Всего за 200 руб. Купить полную версию
Обновление политики в Центральной Америке, очевидно, требовало взаимодействия с Мексикой. Но президента ожидали и другие трудноразрешимые проблемы, связанные с этим государством. Пандемия уже спровоцировала новую волну мигрантов из Мексики и Центральной Америки в США. В чем-то этому, сам того не желая, помог Дж. Байден, заявив, что он откажется от жесткого курса Д. Трампа по силовой депортации нелегалов в Мексику и будет применять к ним более гуманный подход.
Особое значение президент придавал охране окружающей среды и решению проблем климата. В первую очередь он восстановил участие США в Парижском соглашении по климату. Об этом свидетельствовали, в частности, кадровые перестановки в руководстве новой администрации. Так бывший в период второго президентства Б. Обамы госсекретарем Джон Керри был назначен специальным посланником президента по вопросам климата. Джина Маккарти, имевшая большой опыт руководства Агентством по охране окружающей среды, получила высокую должность в Белом доме.
Отношения с Мексикой во многом неожиданно при Дж. Байдене заметно осложнились. И речь идет, конечно же, не только о том, что президент этого государства Андрес Мануэль Лопес Обрадор одним из последних и в достаточно холодной форме поздравил Дж. Байдена со вступлением в должность президента, что резко контрастировало с его куда более теплым поздравлением Д. Трампа в 2016 году.
Как отмечал американский политолог Д. Дрессер, мексиканский президент вероятно в силу политического прагматизма наладил с Д. Трампом дружеские отношения, подчиняясь требованиям США по пересмотру Североамериканского соглашения о свободной торговле (North American Free Trade Agreement, НАФТА) и ужесточению миграционного контроля. Американский президент в свою очередь старался игнорировать усиление авторитарных популистских тенденций в политике своего южного соседа16.
При Дж. Байдене была резко ограничена деятельность на территории Мексики представителей ЦРУ, ФБР и Администрации по борьбе с наркотиками (Drug Enforcement Administration, DEA). Более того, А. М. Лопес Обрадор открыто обвинил их во вмешательстве в политическую жизнь страны.
Мексиканский президент свернул реформу энергетического сектора, начатую своим предшественником, чтобы привлечь в отрасль иностранный капитал, и выступил за укрепление государственной монополии. От этого в первую очередь пострадали американские компании, вложившие немалые средства в нефтегазовую отрасль Мексики.
Мексиканские власти отказались от участия в Плане Мерида, направленном на перевооружение и обучение вооруженных сил и полиции Мексики и стран Центральной Америки. Введенная в действие еще в период президентства Дж. Буша-младшего, эта программа финансировалась и в одностороннем порядке контролировалась Соединенными Штатами. На имевшей место 30 июля 2021 г. встрече министра иностранных дел Мексики Марселу Эбрарда и госсекретаря США Энтони Блинкена мексиканской стороной был поставлен вопрос о выработке нового соглашения по безопасности, которое предусматривало бы равноправное участие обеих сторон.
Став с июля 2021 г. председателем СЕЛАК, А. М. Лопес Обрадор сразу же выступил с жесткой критикой ОАГ, которой, по его словам, «управляет одна держава», подразумевая, естественно, США, и заявил о необходимости образования новой организации.
Даже COVID-19, как отмечает Д. Дрессер, мексиканский президент пытался использовать в своих политических целях. Он процитировал высказывание А. М. Лопеса Обрадора, проговорившегося, что пандемия «le cayo como anillo al dedo» (рус. перевод: «упало прямо на палец как драгоценное кольцо»), так как это позволило ему ужесточить недемократические процедуры, которые встретили бы сопротивление общественности в обычное время17.
Весьма непросто, вероятно, могли бы складываться отношения с Мексикой в рамках Соглашения США-Мексика-Канада (United StatesMexicoCanada Agreement, USMCA) новой редакции вступившего в силу еще в 1994 г. НАФТА. С одной стороны, Дж. Байден поспешил направить А. М. Лопесу Обрадору несколько своих эмиссаров, чтобы наладить более плодотворное взаимодействие с мексиканской стороной, в частности, для определенной гуманизации пограничного режима. При этом требование к Мексике закрыть границу с Гватемалой, неоднократно выставлявшееся администрацией Д. Трампа, оставалось в силе.
