Рогожина Аля - Деморежим стр 4.

К этому прилагается жестокая паранойя: Матвей убеждён, что из каждого угла за честными гражданами непрерывно ведётся тотальная слежка. А каждый наш чих контролируют некие таинственные спецслужбы.

 Я специально отложил завершающие итерации, чтобы провести проникновение с нейтральной территории.  Он пару раз хлопнул глазами, на полном серьёзе именуя районную библиотеку нейтральной территорией, и прибавил:  У тебя ведь семья.

 Спасибо, друг,  прочувствованно сказал я, впрочем, и вправду слегка тронутый,  я ценю. А как ты думаешь Не может ли быть такого, что всё это не настолько уж серьёзно, а?

Матвей покачал головой с видом тайного агента, убеждённого в провале:

 Эти люди, в чью систему я проник По-моему, они из спецслужб.

Да кто б сомневался.

 Но ты же не ставил им там лайков со своего аккаунта, ведь нет?

Попытка подбодрить этого человека явно провалилась: ответом мне стал взгляд, исполненный жалости.

 Лекс, современные технологии позволяют в считаные секунды отследить местопребывание любого. Любого жителя планеты. Даже если он не ставит лайков, даже если у него нет зарегистрированных аккаунтов ни на одном сервисе, даже если он вообще не пользуется Интернетом.

 Ну, хорошо, хорошо: теперь мы в смертельной опасности. Но, по крайней мере, дело-то того стоило! Ты ведь сам сказал.

 Стоило,  подтвердил Матвей, возвращаясь к телепатическому общению с компом. В этом коротком слове послышалось благоговение.

И тут мне наконец стало интересно самому посмотреть, что же у него там. Я вытянул шею, заглянул в монитор и узрел

По правде сказать, ничего особенного я не узрел. Уж точно ничего такого, что объясняло бы священный трепет, с которым Матвей таращился в экран. В последний раз я видел друга таким в магазине электроники, перед здоровущим толстенным «Эйсером» в пуленепробиваемом и водонепроницаемом корпусе из титана. Ноут весил килограммов десять и стоил как пожизненный запас маминых ягод годжи.

Все экранное пространство было занято разноцветными строчками русско-нерусских букв, цифр и каких-то кракозябр на тёмно-сером фоне.

 Ух ты-ы-ы  протянул я с подобающим случаю выражением.

 Да-а-а  вторил мне Матвей.  Это определённо был бэкдор, и я определённо через него прошёл, и определённо нахожусь в системе В некой, будем говорить так, системе. Только я никак не могу понять, что здесь подразумевается под заклинанием.

 Заклинанием?..

 Ну да. Вот тут, видишь?  Он легонько коснулся экрана резинкой на попке карандаша, и я, к своему изумлению, действительно увидел.

 Яснее ясного же,  пожал плечами я,  под этим подразумевается код доступа. А твои спецслужбы, по ходу, на «Варкрафте» залипают или чём-то таком.

Ответом мне был ещё один жалостливый взгляд. Это начинало слегка раздражать.

 Ты возьми да и проверь,  предложил я.  Появится какой-нибудь доступ значит, это точно был код доступа.

 Не могу,  подавленно признался Матвей.

 Мощности не хватает?

 Да нет Мощности, думаю, много не нужно. Но я не понимаю, как.

 Что «как»?

 Как проверить.  Матвей повернулся ко мне с невозможно опечаленным видом (Вельзевул у него на загривке оскалился, зашипел и чихнул).

Я покачал головой ну да, заклинивает парня периодически, нелицензионная копия,  и принялся растолковывать, как маленькому:

 Берёшь код доступа. Вводишь. Жмёшь «Enter». Ура, победа!

 Его здесь некуда вводить.  Удрученный Матвей вновь уставился на экран:  Просто совершенно некуда: нет поля ввода. А потом Он очень странный. Пароли такими не бывают это противоестественно.

Я тяжко вздохнул: было бы любопытно как-нибудь ознакомиться с представлениями этого человека о естественном.

 Покажи-ка.

 Я ведь уже показываю.

 Покажи. Мне. Этот. Пароль. Пожалуйста.

Матвей поджал губы, исполнил на клавишах быстрый короткий этюд и болезненно ойкнул: Вельзевул съехал по его груди на колени и оттуда задумчиво уставился на клавиатуру.

