* * *
Мне никто ничего не говорил про прежнюю хозяйку, рассказывала Светлана. Дом этот я покупала через фирму. Владельцем дома была записана фирма, юридическое лицо, а не конкретный человек. Я всё делала через агентство недвижимости. Они проверили бумаги бумаги в порядке. Заключили договор продажи-покупки. Всё выглядело очень прилично и респектабельно.
Мы со Светланой ехали в её загородный дом, и уже успело стемнеть.
А что теперь в той сделке кажется тебе таким подозрительным? пожал я плечами.
Хозяйку прежнюю убили! Ты же слышал!
К тебе это какое имеет отношение? произнёс я мягко и гипнотизирующе. Ты приобрела собственность. Юридически чистую. С хорошими и правильными документами, в которых юристы ничего подозрительного не нашли, никаких там подводных камней нет. Владей и радуйся! Какие проблемы?
Этот дом имеет прошлое, Женя. Я про это прошлое знать не знала, а меня кто-то в это прошлое ткнул носом.
Это просто чья-то злая шутка!
А если нет?
Ты всех своих соседей знаешь? спросил я.
Светлана молча покачала головой.
А Андрей Михайлович? вспомнил я про её соседа, чем-то неуловимо похожего на француза. Мне он показался человеком общительным.
Он наверняка знает многих.
Давай его пригласим на ужин, предложил я. Может быть, он подскажет, кто тут может так недобро пошутить.
* * *
Они снова пришли парой Андрей Михайлович и его жена и были одеты так, будто собирались пойти в театр, да мы нарушили их планы. Мне они всё больше нравились. Скромная незаметность Нины Николаевны и невысокомерное достоинство Андрея Михайловича.
Как я рад вас видеть, Евгений Иванович! сказал он мне. До сих пор не могу поверить в то, что вы появляетесь в нашей глуши!
Про глушь это он зря, конечно. Хорошо ещё, что Светлана накрывала стол, была увлечена хлопотами по дому и фразу про глушь пропустила мимо ушей.
Место тут у вас хорошее, со значением сказал я и красноречиво стрельнул взглядом в сторону Светланы.
Предупреждал своего собеседника о том, что надо бы поосторожнее. Он оказался человеком догадливым и тут же подтвердил с готовностью:
Да, у нас тут хорошо!
Нина Николаевна тоже посмотрела на Светлану. В её взгляде я угадал сочувствие.
Светлана пригласила нас к столу. Она уже не выглядела такой растревоженно-печальной, какой я обнаружил её сегодня днем. Она была не одна. Страхи её отступили, и она словно вернулась в свою прежнюю жизнь, где не было дурацких писем и где совсем не вспоминалось про этого чёртова деда Бабая. Чему способствовал и вид накрытого стола, между прочим. Отварная парящая картошечка, тефтели под томатным соусом, пестрота салатов, пупырчатые солёные огурчики с прилипшим дубовым листом, оладьи с домашней сметаной, домашние же копчёности с дурманящим ароматом, впитавшимся от горения вишнёвых да грушевых поленец всё это возбуждало аппетит и приглушало тревоги.
Я потрясён! сказал Андрей Михайлович и поцеловал Светлане руку.
Светлана зарделась. Она оживала, и я снова узнавал её прежнюю.
Позвольте тост в таком случае! сказал Андрей Михайлович.
Он был значителен и великолепен, как английский лорд.
Я предлагаю выпить за Светлану, начал он совсем не оригинально, и я уже готов был в нём разочароваться, но это было только начало, как оказалось. Выпьем за победителя всепольского конкурса кулинаров!
Я ничего не понял. Светлана, кажется, тоже. А Андрей Михайлович тем временем невозмутимо выпил водку. Его супруга дисциплинированно пригубила следом.
Я про поляков не поняла, сказала Светлана.
А вы выпейте для начала, мягко посоветовал Андрей Михайлович.
Мы выпили.
Так вот, про поляков, сказал Андрей Михайлович. Я смотрю на всё это великолепие, обвёл он рукой наш действительно роскошный стол, и понимаю, что если бы наша многоуважаемая Светлана поехала в Польшу на конкурс кулинаров, ей было бы обеспечено первое место. Гран-при! С большим отрывом от конкурентов! Столько выдумки, и такие рецепты
Обычные блюда, ничего сверхъестественного, с неискренней скромностью домохозяйки произнесла Светлана.
