Всего за 169.9 руб. Купить полную версию
Родни поднял сигнал к бою в 6.38 утра, но почти сразу же спустил его, а Худ, оторвавшись далеко вперед, не стал стрелять без приказа. Таким образом, эти два корабля присоединились к основным силам целыми и невредимыми.
В 8.30 французы подняли свои флаги, а вскоре после этого пятнадцать французских кораблей, успевших выйти в пролив (включая два упомянутых выше корабля), выйдя из штилевой зоны, оторвались от кораблей тыла, но затем развернулись и построились в линию на юг, напротив Худа, тем самым прикрывая отход транспортов. Тыловая часть французского флота, прикрытая от ветра берегом Доминики, не могла поддерживать необходимую скорость и несколько отстала.
Утро 9 апреля 1782 года. А авангард Худа, оторвавшийся от основного флота; В часть французского флота под берегом Доминики; С французские корабли, пересекающие пролив между островами; D два французских корабля, пересекающие курс британского авангарда
Центр и арьергард британского флота невольно замедлили движение, так как тоже оказались в почти штилевой зоне, прикрытые от восточного ветра высоким берегом Доминики.
Теперь де Грасс понял, что ему не избежать боя, если конвой останется с флотом военных кораблей. Поэтому он приказал двум 50-пушечным кораблям, «Experiment» и «Sagittaire», сопровождать транспорты в Гваделупу, куда они благополучно прибыли в тот же день. Далее де Грасс решил, что флот должен плыть через пролив между Доминикой и Гваделупой, в котором находится группа небольших островов, называемых островами Всех Святых. Этим курсом он надеялся не только увести противника от конвоя, но и оторваться от преследования за счет своего превосходства в скорости и, таким образом, выполнить свою миссию, сохранив конвой и военные корабли целыми и невредимыми. Французские корабли, более крупные и с лучшими обводами, чем их противники, были, естественно, лучшими «ходоками», и можно сделать вывод, что даже покрытие подводных частей корпусов медью недостаточно обеспечило быстроходность британских кораблей.
Однако в тот самый момент, когда он начал выполнять свой план, непреодолимое искушение напало на де Грасса, когда он увидел оторвавшийся от основного флота авангард Худа. Французский адмирал приказал своим пятнадцати головным кораблям атаковать британский авангард. Эта операция была поручена маркизу де Водрейлю, младшему флагману французского флота. Корабли, участвовавшие в ней, повернули с наветренной стороны и атаковали тыловые корабли Худа, а затем, пройдя вперед, последовательно повернули и снова построились в тылу, откуда они повторили тот же самый маневр. Таким образом, процессия из пятнадцати кораблей продолжала проходить мимо восьми, описывая непрерывную кривую эллиптической формы. Они были в состоянии сделать это, потому что Худ был вынужден идти малой скоростью, чтобы не оторваться слишком далеко от британского центра и тыла, все еще находившихся в зоне штиля, прикрытых высоким берегом Доминики.
А авангард британского флота; В тыловая часть французского флота; С пятнадцать французских кораблей выполняют «эллиптическую карусель», периодически обстреливая британцев
Французы, выбирая дистанцию, держались на дальнем огневом рубеже, потому что на их кораблях было недостаточное для ближнего боя количество карронад, * которых у британцев было много. Таким образом, эти орудия малой дальности, но большого калибра оказались бесполезными. Если бы британские карронады вступили в бой, такелаж и паруса французских кораблей сильно пострадали бы. Это первое сражение длилось, согласно журналу Худа, с 9:48 до 10:25 утра. Оно было возобновлено с большей силой в 12:14 и продолжалось до 13:45, когда стрельба на этот день была прекращена. Между двумя этими событиями, которые были идентичны по общему характеру, колонна Худа была усилена, и большая часть британского центра также вступила в бой с частью основных сил французов, хотя и на большом расстоянии.
* О массовой установке карронад на корабли британского флота и о сравнительных характеристиках этих орудий и традиционных морских пушек см. Главу VII Восьмого тома книги А.С.
