Всего за 49.9 руб. Купить полную версию
Капелька зажала камушек в кулаке и тут же увидела новый розовато-багровый. Капелька протянула к нему другую руку и поднесла поближе к глазам. Упрямый профиль, как на камее, совсем юное и неуловимо знакомое лицо.
Капелькой овладел радостный азарт. Горка красивых камушков на её халате, расстеленном на берегу, росла с невиданной быстротой. Каждый камушек был неповторим. Но, высыхая на горячем солнце, они теряли свой волшебный узор.
Зря стараешься! услышала Капелька тоненький голосок и подняла голову. На сосне, которая росла на отвесной скале, сидела Соня. О её существовании Капелька уже успела забыть.
Отсюда ничего нельзя унести!
Почему? Камушки никому не принадлежат!
И камушки, и бухта, и море, и остров принадлежат всем, а тебе только твои впечатления и воспоминания. Если хочешь унести с собой эти камушки, полюбуйся ими снова без суеты и запомни.
Я все не запомню.
Всмотрись в них внимательно и запомни самые-самые любимые. Всмотреться это значит понять душу.
Разве у камней бывает душа? Что за глупости!
Капелька скрутила халат в узел и еле-еле дотащила его до самой кромки моря: такой он был тяжелый. Она брала в руки камушек за камушком и выкладывала у воды.
Волны лизали камушки, возвращая им яркость и красоту. Капелька старалась их запомнить. И всё-таки самыми любимыми оказались первые два с бухтой и профилем юноши. Последний камушек она долго держала в руках, так и не разгадав, на кого же похож этот человек с упрямо сжатыми губами.
Нехотя она положила этот камушек в выемку скалы, острым килем входящей в море. «Может быть, вернусь сюда когда-нибудь и найду», подумала Капелька.
И тут на её покрасневшее на солнце плечо села бабочка. Такой Капелька ни разу в жизни не видела: огромная, голубовато-синяя. Капелька сразу же мысленно окрестила её Снежной Принцессой. Она боялась пошевелиться и внимательно рассматривала бабочку, стараясь запомнить эту красоту. Капельке казалось, что на обгоревшее плечо положили тоненькую прозрачную льдинку. Льдинка не таяла, но навевала приятную прохладу.
Я здесь, раздалось откуда-то сверху.
Капелька вздрогнула, бабочка, вспорхнув с её плеча, улетела прочь
Соня сидела прямо над головой на уступе скалы.
А что за этой скалой? спросила Капелька, натягивая на себя промокший халатик. Бухта Второго Чувства.
А эта Бухта Первого?
Да.
А что это такое Первое Чувство?
Подумай на досуге. А сейчас прощай! Впрочем, правильнее сказать до встречи!
Ты уже уходишь?
Нет. Уходишь ты Капелька открыла глаза.
Глава 2. Озарение
Вставай, соня!
Я не Соня. Соня на острове.
Скоро уборщица придет, потом библиотекари, потом читатели. Вот они все удивятся, увидев посреди библиотеки спящую красавицу. Я уже чайник поставила. Сейчас перекусим и на работу. Книжный базар открывается в девять.
Мамулик, ты же совсем не спала, как же сразу на работу?
Зато, смотри, что я за ночь успела. Как новенький! Теперь тебе в самый раз будет.
Мама протянула Капельке перешитый купальник с новыми тесёмками.
Совсем как во сне!..
Капелька и мама дошли до остановки.
Мамулечка, посмотри, какое дерево красивое, как фонтан!
Да, похоже. А осенью, когда облетит листва, оно превращается в трёхглавого дракона с переплетёнными длинными шеями.
Странно, почему же я раньше этого не замечала?
А ты просто не всматривалась. Всмотреться, значит постараться понять душу.
Мам, ты тоже была на Берегу Семи Чувств?
Семи чувств? Я знаю только шесть.
Шесть? Расскажи.
Ну, это всем известно: зрение, слух, обоняние, вкус, осязание. А шестым чувством называют обычно интуицию внутренний голос, какое-то необъяснимое чутьё.
Мое шестое чувство подсказывает мне, что я должна сгонять на рынок, пока ты будешь книжки продавать. У нас, кстати, некстати масло подсолнечное вчера закончилось. Я приготовлю что-нибудь и принесу тебе. Перекусишь, а то ты с этими работами совсем загнёшься.
