себя не уронит,

но вместо радости подвергнется печали.

Лай в лесу заслышал,

и ноги сами побежали.

Пес охотничий мчался;

его влекла дичина.

Между тем сам пес привлек

отважного дофина,

не подозревавшего, как удел его мрачен.

Пес юношей среди кустов

за поводок был схвачен.

Для княжеского пса

кровавый след приманка;

убежал от князя пес,

преследуя подранка,

мчался пес лесом в погоне жестокой,

гордого грагарцийца

лишая радости высокой.

Все еще бежал пес

дремучей дикой чащей;

в золоте арабском

ошейник пса блестящий,

поводок с драгоценным камнями,

как солнце в сумрачных дебрях;

пса поймал он вместе с будущими днями.

Что сулили те дни,

поведать нам уже можно;

было в них опасно все,

тягостно и тревожно,

череда войн, раздоров, напастей,

с песьего поводка

началась полоса несчастий.

Пса принес на руках

он Сигуне дар приветный.

Двенадцати саженей

был поводок четырехцветный.

Желтый, зеленый, красный, коричневый цвет четвертый.

Каждый шов длиною в пядь,

в своем изяществе не стертый.

На поводке кольца,

кольца с жемчугами;

промежутки между ними

схожи с шагами,

но не шире пальца, и, право слово,

никогда не выпустил бы я

из рук поводка такого.

А между кольцами

череда вестей сокровенных.

Блещут письмена

из камней драгоценных,

приключенье с подробностями непростыми.

Буквы к поводку

прибиты гвоздиками золотыми.

Смарагдовые на нем буквы,

буквы-рубины,

адаманты, хризолиты, гранаты

все в письменах едины.

Не было еще поводка красивей.

Мне бы такой поводок,

и я был бы всех счастливей.

На бархате с камнями

был ошейник нарядный;

как зеленый майский лес,

был бархат ненаглядный.

Надпись на ошейнике госпожа изучает:

имя пса Гардевиас,

что по-нашему «Путестраж» означает.

Герцогиня Сигуна

читать начала сказанье:

«Имя пса таит

в себе некое знанье.

Для мужчины и для женщины без Путестража

нет удачи в жизни,

вместо блаженства для него пропажа».

На ошейнике,

не на поводке читала: «Отважный

стережет свои пути,

не для него успех продажный;

чистый сердцем крепнет в противоборстве

и не бывает никогда

замечен в шатком притворстве».

Пес и поводок

со словами под стать присловью,

от юной королевы

князю посланье с любовью;

оповещена Сигуна письменами,

кто князь, кто королева,

тот и другая со своими именами.

Королева Канадика,

Флорией звалась ее сестрица.

Илиноту, британцу, предалась,

чтоб в его сердце воцариться;

вверила ему все, кроме брачного ложа,

вышколила его,

до первых побед мечты его множа.

Пал он за ее любовь,

шлема не снимая;

лишь вежество проклясть

не велит мне того, чья злая

рука сразила его. Госпожа ужаснулась

и сразу же умерла,

хоть острие копья ее не коснулось.

Сестра королевы

унаследовала корону

Звалась она Клаудита

и стала королевой по закону,

добродетельна, чиста и прекрасна,

так что никакая сплетня

для нее не опасна.

На поводке прочитала

герцогиня про эту деву:

даровать им государя

князья просили королеву

В Бофрамунде собрались, и посулила

королева возвестить богатым и бедным,

кого избрать она соблаговолила.

Герцог Сальваша цветущего,

Экунат ее сердцу дорог;

другом своим назвала бы

его без всяких оговорок,

его предпочла бы короне даже

и всем другим князьям,

вверяя свои пути его страже.

Его юность покорив,

ему свою стражу бы вверила покорно,

даже не подумав о том.

что это может быть зазорно.

Что значит его имя по-нашему, кто-нибудь спросит.

Герцог Экунат

имя дикого цветка, слыхал я, носит.

Имя дикого цветка у него,

и в погоне за дичью

с письмом послан пес,

выполняя волю девичью.

На поводке письмо, где от слова до слова

предостереженье: свой женский путь

она сама стеречь готова.

Шионатуландер

удочкой с перышками на леске

хариусов и форелей

ловил в серебристом блеске,

словно это его единственное желанье,

а герцогиня распутывала поводок,

читая посланье.

Крепко-накрепко был поводок

привязан к шесту намета.

Жаль только, не оценил

Гардевиас такого почета.

Злился пес: дергают поводок то и дело.

Тем временем герцогиня

пса накормить велела.

Две девицы вскочили,

в послушанье рьяны.

Жаль мне герцогиню,

на нежных руках у нее раны

от камней на поводке. Гардевиас рванулся,

выскочил через отдушину

и на свою тропу вернулся.

Точно так же однажды

пес вырвался у Экуната.

Зовет герцогиня девиц,

как будто их медлительность виновата.

С кормом они тут как тут снова,

а лай пса уже слышится

среди безмолвия лесного.

Выскочил пес