Всего за 490 руб. Купить полную версию
Говори, негромко произнёс один из седовласых туматов и кивнул ему, нахмурив брови.
Отцы, братья, все вы знаете, что мы пошли в дальние земли. Сначала по предгорью, затем через ущелье к реке и дальше, в степь. Через три дня мы вышли к началу гор. Там было пусто. Олени, быки, буйволы, лисицы, волки, даже птицы все ушли. Страшный зверь прогнал их из этих земель. Улуг был прав. Зима убила всё живое. В степи остались только белые кости буйволов.
Дальше Баргуджин рассказал, как они добрались до бурных порогов, где начиналась земля ситучей. Это племя жило с туматами в мире. Они помогали другу другу в трудные времена. Прошлым летом Баргуджин предупредил их вождя о предстоящей беде, но с тех пор они не виделись. Нападения Баргуджин не боялся, но шли осторожно, стараясь прислушиваться ко всем звукам, которые глушила бурлившая между камней вода. Через день в подлеске встретился большой олень. Охотники схватились за луки, но он приказал не стрелять. Олень был редкостью даже в хорошее время, и если его не убили ситучи, значит, они были где-то рядом. Это было мудрое решение, потому что вскоре появились охотники в мохнатых островерхих шапках. Их одноглазый предводитель криво улыбнулся и крепко обнял Баргуджина.
Мы благодарим тебя, вождь туматов! громко сказал он, чтобы слышали остальные. Я поверил тебе. Зима была лютой. Много стариков умерло, но племя выжило. Скажи Улугу, что он великий шаман!
Улуг покинул нас, ушёл в долину предков, со вздохом ответил Баргуджин. Мы тоже охотились, но еды всё равно не хватило. Вот видишь, дошли до твоих земель.
Охота плохая, да, протянул Огай. Хорошо, что оленя не убили. Мало оленей сейчас. Мы не трогаем их, пусть расплодятся к лету.
Нам без добычи нельзя, сказал Баргуджин.
Ситучи всегда рады видеть тебя, вождь туматов. Пойдём с нами. Нам есть о чём поговорить, не только об охоте.
В стойбище их встретили настороженно, но после нескольких слов одноглазого Огая всё изменилось. Туматов напоили и накормили, а на следующий день отвели к предгорьям, где все вместе охотились на низкорослых быков сарлагов. Оба вождя в это время оставались в стойбище. Баргуджин сидел в гэре со старейшинами ситучей и слушал рассказ Огая.
Следуя его совету, тот прошлой осенью послал несколько самых выносливых мужчин далеко за границы своего племени, чтобы они нашли стада диких быков и коротконогих оленей. К тому же, он хотел проверить слухи о новой угрозе из южных степей, которые его охотники задолго до этого слышали от усуней. К сожалению, слухи подтвердились.
Монголы объединились в одно большое войско, в несокрушимую и ненасытную Орду. Говорили, что она направилась к Великой стене, чтобы разграбить скрывавшиеся за ней города империи Цзинь. Монголы прошли до самого дальнего моря, разоряя и сжигая всё, что попадалось им на пути. Народы, которые не хотели быть растоптанными их бесчисленной конницей, снимались со своих стоянок и перекочёвывали в другие места. Некоторые успевали это сделать, некоторые нет. Те, кто избежал смерти, не всегда могли найти хорошие пастбища в новых местах. Два племени, суань и турзцы, чьи люди приезжали к ситучам каждую осень за шкурами, салом и копытами, неожиданно исчезли, и никто не знал, что с ними произошло.
Несколько охотников ходили далеко на север. Они вернулись совсем недавно, потому что снег закрыл проход назад, через горы. Там, где они провели зиму, было много животных, но мало людей. Снег был везде, но морозы не такие сильные, как в предгорьях и степи. Охотники вели себя осторожно. Несколько раз они видели вдали незнакомых всадников. Ситучи не приближались к ним. Незнакомцы вели себя по-другому: они не скрывались и, видимо, ничего не боялись.
