Всего за 399 руб. Купить полную версию
Колоритный момент, обрадовался редактор. Продолжай!
Но я больше ничего не знаю. Если только вот что: каждый день он останавливается посреди пустоши, озирается по сторонам нет ли кого вокруг? и, если никого не увидит, снимает воротничок.
Тут редактор перебил Освальда (что, вообще-то, невежливо) вопросом:
А ты, часом, не сочиняешь?
Простите, не понял, откликнулся Освальд.
Я имею в виду, не выдумываешь?
Освальд, оскорблённо выпрямив спину, заверил, что он не лжец.
Редактор лишь рассмеялся и высказался в том плане, что сочинять и лгать не одно и то же, он просто подумал, не слишком ли разыгралось у Освальда воображение. Освальд счёл это достаточным извинением и продолжил:
Однажды мы притаились среди кустов дрока и увидели, как он это делает. Один воротничок снял, другой, чистый, надел, а старый закинул в кусты. Мы потом подобрали воротничок, и он оказался совсем паршивым. Бумажным.
Ну спасибо тебе, похоже, остался доволен редактор. Он встал и засунул руку в карман. Информация на пять шиллингов, и вот они тебе. Хотите, прежде чем соберётесь домой, пройтись по типографии?
Я убрал в свой карман пять шиллингов, поблагодарил его и ответил насчёт типографии, что, конечно, хотим.
Он позвал другого джентльмена и что-то тихонько сказал ему. Потом опять попрощался с нами. Тут Ноэль, который за всё это время не произнёс ни слова, вдруг говорит:
Я сочинил стихи про вас. Они называются «Строчки про благородного редактора». Хотите, я запишу их вам?
Редактор протянул ему синий карандаш. Ноэль уселся за редакторский стол и написал приблизительно вот что, если это были, конечно, те самые строки, которые он потом мне прочёл, как запомнил:
Спасибо! поблагодарил редактор. Меня никто ещё не увековечивал в стихах. Можешь не сомневаться, я буду бережно их хранить.
Другой джентльмен бросил что-то про покровителя молодых дарований, и мы, как минимум с одним фунтом и семью шиллингами в карманах, пошли осматривать типографию. В общем, охота выдалась действительно доброй.
В «Дейли рекордер» стихи Ноэля действительно не появились. И вообще нигде долго не появлялись. Только спустя изрядное время мы увидали в книжном киоске на станции другую газету и там прочитали историю, которую, полагаю, написал тот самый добрый сонный редактор.
Вышло, по-моему, скучновато. Много всего говорилось и о поэте, и обо мне, и о том нашем чаепитии. Только мы у него получились совсем не взаправдашними. Все стихи Ноэля он и впрямь включил в свою историю, но, сдаётся мне, просто для смеха.
Ноэль, правда, со мной не согласен. Он рад, что опубликовался, ну и пускай себе. Стихи-то его, а не мои, чему я, честно сказать, очень рад.
Глава 6
Принцесса Ноэля
Мы натолкнулись на неё совершенно случайно. Тогда мы даже не думали искать принцессу. Ноэль ведь заявил, что сам найдёт её и женится сам, без нашей помощи. Так примерно и вышло. Очень странный, по-моему, факт. Обычно ведь, когда кто-то что-то предрекает насчёт своего будущего, именно это предсказание и не сбывается. У древних пророков было, конечно, по-другому, но я сейчас не про них.
Сие знаменательное событие, вероятно, могло бы принести нам сокровище, но принесло лишь двенадцать шоколадных драже. Зато, как ни крути, это было настоящее приключение.
Гринвич-парк замечательно подходит для игр. Особенно в тех частях, которые дальше всего от Гринвича. А самые из них лучшие возле пустоши Блэкхит. Я часто мечтаю, чтобы парк вдруг взял и переместился поближе к нашему дому. Но сколько ни мечтай, из этого всё равно ничего не выйдет, парк с места не сдвинешь.
Иногда мы просим Элизу собрать нам обед в корзину и, прихватив его, отправляемся в парк. Элиза обычно не против, потому что с холодной едой для корзины куда меньше возни, чем с обычным обедом. Иногда она даже сама говорит: «Я вам вот тут кой-чего напекла. Коли желание есть, забирайте и дуйте в свой этот Гринвич. Денёк-то прелесть какой погожий».
