Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Тридцать семь копеек, отвечала Арина.
Ну, вот видишь. Надо порассчитать да и порассчитать. Здесь в Питере хлеб-то две с половиной копейки. Не найдем работы сегодня, так нужно, чтобы и на ужин и на ночлег хватило. Ох, Мать Пресвятая Богородица, как трудно в Питере! Ежели, к примеру, на обед мы возьмем себе по два фунта хлеба то вот уж два пятака вон начала рассчитывать Акулина. А у нас у обеих сорок три копейки Ежели теперича гривенник вычесть на обед, да потом на ужин
Арина молчала.
Свернули в большую улицу, и показался желтый забор, виднелись распахнутые ворота.
Вот он, желтый-то забор, Акулинушка, вот тот огород, о котором нам сказывали, заговорила Арина.
Да, да, да отвечала Акулина. Надо сворачивать в ворота.
Они вошли на огород. На огороде было топко. Очевидно, тут зимой была свалка снега. И посейчас еще кой-где виднелись темные труды навозной земли, и в ней белелись комья снега. К разделке огорода еще и не приступали. Из прошлогодних гряд торчали черные капустные кочерыжки. Впрочем, вдали виднелись парники, около них сложенные груды соломистого навоза, и бродили два мужика и несколько баб. Один мужик был в полосатой фуфайке, другой в синем суконном кафтане нараспашку и полы кафтана держал перекинутыми через левую руку. Ярким пятном краснела кумачовая рубаха, выпущенная из-под жилетки. Мужик в кафтане, завидя Акулину и Арину, тотчас же приложил к козырьку правую ладонь зонтиком и стал смотреть на них.
Вам кого?! крикнул он наконец.
Кокоркина, Ивана Семеныча, милостивец, сказала Акулина. Нас к нему послали.
Я Кокоркин. Вы наниматься, что ли?
Наниматься, наниматься, голубчик. Приехали вот из деревни
Рано приехали на огородную работу. На огородную работу надо после Пасхи приезжать. Вы из каких мест будете?
Боровичские.
Кокоркин помолчал, покрутил головой и сказал:
Из Боровичского уезда баба неважней. Я только гдовских баб к себе беру.
Возьми и нас, голубчик. Стараться будем, поклонилась Акулина.
Возьми!.. Своих гдовских у меня после Пасхи ступа непротолченная понаедет. Боровичскую бабу я вообще не люблю.
Заслужим, кормилец.
Работы на огороде теперь самая малость. Как тут брать-то? Я и гдовским отказывал. Положим, у меня теперь бабы только из харчей работают, которые ежели
Хозяин замолчал. Молчали и Акулина с Ариной.
У Ардальона Сергеева вон по пятиалтынному работают, сказала наконец Акулина.
А нешто уж были там? спросил Кокоркин.
Проработали день у него, да начал вот он к девушке приставать, так мы и ушли. Хозяин-то есть Вот к ней
Акулина кивнула на Арину.
На это его взять. Он таковский. Он молодую девку не пропустит. От него редкая девка или баба увернется. Ну а вот я с женой живу. У меня своя законница на каменном фундаменте из деревни привезена. Она и хозяйство водит. У меня огород большой. Летом бабья артель до пятидесяти штук доходит.
К тебе-то нас и послали. Положи на первых порах по двугривенному и оставь нас при себе, кланялась Акулина.
Как? По двугривенному?! воскликнул Кокоркин. Да ты хлебала ли щи-то сегодня? По двугривенному
По пятиалтынному мы, истинный Христос, у Ардальона Сергеева нанявшись были.
Ардальон Сергеев мне не указ. У него свои порядки, у меня свои. Вообще я с гдовской бабой дела делаю, ну а ежели хотите оставаться, то оставайтесь до Фомина воскресенья из харчей, а с Фомина воскресенья, которая ежели будет старательная да работящая, я по шести рублей в месяц положу. У меня работа до Покрова. Даже и после Покрова все еще капусту прибираем. Вон у меня подвалы-то понастроены И посейчас еще в них прошлогодняя капуста висит. Так вот До Фомина воскресенья из харчей, а там ряда будет. Ну, по субботам на баню давать буду. К Пасхе двугривенничком порадую. Хотите, что ли, из харчей-то? Тогда оставайтесь.
Да как же это так только из харчей, милостивец? недоумевала Акулина.
Очень просто. Работы теперь мало. Гряды начнем копать только с Фомина понедельника, а теперь работа только около парников, отвечал Кокоркин.
