Ну ничего, глядя на сконфуженное
лицо Фалина, сказал. Пешехонов. Это дело поправимое. Он посмотрел на часы. Идите сейчас и позовите владелицу веревки, а заодно принесите сюда и веревку, она лежит в машине в портфеле.
Через несколько минут Фалин вернулся и привел женщину, которая открывала сарай.
Как вас зовут? обратился к ней Пешехонов.
Вера Петровна.
Вы извините нас, Вера Петровна, за то, что вторично беспокоим. Но нам нужно уточнить несколько деталей. Прежде всего: какое назначение этого сарая, кто им пользуется?
Ну, сарай как сарай. Старый он очень. Когда начали строить гидростанцию и наш поселок, то на этом месте был хутор. Все строения его снесли, а вот сарай оставили под склад. А когда закончили строительство, сарай так и остался нетронутым. Жильцы наших домов им почти не пользуются, у всех есть свои кладовки и веранды. Кто-то положил сюда ненужные вещи. Иногда здесь вешают белье, но очень редко. Недавно Арвид муж Нади принес сюда свой чемодан. Вон он стоит на сундуке, показала она на коричневый чемодан.
Так это его чемодан? уточнил Пешехонов.
Да. Его.
Вы не помните, когда он поставил сюда чемодан: до смерти жены или после?
Нет, не после, а за несколько дней до этого. Я помню, как пришла ко мне Надя, взяла ключ от сарая и сказала, что Арвид хочет поставить туда чемодан с ненужными пока вещами. Как поставили, так и стоит он на том же месте.
Вы знаете, что это чемодан Путны? обратился Пешехонов к Фалину.
Нет... Как-то не обратил на него внимания.
Хорошо. Давайте посмотрим, что в нем хранится. Пешехонов подошел к сундуку. Открывайте. Он, кажется, не на замке.
Фалин откинул застежки и открыл крышку чемодана. Он был почти пустой, если не считать двух пар мужских и женских ботинок с коньками, тюбика лыжной мази, спиннинговой катушки, мужского старого шерстяного свитера и пары кожаных перчаток.
Не густо, тихо произнес Пешехонов, закрывая крышку чемодана.
Как вы думаете, была необходимость выносить сюда этот чемодан?
По-моему, выносить его было ни к чему, чуть помедлив, тихо ответил Фалин. У них очень просторная двухкомнатная квартира. Мебели очень мало. К тому же есть две, почти пустые, кладовки.
Хорошо. Это нужно будет учесть в дальнейшем.
Они вернулись к стоящей в отдалении Вере Петровне, и Пешехонов, обращаясь к ней, спросил:
Часто Надя Громова или ее муж заходили сюда?
Нет. Очень редко. Вот в этом году брали ключи, когда ставили сюда чемодан, и еще в тот вечер.
Ключ тогда вы ей давали?
Нет, меня не было дома и муж был на работе. Дома были только дети. Надя торопилась очень и просила скорее найти ключ от сарая. Ни ее, ни Арвида я ни в тот день, ни накануне не видела.
После того как следователь Фалин закрыл дверь сарая и отдал вам ключ, сюда кто-нибудь заходил?
Нет. Никто не заходил, да, наверное, и заходить-то сюда никто больше не будет.
Еще один вопрос: Громова повесилась на вашей веревке?
Услышав это, Вера Петровна вздрогнула и посмотрела испуганно на Пешехонова.
Вы не волнуйтесь, успокоил он ее и попросил Фалина показать веревку, что тот и сделал.
Вы узнаете? Эта ваша веревка?
Вера Петровна, лишь мельком взглянув на нее, отвела глаза и, зябко передернув плечами, ответила:
Да! Это наша веревка.
Вы можете объяснить, почему на ней оказались вот эти пятна? Вы видели эти пятна раньше?
Вера Петровна опять нехотя посмотрела на веревку, но, заметив на ней следы коричневой и зеленой краски, стала рассматривать ее более внимательно. Затем, недоуменно пожав плечами, ответила:
Я не знаю: веревку мы купили в магазине, и она была совершенно новая, чистая. Мы ею не пользовались. Муж повесил ее в сарай примерно за неделю до смерти Нади. Один раз я вешала на ней сушить белье. Веревка была чистая, а не такая, как сейчас.
Хорошо, Вера Петровна. А теперь скажите, кому принадлежат эти ящики?
Это наши ящики: муж купил их на складе под картошку.
Очень хорошо. А вы не помните, так ли лежали эти ящики, когда муж принес их в сарай?
Немного подумав, Вера Петровна ответила:
Нет. Не так.
А как же?
Вдоль стены по два: один на другом.
Это вы точно помните?
Конечно, точно: я же сама их так поставила.
Когда это было?
Не помню, кажется, в марте этого года.
И так они стояли все время?
Да!
А кто же их разбросал?
Не знаю. После того случая здесь было много народу. Тогда вот и товарищ следователь сидел на одном из ящиков и что-то записывал, она кивнула в сторону Фалина.
Спасибо, Вера Петровна. Вы можете идти домой. А вы, товарищ Фалин, позже оформите ее показания
протоколом.
Когда женщина вышла, Пешехонов, обращаясь к стоявшему у входа в сарай шоферу, попросил:
Сережа! Возьми, пожалуйста, один ящик и принеси его к лестнице.
Вот спасибо, усаживаясь на ящик, устало произнес Пешехонов.
Некоторое время он смотрел на лестницу, переводя взгляд со ступеньки на ступеньку, а потом обратился к Фалину:
Вы не будете возражать, если я скажу, что веревка выпачкана той же краской, которой выкрашена вон та ступенька? он показал на седьмую ступеньку.
Стоявший у лестницы Фалин опять потрогал ее рукой, а потом вяло ответил:
Похоже, что такой же.
А почему вот следы краски на ней идут почти на полтора метра? Затрудняетесь ответить. Тогда давайте от слов перейдем к делу, а Сережа нам поможет. Не откажетесь?