Всего за 449 руб. Купить полную версию
Значит, вы вроде как мой телохранитель?
Сопровождающий, уточнил он.
А это платно?
Я работаю на агентство.
Ладно, хорошо. Я пока не понимала, как к этому относиться. Тогда перед школой мне нужно будет зайти в одно место.
Ты идешь в школу.
Вы не понимаете, мне очень нужно.
Это не обсуждается.
Но я не хочу.
Это тоже не обсуждается.
Не можете же вы меня насильно туда повести.
Могу.
Тогда я закричу, и люди вызовут полицию.
Это нестрашно. У меня есть документы и допуски с предоставлением мне полномочий. Все бумаги подписаны твоей мамой. Развернув меня за локоть, он легонько подтолкнул: Давай шагай.
Весь первый урок я просидела уставившись невидящим взглядом в доску. Нанять какого-то человека, охранника, чтобы я не сбежала, до такого еще нужно было додуматься. В этот раз моя мама просто превзошла себя.
Когда я вышла из школы, снова было темно, но Носков никуда не делся. Словно мрачная тень, он отделился от забора и последовал за мной, держась на небольшом расстоянии.
Прошли совсем немного, и на пересечении с узкой проезжей дорожкой я увидела Артёма. Как всегда, в тонкой куртке нараспашку и с облаком сигаретного дыма над головой.
Я бросилась к нему, и он, тут же подхватив меня, поднял:
Всё, поехали пообедаем. Я за сегодня так напсиховался, что у меня проснулся зверский аппетит. Хочу борщ со сметаной.
Нам надо поговорить.
Конечно надо. Он поставил меня на ноги. Вот и поговорим.
Только есть проблема. Я покосилась в сторону приближающегося Носкова. Видишь вон того человека? Мама наняла его водить меня из дома в школу и обратно. Он не разрешит. Я уже пыталась отпроситься.
Чего? Артём вскинул брови от удивления. Водить? Типа как под конвоем?
Ну да.
Не разрешит он Да кто его спрашивать будет?!
Крепко сжав мою руку, Артём потянул за собой.
Молодые люди, остановитесь! послышался сзади голос Носкова.
Артём резко обернулся и небрежно бросил ему:
Ты свободен.
Пожалуйста, отойди от девочки, с механической интонацией произнес Носков.
Чего-о-о? Артём загородил меня собой. Шагом марш отсюда.
Ты, парень, лучше не нарывайся. Я при исполнении, и с целью ликвидации опасности имею право применить силу.
Нет никакой опасности, вступилась я. Это мой друг. Артём. Не нужно никакой силы.
Так, ладно. Артём подошел к Носкову вплотную и, немного наклонившись, что-то тихо сказал.
Нетрудно было догадаться, что он предлагает деньги. Это срабатывало почти всегда, однако Носков лишь упрямо помотал головой.
Ну и дебил, бросил ему Артём и снова взял меня за руку.
Я не успела сообразить, как это произошло, но в ту же секунду Носков сбил его с ног и, заломив руку, уложил на землю лицом вниз.
Перестаньте! Я кинулась к ним. Вы не имеете права!
Больно вцепившись мне в локоть, Носков повел меня в сторону дома. Заметив, что Артём поднялся и догоняет, он достал из кармана короткую черную палочку и показал ему.
Приближаться не советую. «Шерхан». Девяносто киловатт. Через одежду бьет отлично. Нейтрализует противника на несколько минут.
Артём шел за нами, но ничего не говорил. Я лишь слышала его тяжелое дыхание и спиной чувствовала, как он взбешен.
Слезы застилали мне глаза, ноги подгибались.
Возле подъезда Артём крикнул: «Витя, не волнуйся. Я решу это!» и я снова попробовала вырваться, но безуспешно. Носков довольно грубо дотащил меня до квартиры, попрощался с мамой и ушел. Я свалилась ей под ноги и разрыдалась. Но она даже не подошла ко мне. Сказала только, что суп на плите, и закрылась в своей комнате.
Я лежала в коридоре, не раздеваясь, до позднего вечера. Сначала рыдала, пока голова не начала раскалываться, а потом уснула. Проснулась вся мокрая от пота, с онемевшей ногой, и едва дошла до туалета.
Мама на кухне смотрела «Ютуб». А услышав меня, снова предложила суп.
Но есть не хотелось. Ничего не хотелось. Такого опустошения и безысходности я не испытывала никогда.