«За исключением двух замыкающих кораблей французского арьергарда, писал Родни Худу в ту ночь, остальные стреляли с такого дальнего расстояния, что я не ответил ни одним выстрелом».
Повреждения британских кораблей не были такими, чтобы заставить их покинуть строй. «Ройял Оук» потерял стеньгу грот-мачты, а два дня спустя обрушилась стеньга «Уорриора», вероятно, как результат перестрелки 9 апреля. Поэтому Родни удовлетворился тем, что изменил порядок, поставив корабли Худа в тыл, благодаря чему контр-адмирал смог произвести ремонт повреждений и не отставать от основного флота. Один из французских кораблей, «Caton» (64), был настолько поврежден, что де Грасс отправил его на Гваделупу.
Вечером 9 апреля англичане остановились для ремонта повреждений, а на следующее утро они возобновили преследование, повернув вслед за противником, но так и не смогли настигнуть его ни 10-го, ни 11-го апреля, тем более, что в эти дни стояла почти штилевая погода, и корабли, практически, не двигались. По крайней мере, в течение двух дней оба флота так и оставались в проливе между Доминикой и Гваделупой. Днем 10-го числа французы, судя по журналам Худа и капитана Уильяма Корнуоллиса, находились «на расстоянии от четырех до пяти лиг, прямо в поле зрения с палубы». Однако той ночью французский «Zele» (74) столкнулся с «Jason» (64); и последний был настолько поврежден, что его отправили на Гваделупу.
На закате того дня Родни дал сигнал к общей погоне с наветренной стороны, что позволило каждому кораблю сделать все возможное в темное время суток в соответствии с мнением каждого капитана. Тем не менее, утром 11-го французы, кажется, снова выиграли; ибо Худ, который, как мы помним, находился теперь в тылу, отмечает, что в 10 часов утра двадцать два французских корабля (не весь флот) «можно было сосчитать с мачты».
Корнуоллис (капитан «Канады»), находившийся с наветренной стороны, насчитал тридцать три корабля. К счастью для британцев, два корабля, «Magnanime» (74) и «Zele» (74), последний из которых потерял грот-стеньгу, находились в нескольких милях с подветренной стороны от основных сил французов. Нужно было захватить или уничтожить эти корабли. И снова тривиальные обстоятельства привели к большой катастрофе, так как де Грасс устремился, чтобы прикрыть отставшие корабли. Родни упрямо преследовал. Конечно, больше он ничего не мог сделать; тем не менее, он заслуживает похвалы за упорство и отвагу. Во второй половине дня зарегистрированные в бортовых журналах сигналы об отзыве в строй оторвавшихся вперед британских кораблей и о сближении флотов молчаливо свидетельствуют о движении де Грасса к британскому флоту.
12 апреля в 2 часа ночи, «Zele» и флагман де Грасса, «Ville de Paris» (104), следуя встречными курсами, столкнулись в темноте. Первый потерял фок-мачту, и бушприт. Как заявил один из очевидцев, эта авария произошла из-за некомпетентности вахтенных офицеров во французском флоте; палубой «Zele» в ту ночь командовал молодой энсайн (морской прапорщик), а не опытный лейтенант. Французам было необходимо немедленно избавиться от «Zele», иначе боя было не избежать; поэтому был вызван фрегат, чтобы буксировать его к Гваделупе. Остальные корабли продолжили бегство. В 5:30 утра, когда рассвело, «Zele» и фрегат были обнаружены всего в двух лигах (6 милях) от «Барфлёра», который был флагманом дивизиона Худа. Французский флот находились примерно на том же расстоянии, что и накануне вечером, от десяти до пятнадцати миль, но до отставшего ночью «Ville de Paris» было не более восьми миль. Незадолго до рассвета Родни огнями дал сигнал Худу, который был ближе всего, преследовать «Zele»; и четыре линейных корабля были выделены для этой цели.