Всего за 359 руб. Купить полную версию
Через несколько минут вошел высокий молодой человек, светловолосый, худощавый, с истощенным лицом, с горящим взором, смущенный, он в нерешительности остановился на пороге в позе нищего, который хотел бы протянуть руку, но не решается.
Разговор был коротким.
Это вы господин Жерар Бопре?
Да да это я.
Я не имею чести
Дело в том сударь дело в том Мне сказали
Кто сказал?
Один человек в отеле который уверяет, что служил у вас
Короче?..
Так вот
Оробев, молодой человек умолк, потрясенный высокомерным поведением князя. А тот воскликнул:
Однако, сударь, быть может, вы все-таки
Так вот, сударь мне сказали, что вы очень богаты и щедры И я подумал, не сможете ли вы
Он остановился, не в силах произнести слова мольбы и унижения.
Сернин подошел к нему.
Господин Жерар Бопре, не вы ли опубликовали томик стихов под названием «Улыбка весны»?
Да, да! воскликнул молодой человек, лицо которого просияло. Вы читали?
Да Очень милые стихи очень милые Только неужели вы собираетесь жить на то, что за них получаете?
Конечно Рано или поздно
Рано или поздно скорее поздно, не так ли? А пока вы прихо́дите ко мне, чтобы попросить на жизнь?
На еду, сударь.
Положив гостю руку на плечо, Сернин холодно произнес:
Поэты не едят, сударь. Они питаются рифмами и мечтами. Так и поступайте. Это лучше, чем ходить с протянутой рукой.
Услышав оскорбления, молодой человек вздрогнул. Не говоря ни слова, он поспешно направился к двери.
Сернин остановил его.
Еще одно слово, сударь. У вас не осталось ни малейшей возможности?
Ни малейшей.
И вы ни на что не рассчитываете?
У меня есть надежда Я написал одному из своих родственников, умоляя его хоть что-то прислать мне. Сегодня я получу его ответ. Это последний шанс.
А если вы не получите ответа, то наверняка готовы сегодня же вечером
Да, сударь.
Это было сказано просто и ясно.
Сернин расхохотался.
Боже! Какой же вы смешной, славный молодой человек! И какая простодушная убежденность! Приходите ко мне на следующий год, хотите?.. Мы снова поговорим обо всем Это так любопытно, так интересно а главное, так смешно ха, ха, ха!
И, сотрясаясь от смеха, с нарочитыми поклонами Сернин выставил его за дверь.
Филипп, обратился он к служащему отеля, открыв ему дверь, ты слышал?
Да, патрон.
Жерар Бопре ждет сегодня к вечеру телеграмму, обещание помощи
Его последний шанс.
Нельзя допустить, чтобы он получил эту телеграмму. Если она придет, сразу забери ее и разорви.
Хорошо, патрон.
Ты один в отеле?
Да, один, с кухаркой, которая не ночует. Хозяин отсутствует.
Хорошо. Хозяева, значит, мы. До вечера, где-то около одиннадцати. Ступай.
II
Князь Сернин прошел в свою спальню и позвонил слуге.
Мои перчатки, шляпу и трость. Автомобиль на месте?
Да, сударь.
Одевшись, князь вышел из дома и расположился в просторном и удобном лимузине, который доставил его в Булонский лес к маркизу и маркизе де Гастин, куда он был зван на обед.
В половине третьего Сернин покинул своих хозяев, отправился на проспект Клебер, забрал двоих своих друзей и доктора и без пяти три прибыл в парк де Пренс.
В три часа он сражался на саблях с итальянским капитаном Спинелли, в первой же схватке порезав ухо своему противнику, а без четверти четыре в клубе на улице Камбон метал банк, после чего удалился в двадцать минут шестого с выручкой в сорок семь тысяч франков.
И все это без спешки, с некой высокомерной беспечностью, словно бешеное движение, ввергавшее, казалось, его жизнь в водоворот поступков и событий, было непреложным правилом самых безмятежных дней.
Октав, обратился он к своему шоферу, мы едем в Гарш.
И без десяти шесть Сернин вышел у старых стен Вильнёвского парка.