Положь по пятиалтынному, благодетель.
Нельзя, тетка. По пятиалтынному я теперь только своим гдовским даю, говорю прямо, а постороннюю бабу я принимаю покуда из харчей, чтобы приглядеться к ней, какова она в работе, и потом выбрать. Которую ежели отберу, то у меня с Фомина воскресенья шесть рублей ей в месяц, как по писаному. На Троицын день платком дарю. А поденной бабы у меня летом нет. Разве в засуху когда для поливки принанимаю. Ну что ж, думайте.
Акулина переглянулась с Ариной и сказала:
Не расчет из одних харчей оставаться.
Ну, как знаете. Скатертью дорога от нашего огорода. Главная статья, что мне баба-то не особенно нужна.
Кокоркин кивнул в знак прощанья. Акулина и Арина стали уходить с огорода. Минуту погодя Кокоркин крикнул им вслед:
Хлеба-то ведь теперь по огородам наищетесь!
В другую какую-нибудь работу пойдем, отвечала Акулина, обернувшись.
И другой бабьей работы повсюду умаление. Вот после Пасхи другой разговор.
Акулина и Арина направлялись к воротам. Кокоркин еще раз крикнул им вслед:
Слонов-то по Питеру поводите, да как брюхо с голодухи подводить начнет, то приходите ко мне! Из харчей я приму. Все-таки харчи и квартира. А там после Пасхи и жалованье. Слышите?
Слышим, слышим, голубчик. Спасибо тебе, проговорила Акулина, на этот раз уже не оборачиваясь.
Арина и Акулина вышли на улицу, посмотрели друг другу в глаза и остановились в раздумье.
XV
Ой, девушка, как плохо насчет заработков-то! печально сказала Акулина Арине. Чем дальше, тем хуже. Еще у Ардальона-то Сергеева был, стало быть, рай.
Арина хоть и видела неудачу, но бодрилась.
Надо, Акулинушка, к Никольскому рынку идти. Все говорили, что к Никольскому рынку. Ведь новоладожские-то бабы знают. Они бывалые, отвечала она. Надо поспрошать, где этот Никольский рынок, да и идти туда.
А вдруг как и на Никольском рынке ничего? Что тогда?
Ну вот В Питере работы много. Да, может быть, по дороге и еще огород попадется, так там наймут. Вон на углу солдат стоит. Пойдем и спросим его нет ли тут еще огорода?
На углу улицы стоял городовой. Акулина и Арина подошли к нему.
Миленький! Землячок! Не укажешь ли нам огород, где женского полу в работу требуется? начала Акулина.
Вам в полольщицы, что ли? спросил городовой.
Да, в полольщицы. Да и вообще на всякую работу. Деревенские мы. Работы ищем.
Городовой стал указывать на те огороды, на которых женщины уже побывали.
Были мы туточка, землячок, были, да все неладно. Нет ли еще где огородов? задала вопрос Акулина.
Как не быть. Есть. Надо будет вам только на большую дорогу, на шоссе выйти и дальше идти. Там ягодные огороды пойдут.
А к Никольскому рынку от тех огородов далеко?
Никольский рынок совсем в другой стороне. Никольский рынок в городе, а ежели вы на ягодные огороды пойдете, то выйдете за город.
За город?
Да, за город.
А куда лучше-то идти для найма: на Никольский рынок или на ягодные огороды?
Никольский рынок будет отсюда далече, а ягодные огороды версты две пройдете, так тут они и будут. Толкнитесь прежде на ягодные огороды.
Городовой указал путь. Акулина и Арина отправились к ягодным огородам, то и дело спрашивая у встречных прохожих, где тут ягодные огороды. Пришлось идти с полчаса. Наконец они пришли к одному ягодному огороду. Огород был обнесен крашеной решеткой. Сквозь решетку виднелись гряды с начинавшей уже зеленеть клубникой, но на огороде никого не было. Даже шалаш, стоявший у запертых ворот огорода, был заколочен досками.
Поди ж ты, какая незадача! Не работают еще на ягодном-то огороде, покачала головой Акулина. Да и мы-то, дуры, перед Пасхой сунулись на клубничный огород. Ну какие теперь ягоды!
Я говорила, Акулинушка, что надо было к этому самому Никольскому рынку идти, отвечала Арина. Пойдем назад. Спросим у кого-нибудь, как к Никольскому рынку пройти.