Огай сказал, что это были передовые отряды монголов. Кони орды передвигались слишком быстро, поэтому они отправляли своих разведчиков всё дальше и дальше в поисках еды. Их вождь Тэмуджин вернулся из империи Цзинь и покорил все племена до больших гор, за которыми начинались земли усуней. Усуни были последними племенами на пути к землям ситучей и туматов. Часть из них платила дань, но была свободной от рабства. Скоро это могло измениться.
Но почему вождь монголов не возглавил свои войска сам, а послал кого-то другого? Может, он побоялся идти в их холодные земли? Или у него было мало воинов? Так сначала думали старейшины соседних племён, но мудрый одноглазый Огай знал, что воинов в этих передовых отрядах монголов было больше, чем в десяти племенах ситучей, если бы они существовали.
Тэмуджин не остановится. Он хочет править всем миром. У него очень много лошадей. Он не может всех возглавлять. Он один! Они скачут в разные стороны. Их ведут вперёд его дети. Перед возвращением наши люди видели чёрный дым над долиной усуней. А ведь снег ещё не сошёл, травы нет, лошади пройти там не могут. Кто же на них напал? Неужели у монголов есть крылья? Или они везут траву для лошадей с собой? Тогда они могут даже зимой прийти к нам? задавал он вопрос за вопросом, глядя на старейшин своим единственным глазом. Думаю, могут. И придут. Скоро придут. Наш брат из племени туматов, вождь Баргуджин, услышал эти слова. Он передаст их своим людям. Нам надо держаться вместе. И принять мудрое решение. Среди ситучей нет единства. Поэтому мы хотим, чтобы наш верный друг Баргуджин спросил совет своих старейшин, и мы услышали их. Надо успеть до первой травы. Потом может быть поздно.
Огай, ты опытный охотник, сказал тогда Баргуджин. Но я не думаю, что монголы умеют летать. Они не спешат покорить наши земли. Здесь нет раздолья коням и буйволам, а кормить столько людей хм-м как ты сказал, десять племён это непросто сделать в наших предгорьях. Но в одном ты прав беда идёт. И если не этим летом, то следующим она будет здесь точно. Я хочу выслать своих охотников к усуням. Если ты согласишься, я оставлю у тебя двух человек, чтобы они ещё раз сходили вместе с твоими людьми в ту долину, где видели дым.
Думаю, старейшины, согласятся, обратился Огай к седовласым ситучам. Никто не проронил ни слова. Все были согласны. Потом самый старый предложил отправить дозорных как можно быстрее, а другой посоветовал туматам и ситучам объединиться, чтобы быть рядом и действовать сообща. Это хорошо, но нас всё равно мало, сказал тогда Огай. Вокруг есть другие племена. Их, как пальцев на руке. Объединяться надо всем. У нас мало охотников. Наши два племени это двести раз пальцы на руках. Мало.
После этого они ещё долго сидели возле огня, пили настой трав и вспоминали прошлые времена, но то и дело замолкали, думая о монголах.
Всё это Баргуджин рассказал своим людям, повторив, что судьба любого племени, которое попадалось Орде на пути, была незавидной: одни бежали, но не могли выжить на новых землях, другие пытались сопротивляться, но исчезали ещё быстрее, чем успевали взяться за оружие, третьи покорялись и вливались в армию Орды. За это им оставляли жизнь.
Туматы думали. Нежаркое солнце уже давно прошло верхнюю точку и было на половине пути к горизонту. Его тепло постепенно ослабевало, и скоро на поселение должен был опуститься промозглый вечерний туман. Над головами жужжали ранние пчёлы и жуки, проснувшиеся с наступлением весны, но запах холодной, сырой земли всё ещё витал в воздухе, напоминая о тяжёлой зиме.
После слов вождя ощущение тягости и опасности только усилилось. На лицах охотников застыло выражение напряжённого ожидания. Баргуджин обвёл их внимательным взглядом, пытаясь понять, не дрогнул ли кто-нибудь, не испугался ли, не подумал ли, что пора бежать со всех ног неизвестно куда, спасаясь от ужасной беды? Однако соплеменники молчали и ждали, что он скажет дальше.