Ныне раздробленное и разоренное, Вильнёвское владение еще сохраняет что-то от великолепия, которое оно знавало во времена императрицы Евгении. Со своими старыми деревьями, озером, лесным горизонтом Сен-Клу пейзаж излучает очарование и грусть.
Значительная часть владения была отдана Институту Пастера. Меньшая доля, отделенная от первой пространством для публики, образует все еще довольно обширную усадьбу, где вокруг пансиона стоят четыре уединенных флигеля.
Это там живет госпожа Кессельбах, сказал себе князь, увидев издалека крыши пансиона и четырех строений.
Он пересек парк и направился к озеру.
Внезапно он остановился за купой деревьев, заметив двух дам, облокотившихся на парапет моста, перекинутого через озеро.
«Варнье и его люди должны находиться поблизости. Но, черт возьми, они здорово прячутся. Сколько бы я ни искал»
Обе дамы ступали теперь по траве лужаек под большими почтенными деревьями. Синева небес проглядывала меж веток, которые покачивал легкий ветерок, в воздухе веяло запахами весны и молодой зелени.
По склонам холма к неподвижной воде спускались маргаритки, фиалки, нарциссы, ландыши, все апрельские и майские цветочки, собравшись вместе, то тут, то там образовывали что-то вроде созвездий разных цветов. Солнце клонилось к горизонту.
И вдруг из кустов внезапно появились трое мужчин и направились к прогуливающимся дамам.
Они подошли к ним вплотную, обменялись несколькими словами. Обе дамы выглядели испуганными. Один из мужчин приблизился к той, что поменьше ростом, и попытался выхватить у нее золотой кошелек, который она держала в руках.
Дамы закричали, и трое мужчин набросились на них.
Самое время действовать, сказал себе князь. И кинулся вперед.
За десять секунд он почти достиг кромки воды.
При его появлении трое мужчин убежали.
Бегите, бродяги, усмехнулся он, удирайте со всех ног. Из воды вынырнул спаситель.
Он было устремился вслед за мужчинами, но одна из дам взмолилась:
О, сударь! Прошу вас Моей подруге плохо.
Та, что была поменьше ростом, действительно упала на траву, потеряв сознание.
Вернувшись назад, Сернин в тревоге спросил:
Она не ранена? Эти несчастные не
Нет нет это всего лишь страх волнение И потом вы должны понять эта дама госпожа Кессельбах
О! молвил князь и протянул флакон с нюхательной солью, который молодая женщина тотчас поднесла своей подруге. Сернин добавил:
Приподнимите аметист, который служит пробкой Там маленькое отделение, а в нем таблетки. Пусть мадам примет одну одну, не больше это очень сильное средство
Он смотрел, как молодая женщина ухаживает за своей подругой. Светловолосая, с виду очень скромная, лицо серьезное и ласковое улыбка оживляла его черты, даже когда она не улыбалась.
«Это Женевьева», подумал он.
И взволнованно повторил про себя:
«Женевьева Женевьева»
Между тем госпожа Кессельбах понемногу приходила в себя. Сначала, удивившись, она, казалось, не понимала, что произошло. Потом память вернулась к ней, и кивком головы она поблагодарила своего спасителя.
Тогда он с глубоким поклоном произнес:
Позвольте представиться Князь Сернин.
Она сказала тихим голосом:
Я не знаю, как выразить вам мою признательность.
Не выражая ее, мадам. Это случай надо благодарить, случай, который привел меня сюда на прогулку. Могу я предложить вам руку?
Через несколько минут госпожа Кессельбах звонила в дверь пансиона, обращаясь тем временем к князю:
Я попросила бы вас еще об одной услуге, сударь. Не рассказывайте никому об этом нападении.
Но, мадам, это было бы единственным способом узнать
Чтобы узнать, понадобится расследование, а это опять шум вокруг меня, допросы, усталость. У меня нет больше сил.
Князь не настаивал. Он откланялся, спросив:
Вы позволите справиться о вашем здоровье?
Ну конечно
Она поцеловала Женевьеву и удалилась.
Между тем начинало смеркаться. Сернин не хотел, чтобы Женевьева возвращалась одна. Но не успели они свернуть на тропинку, как из темноты навстречу им выступил силуэт.