Она только просит нас мыть чашки под фонтанчиком для питья. Девочки так и делают, а я подсунусь поближе к струйке воды, попью, и все дела. Как будто ты отважный охотник, утоляющий жгучую жажду живительной влагой из горного ручейка, где, уж будьте уверены, вода кристально чистая. Дикки и Г. О. тоже пьют из фонтанчика. А Ноэль всегда тянет воду из чашки, величая её золотым кубком, который сделали зачарованные гномы.
С принцессой мы столкнулись в один из октябрьских дней, очень ясный и жаркий. Нас тогда порядком утомила дорога до парка, куда мы попадаем через небольшую калитку на вершине холма Крумс-Хилл. Такую, знаете, маленькую, почти незаметную калиточку, за которой в разных историях обычно всё и случается.
И если путь выдался ужасно пыльным, то в парке мы почувствовали себя преотлично и перво-наперво решили слегка отдохнуть. Раскинулись навзничь на траве, потому что так удобнее всего разглядывать верхушки деревьев, которые навевают мечты об игре в обезьян. Стоящая игра. Вот только смотритель парка, если вас засечёт за ней, начинает скандалить.
Когда мы немного передохнули, Элис сказала:
Путь в зачарованный лес был долог. Но теперь мы на месте, и здесь так чудно. Интересно, что нам предстоит?
Нам предстоят олени, ответил Дикки. Только их ещё попробуй найди. Обычно они попадаются в другой части парка, потому что там их угощают булочками.
Слово «булочки» моментально нас навело на мысль об обеде, и мы его съели, после чего принялись копать ямку под деревом, чтобы зарыть в неё промасленные обёртки. Ведь всякий знает: противные эти, просаленные бумажки, если оставить их просто валяться на земле, очень портят красоту мест.
Так объяснила нам с Дорой мама в нашем далёком детстве, и я это на всю жизнь запомнил. Считаю, другим родителям тоже неплохо бы довести до своих детей столь полезные сведения. И пусть, кроме сальных бумажек, не забудут упомянуть апельсиновые корки.
Когда мы доели всё, что у нас имелось, Элис прошептала:
Я вижу среди деревьев белого колдовского медведя. Давайте пойдём по его следам, выследим до берлоги и там сразим.
Чур, я буду медведем! вызвался Ноэль и тут же крадучись скрылся.
Петляя между деревьями, мы приступили к охоте. Порой колдовской медведь был нам хорошо виден и мы уверенно шли по следу, но иногда он напрочь исчезал, и тогда мы брели наугад, гадая, откуда он может вдруг на нас выскочить.
Когда мы его выследим, разразится великая битва, объявил Освальд. И я буду в ней графом Фолко Монфоконским[17].
А я буду Габриэлой, вызвалась Дора, единственная из нас, кому нравятся женские роли.
Тогда я Синтрамом, сказала Элис. Что до Г. О., он может стать Маленьким Мастером.
А ты, Дикки, кем хочешь быть? поинтересовался Освальд.
О, мне вполне подойдёт Пилигрим с костями.
Эй, прошептала Элис. Видите его белую колдовскую шерсть? Она прямо сияет сквозь вон те ветви.
Я тоже увидел промельк белого, точнее, воротничок Ноэля, который встопорщился у него на затылке.
И мы преследовали медведя, петляя между деревьями, пока он окончательно не исчез куда-то, а мы не натолкнулись на стену, причём в том месте, где, уж поверьте, раньше никакой стены не было. Ноэль нигде не просматривался, зато в стене мы увидели дверь и она оказалась открыта! Ну, мы в неё и вошли.
Медведь затаился в бескрайности этих гор, сказал Освальд. Обнажу-ка свой добрый меч и пущусь на поиски.
И я «обнажил» тот самый зонтик, который Дора всегда захватывает с собой на случай дождя. Ведь Ноэль, если промокнет, потом на неделю себе заработает кашель и насморк.
Словом, мы вошли в дверь и двинулись дальше. За стеной оказалась конюшня и вымощенный булыжником двор. Вокруг, кроме нас, никого не наблюдалось, однако в конюшне, судя по звукам, кто-то чистил лошадь и насвистывал. Едва мы как можно тише прокрались мимо, Элис шепнула: