Всего за 239.9 руб. Купить полную версию
Удачное посредничество представителя Московской компании Д. Горсея и существенная военная помощь, полученная из Англии в 1580 году, также вдохновили Грозного на вторую попытку сватовства, но в дело вмешался уже взрослый сын Иван, воспринявший отцовские проекты крайне отрицательно. Царь, получив серьезные осложнения в семье, решил не перегибать палку, а «тайное» сватовство спустить на тормозах. Чтобы продемонстрировать свою незаинтересованность в заграничных невестах, Грозный задумал ещё раз жениться дома.
Нежданное сватовство произошло в конце лета 1580 года, по утверждениям современников, по инициативе дяди Марии Афанасия Фёдоровича Нагого, бывшего опричника и доверенного лица Грозного, посвященного в матримониальные и политические планы царя. Афанасий Нагой принимал участие во множестве посольств, был опытным царедворцем и понимал толк во дворцовых интригах. И в тот момент, когда царю нужно было срочно вести под венец какую-нибудь русскую невесту, чтобы успокоить своё окружение, заподозрившее его в тайном намерении жениться на иностранке, как по волшебству, появляется провинциальная красавица Мария, о существовании которой до того момента царский двор и слыхом не слыхивал. Девушка была миниатюрной ростом всего 156 сантиметров, с продолговатым лицом, большим носом почти без переносицы, очень узкоплечая, темноглазая и темноволосая, смуглокожая именно такие «карманные женщины» и нравились Грозному. Царь невесту горячо одобрил, и дело мгновенно сладилось.
Горько
Ох вы горы, горы крутыя!
Ох вы, головы златыя православных церквей!
Ох, косящаты окошки царских теремов!
Как во тереме живет православный царь,
Православный царь Иван Васильевич:
Он грозен, батюшка, и милостив,
Он за правду милует, за неправду вешает.
Смерть Ивана Грозного, народная песня из собрания П.В.Киреевского13
Свадьба Ивана Грозного и Марии Нагой состоялась в Александровской слободе 6 сентября 1581 года14. Венчал их в Троицком соборе протопоп Никита, бывший опричник, назначенный в церковный сан царём и «освящавший» уже не первый незаконный государев брак. Так «обыденно» началась история самого знаменитого брака царя Ивана Грозного.
Домовая церковь Троицы царя Ивана, стоявшая недалеко от крепостной стены, была местом очень мрачным, если не сказать странным для своего времени. Как и вся Александровская слобода, маленький собор был самой настоящей квинтэсенцией взаимоисключающих, казалось бы, идей: беспокойного и разрушительного духа опричнины для установления абсолютной власти монарха и философии безмолвного затворничества исихаста для достижения личного общения с Богом ещё на этом свете.
Интерьер церкви был сделан по указанию и даже по собственноручным рисункам Грозного, очень увлекавшегося новой западной философией, с которой его познакомил Сергий Радонежский. Её внешнее и внутреннее убранство и особенно роспись стен должно было оказывать на современников неизгладимое впечатление: доминирующими цветами фресок были черный, различные оттенки красного и немного серебра и золота. Порталы небольшого помещения затворялись изнутри двойными тяжелыми дверями, которые закладывались снаружи (!) огромными, размером с бревно, засовами, изолируя молящегося царя от внешнего мира.
Праотеческие ряды на шатре Троицкой церкви, выполненные по эскизу Ивана Грозного. Фото автора
Свет проникал только из световых барабанов под куполом и в основании шатра, освещая подкупольный лик Вседержителя «ярое око» и сурово взиравшие вниз с граней шатра ряды великих «праотцов» Грозного, начиная с Адама и Евы и заканчивая святыми Борисом и Глебом. Маленькое оконце над центральным порталом узким лучом освещало мрачную черно-красную фигуру Христа в алтаре, но и оно могло быть затворено, и тогда церковное внутреннее пространство становилось имитацией почти полного мрака «печеры» тайного подземного храма первых христианских общин. Снаружи церковь также выглядела необычно для русского глаза, но привлекательно: «Камни ее расписаны разными красками так, что один черный, другой белый и посеребренный, третий желтый и позолоченный; на каждом нарисован крест. Все это представляет красивый вид для проезжающих дорожных людей». Венчал храм черный купол на черном шатре15.
Вообще, сохранившиеся постройки Александровой слободы говорят о том, что их оформление подчинялось единому художественному замыслу: фундаменты были окрашены в черный цвет, что совершенно необычно для Замосковья, порталы были оформлены в той же мрачноватой цветовой гамме с доминированием черного, но включали красные, белые (посеребрёные?) и зелёные вкрапления. Специфический вкус средневекового «дизайна» царской резиденции Василия III позже развитого Иваном IV Грозным мог иметь своим первоначальным источником итальянские образцы соборов Генуи, очень тяготевших к черно-белой гамме, особенно в оформлении внутренних интерьеров и порталов. Даже 400 лет спустя, сильно поврежденная перестройками, Покровская (тогда Троицкая) церковь вызывает у зрителей удивление и растерянность, в своем же первоначальном виде она, несомненно, оставляла неизгладимое, но давящее и страшное, по сути, впечатление.
Впрочем, обряд проходил вполне достойно, и зрители остались довольны, хотя первые бракосочетания в неискусном исполнении «священника» -дилетанта вызывали критику «окрутил вокруг ракитина куста». «Молодожён» Грозный с женой долго не задержался и вскоре покинул Александрову Слободу, оставив её на попечение семьи.
Троицкий собор в Александровской слободе. Фото автора
Начало казалось обнадёживающим, и Фёдор Фёдорович Нагой, чувствуя поддержку брата Афанасия, попытался занять собственную активную позицию в семейной жизни царственного зятя, но ему не хватало такта и осторожности, а отчасти и обычного здравого смысла. Самонадеянность и недомыслие подтолкнули «Федца» вскоре после замужества дочери «поучаствовать» в последствиях ссоры царя с царевичем Иваном, когда царь бросился избивать сына, а Борис Годунов заступился за царевича. Годунов сразу же поплатился за такую неслыханную дерзость и был зверски избит Грозным. После этого инцидента Борис исчез из виду и не показывался во дворце. Активно вмешивавшийся во все дворцовые интриги царский тесть решил наговорить на него, якобы тот притворяется больным и поэтому не является ко двору. Царь, самолично избивший Годунова посохом, не поверил Нагому и неожиданно нанес визит болящему. Тот продемонстрировал царю свои раны и заволоки16, сделанные ему лекарем. По возвращении Иван приказал сделать заволоки на руках и груди самому Нагому царь Иван имел специфическую особенность нрава: он методично наказывал всех тех, кто его пытался предать или обмануть. Наказание могло быть отложено на время, но «урок» давался «по чину» и не без черного юмора. Фёдор Фёдорович не был казнён, но эти родственные «недоразумения» не могли не сказаться на отношениях супругов.
Проблемы внутри «семьи» продолжали накапливаться: молодая супруга сочла себя полновластной хозяйкой и стала резко конфликтовать с жёнами царевичей Ивана и Фёдора. Со свойственным юности максимализмом, она требовала к себе уважения и особых прав как старшая формально она приходилась царевичам мачехой и восстановила против себя всю женскую, а потом и мужскую «половины» царской семьи. Видимо, она стремилась выжать из ситуации все возможные дивиденды, но не обладала необходимыми навыками политической и психологической борьбы. Вскоре все «старожилы» царского двора её, мягко говоря, сильно недолюбливали, и это касалось не только жён царевичей, но даже жена Бориса Годунова Мария Григорьевна Скуратова-Бельская совершенно искренне Нагую ненавидела.