На экране что-то неуловимо поменялось: часть кракозябр исчезла, а строчки слегка выровнялись. Теперь я и без указки смог вычленить и даже произнести

 СПЕЛЫЙ ПЫЛЕСОС УПРАВЛЯЕТ ПАРАБОЛОЙ ЗАЙЧИКА МИМО,  медленно и раздельно произнёс я вслух.

Затем взглянул на этого человека. Повторил пароль ещё раз старательно смакуя каждый слог.

Делюсь житейской мудростью на всякий пожарный: а) на Матвея нельзя повышать голос и б) над Матвеем нельзя смеяться. Ни за что. Ни при каких обстоятельствах. Даже не по морально-этическим соображениям просто никогда не смейтесь над Матвеем. И не кричите на него.

 Знаешь, ты был абсолютно прав,  с твёрдокаменным лицом произнёс я без тени улыбки.  Этот пароль вопиюще противоестественен.

Матвей жалобно поглядел на меня. Подался к монитору и вперился в него так, словно хотел прожечь плазму взглядом. Пробормотал напечатанное там вслух. А потом и ещё разок, погромче: мало ли заучки у окна не в курсе, чем у нас тут управляют спелые пылесосы.

А потом одновременно произошли сразу несколько вещей.

Вельзевул подпрыгнул в воздух со всех четырёх лап и в своей обычной манере атаковал воображаемого агрессора в данный момент клавиатуру.

Матвей ахнул и сгрёб чёлку в кулак.

Рыженькая громко захлопнула свою «Биомеханику человека», и у одного из заучек свалились очки.

Со стороны входа в читалку раздался протяжный стон, слегка приглушённый стеллажами, но всё-таки достаточно громкий и леденящий. Не знаю, у кого как, а мои загривочные волосы встали дыбом.

 Что это?..

 Не знаю, не знаю, не заметил, что он нажал,  да что же ты делаешь, они же меня засекут АЙ!

Очевидно, Матвею, который пытался изгнать топчущегося по клавиатуре демона, уже был нанесён какой-то урон, но мне было недосуг разбираться.

 Не в компе, Матвей! Ты что, не слышал?

Стенание послышалось снова. На этот раз определённо чуть ближе.

Девчонка, похожая на рыжеволосую Элли, вскочила со стула, и мы с ней вытаращились друг на друга. Дрейнер, поколебавшись, торопливо запихал библиотечную книжку себе в сумку. Ботаны решили прикинуться горшечными растениями.

 Лекс!  От громкого хриплого шёпота я едва не подпрыгнул на месте.  Спецслужбы! Они меня засекли!

 Так это они там стонут?  уточнила рыженькая, выбираясь в проход меж парт.

 ЛЕКС!!!

В голосе этого человека было столько отчаяния, что я дёрнулся заглянуть одним глазом в монитор, одновременно пытаясь одним ухом прислушиваться к тому, что происходит у входа.

Полотно кракозябр исчезло. Экран был чёрен и пуст, лишь в самом низу виднелись две строчки текста с мигающим курсором вместо точки: «Несанкционированное проникновение. Геолокационные координаты источника уточняются. Ждите». Рядом с монитором в позе египетской статуэтки восседал довольный Вельзевул.

 О-о-о

 Народ, там, кажись, чё-то нездоровое происходит.  Дрейнер перелез через свою парту и мотнул головой в сторону входа:  Давайте линять.

 Куда линять?  Рыженькая смерила его взглядом.  Выход один. И он там же, где

 Лекс, они только что просчитали наши координаты меньше чем за минуту, ты понимаешь, что это за люди?!!

 МРРРРАУ!!!

Сорвавшись с места, Вельзевул гигантскими нелепыми прыжками проскакал по партам к ближайшему окну, с разгона впился когтями в старую деревянную раму и повис на ней.

В дверях читального зала, в котором уже безо всяких сомнений начало происходить «чё-то нездоровое», наконец-то показалась фигура библиотекарши.

Только это была не вполне библиотекарша.

Глава 3

 Смотрите!

Призыв рыженькой был излишним те, кто не Матвей, и так уставились на фигуру в дверях во все глаза, потому что:

 О-О-О-а-а-ахХХХ

 ЛЕКС, ОНИ ПИШУТ, ЧТО УЖЕ ВЫЕХАЛИ

Я почувствовал, как мои глаза вылезают на лоб. В ужасе я вытаращился сперва на существо в дверях, затем на экран Матвея, затем обратно на библиотекаршу.