«Самое ужасное, что может произойти с человеком, это бессилие», говорил Тифон, и теперь я поняла смысл этой фразы в полной мере.
Мы жили на первом этаже, на окнах стояли решетки. Я прикинула, сколько времени потребуется, чтобы перепилить их пилочкой для ногтей, и снова расплакалась. Потом водрузила стул на письменный стол и, рискуя неслабо навернуться с этой конструкции, дотянулась до потолка. Несколько раз стукнула со всей силы в него кулаком и прислушалась. Наверху стояла полнейшая тишина. Даже Лану не было слышно.
Мама вошла так неожиданно, что я, вздрогнув, пошатнулась и со страшным грохотом свалилась вместе со стулом. К счастью, упала на кровать, больно ударившись только лодыжкой о ее спинку.
Совсем ненормальная? Сначала мама перепугалась и кинулась меня ощупывать, а убедившись, что все в порядке, снова сделала каменное лицо. Ты мне потом спасибо скажешь.
Мамочка. Я поймала ее за руку. Пожалуйста, если ты меня хоть немного любишь, отмени все это.
Думаешь, мне самой приятно? Ее голос потеплел. Если бы я не знала, что в твоей голове принимают решения не мозги, а гормоны, я бы никогда не пошла на подобные меры, но ты слишком подвержена влиянию. Артём из тебя веревки вьет. Ты делаешь все, что он потребует, и не способна ко взрослым, разумным поступкам.
Ты боишься, что я передумаю ехать к папе?
Именно. Нам остался всего месяц. И за это время не должно ничего случиться.
А если я пообещаю, что не случится?
Это исключено. Стоит тебе встретиться с ним, ты забудешь и обо мне, и о папе, и о всех своих обещаниях.
Но я ведь уеду навсегда и, скорее всего, больше никогда-никогда его не увижу. Мне очень нужен этот месяц. Умоляю! Ты просто не представляешь, как я его люблю
Вот именно это меня и беспокоит больше всего.
Через час, когда я пыталась выучить историю, неожиданно раздался легкий стук в стекло.
Я подбежала к окну.
Артём стоял внизу. В руке у него был мобильник, и, стоило мне приоткрыть оконную створку, он тут же протянул его мне.
Спрячь, сказал он негромко. Я тебе напишу.
Это из-за директрисы, прошептала я в ответ. Поговори с мамой. Она сильно обиделась.
Уже говорил.
И что?
Как видишь.
Ты извинился?
Сто раз.
Пообещал, что больше не будешь?
Тысячу раз.
Что же делать? Я по локоть просунула руку через ледяную решетку.
Артём прижался к ней щекой, а потом поцеловал ладонь:
Потерпи немного. Я обязательно что-нибудь придумаю.
Я задержала дыхание и тут сзади раздался крик.
Ах вот откуда сквозняк! В комнату ворвалась мама.
Резко дернувшись, я едва не сломала руку.
А ну пошел отсюда! заорала она на Артёма. Еще раз увижу полицию вызову!
Они не приедут, спокойно отозвался тот. Я не совершаю ничего противозаконного.
Задохнувшись от негодования, мама схватила с подоконника банку для полива цветов и выплеснула ее прямо в него. После чего оттолкнула меня и, яростно захлопнув створку, задернула шторы:
Подойдешь к окну и Она замялась, придумывая мне наказание.
И что? Что ты можешь мне еще сделать?
Тут она заметила телефон, который передал Артём, и, с силой разжав мои пальцы, отняла его.
Ночью приезжала скорая маме стало плохо с сердцем. Пока врачи снимали кардиограмму, у меня появился отличный шанс сбежать. Но я испугалась, что ей нельзя еще сильнее волноваться. Позже оказалось, что кардиограмма в норме, и доктор прописал ей только здоровый сон и прогулки на свежем воздухе.
Глава 4
Тоня
«Тоня, выручай! Вита не сможет приехать на елку. Ты должна заменить ее. За один день я другую Снегурку не найду».
Лёха написал прямо во время контрольной по алгебре.
Едва я отыскала в телефоне нужную формулу, как поверх нее всплыло его сообщение.
Осеева! Математичка метнулась ко мне: Убери все сейчас же!
Телефон мгновенно исчез в рукаве свитера, но она все равно осталась стоять возле моей парты. Сосредоточиться на задаче не получалось. Если хочешь, чтобы у человека ничего не вышло, просто стой и смотри, как он это делает.