Как-то, будучи в Варшаве, я зашёл в млечний бар, вспомнилось Андрею Михайловичу. Это не молочный бар, как может показаться, а что-то вроде наших столовых самообслуживания. Помните, были такие? Смотрю ассортимент, выбор богатый. И слова во многом знакомы, так что не запутаешься. Вижу, написано: «Супа томатова». Ну, понятно. Томатный суп. Хотя нам это в диковинку, естественно. Что-то экзотическое. Настоящее польское. Дай, думаю, попробую. Попросил. Дают мне тарелку с этим супом
Андрей Михайлович обвёл нас взглядом.
Тёплый томатный сок! сообщил он. Клянусь! Ни картофелинки! Ни крупинки какой-нибудь! Ни вермишелинки!
Может, вы что-то напутали? высказала предположение Светлана. И вместо супа заказали что-то другое?
Нет-нет! отозвался Андрей Михайлович и вновь наполнил наши рюмки. Давайте-ка мы выпьем, и я вам расскажу про польский борщ. Чтобы вы уже окончательно убедились в том, что вы с вашими кулинарными талантами там точно были бы звездой ресторанного бизнеса.
Он подал нам пример, мы выпили следом за ним. Всё теплее становилась атмосфера за столом. Хорошо сидели. По-домашнему.
Про борщ, сказал Андрей Михайлович и промокнул губы вышитой салфеткой. Опять же Польша, снова млечний бар, куда мы заходим вдвоём с коллегой. А голо-о-о-одные! сообщил он важную подробность, чтобы дальнейшее было понятнее. И поэтому понабрали всего много. В том млечном баре окошко такое было. Раздаточное. И пани в белом колпаке выдаёт оплаченные блюда. Ну, прямо как в наших столовых когда-то поварихи. Заглядывает в чек А у нас длинный такой чек получился как змея Заглядывает она в чек и выдаёт нам блюдо за блюдом. Товарищ мой блюда принимает, а я всё на подносе на стол переношу. Весь стол заставил. И тут нам пани говорит всё, мол, до свидания, кто там следующий. А я точно помню, что мы борщ заказывали. Даже два борща. Нас ведь двое. И я, как могу, этой пани объясняю, что ещё борщ должен быть. Так ведь был, она нам говорит. Не было, клянёмся. Она бы нам, может быть, и не поверила. Мало ли что там эти иностранцы лопочут. Но за нами следом бабулька стояла, полька, из тех блаженненьких старушек, которые во всех делах готовы поучаствовать и что угодно подтвердят. Точно-точно, говорит она, не было борща, я видела. Тут пани в белом колпаке деваться некуда. Ну, не в сговоре же с нами эта польская старушка. И пани, хотя я по лицу и вижу, что сильно сомневается, выдаёт нам борщ. И когда я этот борщ вижу я понимаю, что он действительно был. Две вот такие кружки, Андрей Михайлович взял с края стола белую керамическую кружку на четверть литра и поставил её перед нами, и в них бурого цвета горячая вода. Я-то думал, что компот Пустой Без сухофруктов А это борщ у них такой! Налитая в кружку цветная вода! И вот нам пани две порции таких и выдала!
Неужто у них вся кухня такая? удивилась Светлана. И ничего такого нет, что вам понравилось бы?
Ну почему же! внушительно сказал Андрей Михайлович и потянулся к водочной бутылке. Сейчас мы с вами ещё по одной выпьем, и я вам расскажу про блюдо польской кухни, которое меня, человека, который любит хорошо поесть, приятно удивило
У него, как я обнаружил, был дар завоёвывать внимание собеседников. Вот я, к примеру, никогда особенно не вникал в тонкости кулинарного искусства. И познания про Польшу у меня были самые никакие. Не Италия как-никак. И не Кения с Танзанией. Скучная, в общем, страна, и туристу совсем неинтересная. А вот Андрею Михайловичу за две минуты удалось меня увлечь, и я действительно с интересом ждал рассказ про блюдо, которое понравилось ему лично и заранее уже нравилось мне.