В целом американо-мексиканские отношения ожидали немалые сложности. Все упиралось в содержание USMCA, в котором выпукло смотрелись положения о трудовом законодательстве и охране окружающей среды. Д. Трамп «смотрел сквозь пальцы» на то, что для Мексики их четкое выполнение было реально не под силу. Для Д. Трампа это была своеобразная «плата» за выставленные им условия миграционной политики Мексики, которая вынуждена была их строго выполнять.
Дж. Байден, а также канадская сторона, скорее всего, не смогли бы игнорировать эти болезненные для Мексики проблемы и не пошли бы на такого рода «компромисс», что неизбежно могло вызвать рост напряженности в американо-мексиканских отношениях.
В целом же наметившееся ухудшение американо-мексиканских отношений на самом деле не было выгодно ни одной из сторон. Для Дж. Байдена крайне необходим был стратегический партнер, и в первую очередь, для наведения порядка в Центральной Америке. Для Мексики нормализация отношений с США давала возможность освободиться от постоянного прессинга, которому страна подвергалась со стороны администрации Д. Трампа.
Определенный оптимизм в этом отношении вселял состоявшийся в конце ноября 2021 г. в Вашингтоне саммит президентов США, Канады и Мексики, до этого не проводившийся в течение пяти лет. Дж. Байден и А. М. Лопес Обрадор посвятили двусторонней беседе около двух часов, в ходе которой стороны пришли к выводу о наращивании взаимодействия по борьбе с пандемией, наращивании товарооборота и решению миграционной проблемы в «северном треугольнике».
Вместе с тем проблема оставалась нерешенной. Такого наплыва мигрантов, как в 2021 г. из этого региона еще не было, что вынудило Роберту Джейкобсон, отвечавшую за политику Совета национальной безопасности США в отношении Гватемалы, Гондураса и Сальвадора, в начале апреля 2021 г. покинуть свой пост. Эта миссия была возложена Дж. Байденом на вице-президента Камалу Харрис
К. Харрис так и не удалось сдвинуть с мертвой точки миграционную проблему, в связи с чем, а также вероятно по причине ее очевидного дистанцирования от Дж. Байдена во время события в Афганистане рейтинг вице-президента стал стремительно падать. Во время состоявшегося в конце сентября 2021 г. визита в Мексику К. Харрис прибегла к испытанной тактике Д. Трампа, фактически принуждая А. М. Лопеса Обрадора еще плотнее закрыть южную границу страны, где началось очередное массовое скопление беженцев из Центральной Америки. Реального продвижения в решении проблемы не произошло и после визита Э. Блинкена в Мексику в декабре 2021 г., в ходе которого состоялась его встреча с президентом.
С легкой руки советника Д. Трампа по вопросам безопасности Джона Болтона (уволен в сентябре 2019 г.) правящие режимы Кубы, Венесуэлы, Никарагуа и Боливии были объявлены «враждебными» Соединенным Штатам. Дж. Байден еще в своих предвыборных выступлениях заявлял о необходимости пересмотра политики в отношении этих государств. Речь, в первую очередь, конечно же, шла о Кубе. Новый американский президент неоднократно высказывался за нормализацию отношений с Островом Свободы, по крайней мере до того уровня, на который они вышли в период второго президентства Б. Обамы. При этом перед Дж. Байденом стояла весьма непростая задача. Для подобной нормализации ему предстояло отменить более 200 санкций, наложенных на Кубу Д. Трампом, а это оказалось весьма непросто, учитывая, во-первых, отсутствие у президента большинства в Конгрессе, а во-вторых, тот факт, что не только среди республиканцев, но и в стане демократов было немало противников нормализации. При этом сам президент неоднократно признавал, что она будет (если будет) постепенной и трудоемкой.