Я до пяти работаю, Тошечка. Потом высплюсь, сегодня ночью нам в библиотеку не нужно. Знаешь, как меня найти: от главного входа на книжный базар налево третья палатка. Буду ждать. Мы так и не договорили, что там за Берег Семи Чувств. Ты мне расскажешь? О, мой троллейбус! Жду, люблю, пока!
Всю дорогу до рынка на глаза Капельке попадались удивительные вещи: на втором этаже старого дома, со стен которого кусками отваливалась бирюзовая штукатурка, вдруг обнаружилась в овальной нише прямо над входом маленькая гипсовая женская головка. Горельеф вспомнила Капелька мамины уроки. Длинная точёная шейка, непослушные завитки выбиваются из перевитого ленточками узла на затылке.
Ну и заявочки! Ты что же, здесь всегда была? Как же я тебя раньше не замечала? Тысячу раз мимо проходила.
Потом Капельке встретилось маленькое белоснежное облачко, которое явно заблудилось среди грязно-серых и едко-жёлтых клубов дыма, извергаемых заводскими трубами. Оно растерялось, не зная, как вырулить между ними, чтобы не запачкаться. Облачко было похоже на то, которое Капелька видела во сне.
Лети прямо над аллеей, мысленно приказывала Капелька, задрав голову и, как лоцман, прокладывала облачку путь Бабах!
Питон! У тебя что, совсем крыша поехала?! Смотреть надо, куда идешь! Как танк, чуть с ног не сбила мирного человека.
Сначала в глазах у Капельки засверкали солнечные брызги, потом изображение сфокусировалось. Перед Капелькой стоял Никита тот самый сосед по парте.
Кит, а ты, оказывается, рыжий!
Ага, особенно летом, когда выгораю на солнце. А у тебя веснушки. Ты только сегодня прозрела?
Кажется, да. А почему ты никуда не уехал?
Улетаю через две недели. На второй поток в лагерь в Кабардинку. А сначала должен бабушку развлекать, она к нам скоро из Челябинска нагрянет с визитом. Родителям некогда: у них с магазином запарка.
Кабардинка это где?
Сначала нужно добраться до Новороссийска, а от Новороссийска автобусом до Кабардинки полчаса, не больше.
Мы в те края тоже собираемся в июле.
А сейчас ты куда?
На рынок.
А потом?
Потом буду печь блинчики с картофельной начинкой и компот варить. Пит, возьми меня в качестве тягловой силы. Плату беру картофельными блинчиками.
Тебе что, делать нечего или тебя дома не кормят?
Пацаны все разъехались кто куда. Родители до ночи на работе. Дома из еды только чипсы, «Дошираки», «Кириешки», «Пепси» и «Стиморол». Меня от всего этого уже воротит.
Ладно, Кит, пошли. Только, чур, пощады не просить, раз тягловой силой назвался. Грузить, так грузить!..
В этот день на рынке всё казалось Капельке необычным, как на картинах маминых любимых импрессионистов: серебристая рыбная чешуя, живописные горки фруктов, припорошенных пылью. А по цветочному ряду можно было ходить часами, но время поджимало. «Тягловая сила» заметно приуныла, хотя и не просила пощады.
Они приползли домой, задыхаясь от жары, когда на часах было уже одиннадцать.
Кит, ты что больше любишь, чистить картошку или печь блины?
Больше всего я люблю слушать музыку.
О! Это значит, печь блины. Кто печет блины, слушает магнитофон на кухне. Кто чистит картошку, смотрит телевизор в комнате. Вдвоем всё равно на кухне не развернуться. Я наведу тесто. Ты не бойся! Это очень просто. Я проведу мастер-класс. Между прочим, лучшие повара это мужчины.
А я и не рвусь в лучшие. А что у тебя есть из музыки?
«Blackmores night» последний альбом слушал?
Нет. Что за группа? Не знаю такой.
Они играют фолк-рок. На ирландскую народную музыку похоже.
Ладно, уговорила показывай. Первый мой ком, который блин, сама будешь есть. Поняла?
С удовольствием съем твой блин-ком!
Ага, удовольствие я тебе гарантирую.
Когда Капелька с полным тазиком начищенной картошки в одной руке, с пакетом картофельных очистков и ножом в другой вернулась на кухню, там стоял чад. И в этом чаду, пританцовывая под весёлую мелодию, колдовал Кит. Было очевидно, что он вошёл во вкус. Аккуратная горка блинов возвышалась в центре стола, а в стороне на блюдечке лежали отходы производства: один блин рыхлый, бесформенный и липкий, а другой твёрдый и подгоревший с одной стороны до чёрного цвета.